Поэзия Серебряного века (Сборник) - Ходасевич Владислав Фелицианович - Страница 99

99

Норвежская мелодия1 Я с тоской, Как с траурным котом, День-деньской Глядим на старый дом, До зари В стакан гремит струя… (О, Мария Милая моя…) 2 Корабли Сереют сквозь туман, Моря блик Сведет меня с ума. Стой! Замри, Скрипичная змея! (О, Мария Милая моя…) 3 Разве снесть В глазах бессонных соль? Разве есть Еще такая боль? О миры Скрежещется ноябрь! (О, Мария Милая моя…) 4 Кончен грог. Молочницы скрипят. Скрипку в гроб, Как девочку, скрипач. Звонари Уходят на маяк. (О, Мария Милая моя…) 5 День как год, Как черный наговор. Я да кот, И больше никого, Примири Хоть с гибелью меня, О, Мария Милая моя! 1932, Пароход “Пронто” (Норвегия), пролив Лаперуза

Владимир Луговской

(1901–1957)

Первые стихи Владимира Александровича Луговского были главным образом о Гражданской войне. Но искренний революционный энтузиазм сочетался в его поэзии с растерянным восприятием грозных событий и мучительным непониманием того, что происходит вокруг. Содержание стихов подчеркивало верность поэта идеям конструктивистов, к которым он примкнул в 1926 году. Но многое в его стихах выходило за рамки конструктивистских догм – они были лиричнее, теплее, сентиментальнее, – и вскоре последовал неизбежный разрыв.

В послевоенных стихах Луговского раскрылась бездна неизвестных возможностей поэта. Его мускулистый и крылатый стих отличается огромным масштабом мысли. В последних книгах звучит тревога поэта за судьбы мира и человеческой культуры.

Жестокое пробуждение Сегодня ночью ты приснилась мне… Не я тебя нянчил, не я тебя славил, Дух русского снега и русской природы, Такой непонятной и горькой услады Не чувствовал я уже многие годы. Но ты мне приснилась, как детству – русалки, Как детству — коньки на прудах поседелых, Как детству — веселая бестолочь салок, Как детству — бессонные лица сиделок. Прощай, золотая, прощай, золотая! Ты легкими хлопьями вкось улетаешь. Меня закрывает от старых нападок Пуховый платок твоего снегопада. Молочница цедит мороз из бидона, Точильщик торгуется с черного хода. Ты снова приходишь, рассветный, бездонный, Дух русского снега и русской природы. Но мне ты приснилась как юности – парус, Как юности — нежные губы подруги, Как юности — шквал паровозного пара, Как юности — слава в серебряных трубах. Уйди, если можешь, прощай, если хочешь. Ты падаешь сеткой крутящихся точек. Меня закрывает от старых нападок Пуховый платок твоего снегопада. На кухне, рыча, разгорается примус, И прачка приносит простынную одурь. Ты снова приходишь, необозримый Дух русского снега и русской природы. Но ты мне приснилась, как мужеству – отдых, Как мужеству — книг неживое соседство, Как мужеству — вождь, обходящий заводы, Как мужеству — пуля в спокойное сердце. Прощай, если веришь, забудь, если помнишь! Ты инеем застишь пейзаж заоконный. Меня закрывает от старых нападок Пуховый платок твоего снегопада. 1929 Курсантская Венгерка[464] Сегодня не будет поверки, Горнист не играет поход. Курсанты танцуют венгерку, — Идет девятнадцатый год. В большом беломраморном зале Коптилки на сцене горят, Валторны о дальнем привале, О первой любви говорят. На хорах[465] просторно и пусто, Лишь тени качают крылом, Столетние царские люстры Холодным звенят хрусталем. Комроты спускается сверху, Белесые гладит виски, Гремит курсовая венгерка, Роскошно стучат каблуки. Летают и кружатся пары — Ребята в скрипучих ремнях И девушки в кофточках старых, В чиненых тупых башмаках. Оркестр духовой раздувает Огромные медные рты. Полгода не ходят трамваи, На улицах склад темноты. И холодно в зале суровом, И надо бы танец менять, Большим перемолвиться словом, Покрепче подругу обнять. Ты что впереди увидала? Заснеженный черный перрон, Тревожные своды вокзала, Курсантский ночной эшелон. Заветная ляжет дорога На юг и на север – вперед! Тревога, тревога, тревога! Россия курсантов зовет! Навек улыбаются губы Навстречу любви и зиме. Поют беспечальные трубы, Литавры гудят в полутьме. На хорах – декабрьское небо, Портретный и рамочный хлам; Четверку колючего хлеба Поделим с тобой пополам. И шелест потертого банта Навеки уносится прочь. Курсанты, курсанты, курсанты, Встречайте прощальную ночь! Пока не качнулась манерка,[466] Пока не сыграли поход, Гремит курсовая венгерка… Идет – девятнадцатый год. 1939 вернуться

464

Венгерка — бальный танец. Основан на народном венгерском танце чардаш. Размер 2 /. Венгеркой еще называют цыганскую пляску или попросту “Цыганочку”.

вернуться

465

Хоры (эмпоры) – верхняя открытая галерея, балкон внутри церкви или парадном зале.

вернуться

466

Манерка— походная фляжка