Тугая струна - Макдермид Вэл - Страница 104

Леон подошел, и теперь они вместе склонились над верстаком.

– Да тут нешуточный арсенал, – присвистнул он. – Господи, стамески острые, как бритва. – Его лицо помрачнело и приняло жесткое выражение. – Ты должна обязательно взглянуть на эти тиски, Кэй. В жизни не видел ничего подобного.

– Они ему нужны, чтобы зажимать деревяшки, – строго сказала миссис Эллиот. – С одной рукой ему иначе не управиться. Он их называет своей второй парой рук.

Еле передвигая ноги, повесив голову, Тони прошел по двору Вэнса до ворот – он все еще слышал в ушах грохот захлопнувшейся двери. Он поднял глаза и поймал обеспокоенный взгляд Крис. Откровенно подмигнув ей, он продолжал поддерживать иллюзию подавленности и угнетенности, пока не миновал распахнувшиеся перед ним ворота и не оказался на улице, отгороженный от дома высокой изгородью.

– Что еще за хрень у вас там получилась? – пошла в наступление Крис.

– Вы это про что? Я только-только подобрался к нему, как тут вломились вы, – запротестовал Тони.

– Вы пропали из эфира. Я не могла понять, что происходит.

– Пропал из эфира – как это?

– Просто вдруг ничего не стало слышно. Он сказал: «Первая комната направо», а потом – ничего, полная тишина. Я решила, что он вас прихлопнул.

Тони нахмурился, пытаясь понять, что произошло.

– Наверное, у него в комнате установлена защита от прослушки, – наконец сказал он. – Ну конечно. Ему меньше всего нужно, чтобы кто-нибудь что-то пронюхал о его делах, а он бы ничего не знал. Мне это в голову не приходило.

Крис прикрылась ладонью от ветра и прикурила.

– Господи, – пробормотала она, выпустив это слово вместе с длинной струей дыма, – больше никогда меня так не пугайте. Итак, что там было? Он раскололся? Только не говорите, что он раскололся, а на пленке этого нет.

Тони покачал головой, ведя ее через улицу к тому месту, где на самом виду оставил свою машину. На мгновение он обернулся и с удовольствием отметил, что его недавняя мишень стоит у окна на верхнем этаже и смотрит на них.

– Сейчас садимся в мою машину. Я все объясню, – пообещал он.

Он повернул ключ зажигания и завернул за угол.

– Он высмеял наши улики, – проговорил Тони, как только они сделали еще один поворот, вернувшись по другой улице назад к тому месту, где Крис припарковала свою машину – в паре сотен метров от ворот Вэнса, так, чтобы не было видно из окон.

– Он дал мне ясно понять, что, с его точки зрения, у нас на него ничего нет и что, если мы не оставим его в покое, он до меня доберется.

– Неужели угрожал убить?

– Нет, угрожал пойти к газетчикам и выставить меня идиотом.

– Для человека, который только что раскрыл свои карты и проиграл, вы как-то подозрительно довольны собой, – сказала Крис. – Я думала, мы ждем, что он или расколется и все выложит, или по крайней мере попробует вас убить.

Тони пожал плечами.

– Честно говоря, я не очень-то ждал, что он признается. А если он и собирался меня убить, не думаю, что это произошло бы прямо там же. Возможно, ему удалось убедить Уортона и Маккормика, что нет ничего особенного в том, что прямо перед смертью Шэз побывала у него, но даже они, я думаю, обратили бы внимание, если бы меня убили сразу после того, как я побывал в гостях у Вэнса. Нет. Если я действительно рассчитывал чего-то добиться, так это вывести его из равновесия, чтобы он начал беспокоиться, хорошо ли замел следы.

– А что нам от этого толку? – она на пару сантиметров опустила стекло, чтобы стряхнуть пепел.

– Если нам повезет, он как заводная мышка бросится сейчас к тому месту, где совершал убийства. Ему нужно сделать так, чтобы ничто, не могло его выдать, – на тот случай, если, вопреки ожиданиям, мне все же удастся убедить полицию запросить ордер на обыск.

– Думаете, он поедет прямо сейчас?

– Готов спорить на что угодно. Если верить его расписанию, завтра у него только одна встреча, в три. Но после этого неделя выглядит просто устрашающе – до того загружена. Ему нужно отправляться прямо сейчас.

– Только не шоссе Ml-опять!-простонала Крис.

– Готовы?

– Готова, – кивнула она устало. – Какой план?

– Я еду сейчас. Он видел, как мы уезжали вместе, поэтому должен думать, что путь свободен. Я двигаюсь прямо в Нортумберленд, а вы стараетесь не потерять его, когда он появится. Мы будем держать связь по телефону.

– Хорошо хотя бы, что темно, – сказала она. – Надеюсь, в зеркало он не заметит, что за ним хвост. – Она открыла дверцу и вылезла из машины, затем наклонилась. – Просто не могу поверить, что согласилась. После этой кошмарной дороги сюда из Нортумберленда – развернуться и ехать назад! Наверное, мы сошли с ума.

– Нет. Просто мы полны решимости.

Да, что касается него, это сущая правда, можно не сомневаться, думала Крис, идя к своей машине и глядя, как Тони сделал разворот и двинулся обратно по той дороге, по которой только что приехал. Господи, подумала она, уже семь часов. До Нортумберленда пять, нет, шесть часов езды. Остается надеяться, что там, у цели, ей не придется делать ничего особенного, потому что она будет спать на ходу.

Она настроила приемник на волну старых хитов и села поудобнее, чтобы попеть вместе с кумирами шестидесятых. Однако долго ей расслабляться не пришлось. Ворота Вэнса отъехали в сторону, и показался длинный серебристый нос его «мерседеса».

– Ах ты лапочка! – пробормотала она, включая мотор и трогаясь с места, чтобы не потерять его из виду.

Холланд-Парк-авеню, потом – дальше, до выезда на А40. Когда они двинулись через Актон и Илинг, Крис почувствовала смутное беспокойство. Явно не самый удобный путь, если ехать в Нортумберленд. Прямо скажем, самый неудобный. Она не могла поверить, что он думает и дальше двигаться на запад, до окружной М25, – только ради того, чтобы потом перебраться на Ml, ведущую на север.

Она держалась достаточно близко, чтобы все время видеть свет его фар, и ухитрялась ехать так, чтобы между ним и ею всегда была какая-нибудь машина. Это было нелегко, но помогали уличные фонари. Наконец появились указатели в направлении М25, и Крис приготовилась свернуть на объездную дорогу, хотя Вэнс ничем не показывал, что собирается съехать с проезжей части. Крис подумала, что если он боится, что за ним могли увязаться, то, наверное, хочет в последнюю минуту перестроиться в другой ряд.

Но такой попытки он не сделал. Наоборот, ей пришлось, спасая положение, в последнюю минуту резко нажать на акселератор, чтобы не потерять из виду его габаритные огни. Это получилось только потому, что он ехал со скростью всего на несколько километров в час больше допустимой, как человек, который категорически не желает, чтобы его останавливали за превышение скорости. Она схватила телефон и вызвала номер Тони.

– Тони? Это Крис. Слушайте, я сейчас на М40, двигаюсь на запад прямо у него на хвосте. Не знаю, куда рванул наш друг Джек, но это явно не Нортумберленд.

Обнаруженные тиски заставили продолжить поиски с удвоенной тщательностью. Прекрасно понимая, как странно это должно было выглядеть в глазах Дорин Эллиот, Кэй предпринимала отчаянные попытки отвлечь ее разговором.

– Тут неплохо поработали, переделав здание под жилье, – бодрым голосом сказала она.

Очевидно, это был удачный ход. Миссис Эллиот повернулась к кухне и погладила полированный массив дерева.

– Кухню наш Дерек делал. Ему сказали не экономить на расходах. Все, чего только можно желать, новейшая техника, – она показала на дверцы шкафов, – сушка для посуды, посудомоечная машина, холодильник, морозилка – все убрано.

– Я думала, что он чаще приезжает сюда с женой, – рискнула Кэй.

А этот ход явно был неудачным. Миссис Эллиот нахмурилась:

– Вообще-то он нам говорил, что они собираются приезжать сюда на выходные. Но в результате она так ни разу и не появилась. Он сказал, что она слишком привязана к городу. Ей, видите ли, не нравится деревня. Достаточно раз увидеть ее по телевизору, в этой ее программе, и все сразу ясно: ей нечего делать с такими, как мы. Не то что мистер Вэнс.