Посох. Тетралогия - Раткевич Сергей - Страница 164

Впрочем, Эруэлл уже знал, кто он такой… конечно, если то, что король знал о нем, можно назвать знанием.

— Здравствуй, Хранитель Замка, — проговорил Верховный Король.

— Рад служить Вашему Величеству! — отозвался дух-хранитель, еще раз кланяясь.

«Когда я впервые его увидел, мне было семь лет… или девять?» — припомнил Эруэлл. — «И я спросил тогда, кто он такой — интересно же было. А он сказал: „Я и есть замок“. Я испугался и долго плакал. Меня все утешали… но никто не поверил, конечно.»

Эруэлл тряхнул головой. Что за странные мысли? Он никогда не был в этом замке. Уж ребенком-то наверняка не был! Или это… сон? Далекий сон из глубокого детства?

Эруэлл вновь посмотрел на Хранителя Замка. Тот стоял, смиренно ожидая приказаний.

Стоял?

Он тек, словно глоток воздуха, искрился струйками дыма… и в то же время из него явственно выступали тяжелые каменные углы, зубцы стен и шпили башен росли из его груди и плеч, а в глазах тепло свеч и каминов мешалось с холодной шороховатостью камня. Его ресницы казались подъемными мостами — и Эруэлл не смог понять, сколько у него глаз.

— Ты очень похож на меня, Хранитель Замка, — сказал Верховный Король.

— Я похож на всякого короля, который и в самом деле Король, — ответил Хранитель Замка. — Похож именно потому, что непохож. Повелевай, Государь! — добавил он чуть погодя.

— Мне нужен Щит Оннера, — сказал Эруэлл.

— Желание Вашего Величества — закон, — поклонился дух-хранитель. — Следуйте за мной.

Повернувшись, он шагнул в дверь, из которой появился.

— Всем оставаться на местах, — повторил Эруэлл. — Ждать. Я скоро.

Когда за Верховным Королем закрылась дверь, все увидели, что она нарисована прямо на стене.

— Назад! — рыкнул Линард на вскочивших разведчиков. — Он вернется.

— Предлагаю съесть еще что-нибудь, — успокоительно промолвил гном Йолнн, проводя волшебной палочкой над столом. — Поглощение пищи отлично успокаивает нервы.

Он провел своей палочкой еще раз, и вся еда на столе поменяла окраску. Обглоданные кости выскочили из блюд и устроили драку, разбив попутно волосатый кувшин.

— Да чтоб я зеленую курицу жрал! — возмутился кто-то из бойцов Фанджура Байета. — Да никогда в жизни!

— Как хочешь. — Улыбающийся гном мановением волшебной палочки превратил зеленую курицу в красного зайца.

Боец разинул рот и уронил зайца на стол под дружный хохот товарищей.

— А нам без разницы — хоть зеленое, хоть в полосочку, хоть в цветочек, — ухмыльнулся Рэй Сломанный Дракон, уплетая розовый в оранжевую клеточку олений бок. — Разведка и не такое едала.

Тем временем Эруэлл шел за провожатым поражаясь, как тому удается совмещать плавное скольжение невесомого призрака с чеканной поступью шагающего гранитного монумента.

— Да так же, как глаза мои совмещают жар каминов и холод стен, — ответил Хранитель Замка на невысказанный вопрос.

— Ты читаешь мысли? — спросил Эруэлл.

— Я не понимаю разницы между мыслями и речью, Ваше Величество, — поведал Хранитель Замка. — Еще вначале, когда я только заступил в должность, меня удивляло, что люди всегда говорят дважды. Их речь так странно двоилась для меня, и я не мог понять, зачем они так поступают — скажут и тут же повторят сказанное. Но отец предупреждал меня, что так и будет. Сначала мне было трудно, поскольку я не всегда мог понять, на какие слова реагировать — ведь они зачастую не совпадали. Потом я привык и теперь почти не делаю ошибок.

— В таком случае ты должен был слышать и мои «воспоминания» о детстве в этом замке — о детстве, которого не было, — заметил король.

— Я слышал, Ваше Величество, — ответил дух-хранитель.

— И что ты на это скажешь?

— Король может жить где угодно, Ваше Величество, — ответил Хранитель Замка. — Он может всю жизнь провести, скитаясь по чужим землям, но если он хотя бы на день приедет сюда… он вспомнит о своей жизни ЗДЕСЬ. Потому что любой король Оннера живет здесь, даже если он здесь не живет. Таково свойство этого места. Не спрашивайте меня, почему. Я хранитель, а не ученый.

Коридор, по которому они шли, уперся в глухую каменную стену. Хранитель Замка коснулся ее ладонью, и стены не стало. И вновь они шли по длинному коридору, скупо освещенному светом факелов, и вновь пришли к глухой каменной стене. Легким касанием ладони Хранитель Замка убрал и эту стену. Третий коридор был короче. В конце его Эруэлл узрел дубовую дверь, украшенную старинной резьбой.

Хранитель Замка остановился и слегка отодвинулся в сторону, пропуская Верховного Короля.

— Прошу Вас, Ваше Величество! — произнес он. — Никто, кроме Верховного Короля не смеет коснуться этой двери. Даже я.

— Я помню, — кивнул Эруэлл, проходя вперед и открывая дверь в святая святых — Тайную Королевскую Оружейную Комнату.

Оружейная была огромна. Не меньше Обеденной Залы. И оружия в ней… на сотню лет осады хватит. Хватило бы рук натягивать эти луки и сжимать рукояти этих мечей!

«Пригодится, если придется выдерживать здесь осаду.» — мелькнула мысль. — «А если недостанет сил удерживать замок, можно отступить сюда. Здесь всем хватит места — а ночью, когда враги заснут…»

Впрочем, Эруэлл не собирался оставаться в замке и уж тем более сидеть здесь в осаде. Так что великолепно сохранившемуся, несмотря на долгие века, оружию придется подождать своего срока. Эруэллу был нужен только щит. Щит Оннера. И он отлично помнил, где тот висит — помнил, хотя ни разу здесь не был, помнил той странной памятью, которая отлично знала, сколько ступенек у какой лестницы, как ловчей пробраться на кухню, чтоб взрослые не заметили, и где он потерял свой любимый красный мячик. Ох, и намаялся же искать! Это вам не какой-нибудь там Щит Оннера! Детские мячики обладают уникальным свойством бесследно исчезать. И ведь никакой магией их потом не сыщешь. Только терпением и упорством. А Щит Оннера…

Вот тут Эруэлл растерялся. Щит Оннера должен быть один. ОДИН. Второго такого не существует в природе. Он выделяется среди прочих щитов как солнце среди звезд. Что ж, он и выделялся. Да…

Беда в том, что Щитов Оннера было больше сотни. И они все выделялись. Еще как выделялись! Эруэлл ошарашено замер. Копошащиеся в нем воспоминания о том, чего не было, во весь голос вопили, что так не бывает, что это невозможно, этого просто не может быть. Совсем, окончательно не может! И все же небывалое нахально висело на стене… и что теперь будешь с ним делать?

— Это я недавно придумал, — гордо поведал Хранитель Замка. — Правда, здорово?

— Что… это? — спросил Эруэлл. — Что ты придумал?

— Так Вы не поняли, Ваше Величество? — огорчился Хранитель Замка. — Выходит, я невольно напугал Вас. Я объясню. Любой щит, который Вы снимете со стены, будет Щитом Оннера. — проговорил он. — Остальные тотчас исчезнут. А вот если кто другой снять попробует — что бы он ни снял, его щит окажется обычным, а Щит Оннера останется на стене. Разве что он сто раз сюда зайдет-выйдет, но такое даже Богу не под силу.

— А если он все сто щитов сразу снимет? — поинтересовался Эруэлл.

— А этого я даже Вам, Ваше Величество, не посоветую, — очень серьезно отозвался Хранитель Замка. — Снявший все сто щитов исчезнет совсем.

— Понятно, — кивнул Эруэлл, оглядывая щиты.

— Любой щит, Ваше Величество, — повторил Хранитель Замка. — Любой из этих…

Эруэлл подошел к Щитам Оннера и снял со стены тот, что висел с краю. Тотчас все остальные щиты исчезли.

— Нам лучше поторопиться, Ваше Величество, — сказал Хранитель Замка.

— Поторопимся, — кивнул Верховный Король.

Сборы были недолгими. Удовлетворенно осмотрев Щит Оннера, Линард посоветовал Эруэллу не задерживаться. Ворота замка бесшумно закрылись за их спинами. Солнце клонилось к вечеру, рыжим языком облизывая стены, которые уже начинали потихоньку таять… таять, смещаться куда-то в смутную область глубоких теней — теней, медленно выцветающих, словно сохнущие на одежде пятна воды. Кажется, так недавно, словно бы мгновение назад, этот холм таял на глазах, исчезал под взглядом Эруэлла. Теперь он возвращался, стремительно рос, и могучие башни замка тонули в нем. Замок как бы укрывался пуховым одеялом, словно собираясь уснуть после тяжкой работы. Вот он задернул косматую занавесь из мрачноватых деревьев и там, у себя внутри, погасил свет.