Мое! - Маккаммон Роберт Рик - Страница 73

— Господи Иисусе! Бывают же говнюки на свете, извините за выражение. Может, вам следует показаться врачу.

— Наш отец врач. В Джолиете.

Если бы Лаура не была на пределе, она улыбнулась бы. У Диди это отлично получается. Большая практика.

— Так как, нам можно ехать? — спросила Диди. Патрульный поскреб челюсть и поглядел в темноту на запад. Потом сказал:

— Не все мужчины сволочи. Позвольте мне вам помочь, — Он подошел к своей машине, открыл багажник и вытащил ярко-голубой брезент. — Возьмите там клейкой ленты, — сказал он, кивнув на магазин. — Она там, где скобяные товары. Скажите Энни, чтоб записала на счет Фрэнка Диди отдала пакет с завтраком и быстро удалилась. Лаура подавила стон: с каждой секундой Мэри Террор уезжала все дальше и дальше. Фрэнк вытащил перочинный нож и начал вырезать квадрат из голубого пластика, когда Диди вернулась с серебряной упаковкой клейкой ленты. Фрэнк сказал:

— До Джолиета путь не близкий. Вам, леди, надо как-то сохранить тепло.

Он открыл «БМВ», сел на сиденье водителя, под которым лежал автоматический пистолет, и стал заклеивать окно пластиком. Он делал это тщательно, добавляя полосу за полосой клейкую ленту, пока она не легла как паутина и не закрепила пластик как следует. Лаура выпила черного кофе и нервно расхаживала, пока Фрэнк заканчивал работу, а Диди смотрела с интересом. Рулон с клейкой лентой уменьшился наполовину.

— Вот так пойдет, — сказал он. — Надеюсь, что доберетесь без приключений.

— Мы тоже надеемся, — ответила Диди. Она села в машину, и Лаура никогда за всю жизнь не была так рада сесть за руль.

— Езжайте осторожнее! — предостерег Фрэнк. Он помахал отъезжающему залатанному «БМВ» и посмотрел, как тот набирает скорость, поворачивая на западное направление на федеральное шоссе 94.

Забавно, подумал он. Эта леди из Джорджии сказала, что сумочка у «подруги». Почему не у «сестры»? Ладно, сестры тоже могут быть подругами. И все-таки… все-таки это интересно. Не стоит ли позвонить и получить данные на эту машину? Вот водительские права проверить точно стоило. Всегда он покупался на такие вот рассказы о несчастьях. Ладно, пусть едут. Ему положено вылавливать превышающих скорость, а не сочувствовать избитым женам. Он повернулся спиной к западу и пошел выпить чашку кофе.

— Она опережает нас на пятнадцать минут, — сказала Лаура, когда стрелка спидометра зашла за семьдесят. — Вот сколько она выиграла.

— Тринадцать минут, — поправила Диди Лауру и принялась поедать сосиски.

«БМВ» набрал скорость восемьдесят миль в час. Лаура обгоняла массивные грузовики. Ветер слегка трепал пластик, но Фрэнк поработал добросовестно, и лента держалась.

— Ты лучше сбавь, — сказала Диди. — Мало будет пользы, если нас остановят за превышение.

Лаура оставила скорость прежней, за восемьдесят. Автомобиль трясся, его аэродинамика была сильно испорчена вдавленной дверью. Взгляд Лауры искал в тусклом свете зеленый фургон.

— Почему ты не сбежала?

— Я сбежала.

— Но ты вернулась. Почему?

— Я увидела, как он на тебя насел. Твоя сумка была у меня. Я знала, что для тебя все будет кончено.

— И что? Почему ты не дала ему меня арестовать, а ты бы смылась?

Диди дожевала твердую сосиску. Запила глотком горячего кофе.

— И куда бы я делась? — спросила она тихо. Вопрос завис в воздухе. На него не было ответа. «БМВ» несся на серо-стальной запад, а на востоке, как пылающий ангел, всходило солнце.

Глава 2

СТРАШНАЯ ПРАВДА

Завидев патрульную машину, идущую на восток, Лаура снизила скорость до шестидесяти. Прошло почти уже полчаса, но не было и признаков фургона Мэри Террор.

— Она свернула, — сказала Лаура, почувствовав, как в отчаянии пресекся ее голос. — Она свернула на выезд.

— Может быть, свернула. Может быть, и нет.

— А ты бы не свернула? — спросила Лаура.

Диди обдумала это.

«— Я бы свернула и нашла место, чтобы переждать и дать тебе время миновать меня, — сказала она. — Потом вернулась бы на шоссе, когда бы мне заблагорассудилось.

— Ты думаешь, она так и сделала?

Диди не отрывала глаз от дороги. Движение становилось все интенсивнее, но не было никаких признаков зеленого фургона с разбитыми хвостовыми огнями. За несколько миль до этого они проехали выезды на Каламазо, и если Мэри Террор свернула на одном из этих поворотов, они ее никогда больше не найдут.

— Да, я так думаю, — ответила Диди.

— Черт побери! — Лаура ударила кулаком по рулю. — Я знала, что мы ее потеряем, если хоть раз выпустим из виду. Что нам, к дьяволу, теперь делать?!

— Не знаю. Ты ведешь машину.

Лаура ехала дальше. Впереди показался длинный поворот. Может быть, в его конце они увидят фургон? Скорость снова полезла вверх, Лаура заставила себя ее снизить.

— Я не сказала тебе спасибо.

— За что?

— Знаешь, за что. За то, что вернулась с моей сумкой.

— Нет, кажется, не сказала. — Диди разглядывала свой короткий квадратный ноготь. Пальцы у нее были крепкие, как зубила или резцы.

— Теперь говорю. Спасибо. — Она бросила на Диди быстрый взгляд и снова вернула глаза на дорогу. У них за спиной солнце сияло оранжевым сквозь переплетенные тучи цвета синяков. — И спасибо за помощь с самого начала. Ты не обязана была меня вызывать, когда приехала Мэри.

— Я была близка к этому. — Диди смотрела на свои руки. Они никогда не были такими красивыми, как у Лауры. Никогда не были мягкими и нежными, не намозоленными. — Может быть, я устала быть верной мертвому делу. Может, и дела самого никогда не было. Штормовой Фронт! — Она саркастически хмыкнула. — Мы были детьми с пистолетами, курили травку и балдели, и думали, что мы можем изменить мир. Нет, даже не в этом дело. Может, нам нравилось ощущение власти, когда мы подкладывали бомбы и нажимали на спуск. Будь оно все проклято! — Она покачала головой, ее глаза затуманили воспоминания. — В те времена это был безумный мир.

— Он и сейчас безумен, — сказала Лаура.

— Нет, теперь он просто ненормальный. Здесь есть разница. Но мы помогли превратить мир из тогдашнего в нынешний. Мы выросли в людей, о которых говорили тогда, что мы их ненавидим. Разговоры, разговоры, разговорчики о нашем поколении, — тихо и нараспев сказала Диди.

Они обогнули поворот. Фургона не видно. Может быть, на следующем прямом участке.

— Что ты теперь собираешься делать? — спросила Лаура. — Возвращаться в Энн-Арбор тебе нельзя.

— Что да, то да. Черт побери! Я же так хорошо устроилась! Хороший дом, отличная мастерская. Отлично жила. Ладно, давай не будем начинать, а то я буду тебя ругать так долго, что никогда не кончу. — Она взглянула на часы — старенький» таймекс «. Было чуть больше семи. — Кто-нибудь найдет Эдварда. Надеюсь, что не мистер Брюер. Он всегда хотел выдать меня за своего внука. — Она тяжело вздохнула. — Эдвард. Его настигло прошлое. Меня оно тоже настигло. Ты знаешь, это нужно было иметь сверхчеловеческий напор, чтобы вот так меня найти. Я просто поверить не могу, что ты уговорила Марка тебе помочь. Марк — это скала. — Диди поднесла руку к пластику, закрывающему окно, и потрогала его. Когда они отгородились от ветра, в автомобиле стало держаться тепло. — Спасибо, что не привела Марка с собой в дом. Там ему было не место.

— Я не хотела, чтобы с ним что-нибудь случилось. Диди пристально посмотрела на Лауру.

— А ты баба с яйцами, правда? Войти вот так туда, где Мэри. Господом клянусь, я была уверена, что нам обеим конец.

— Я не думала ни о чем, только как вернуть моего сына. На остальное мне было наплевать.

— А если ты не сможешь его вернуть? Заведешь другого ребенка?

Лаура помедлила с ответом. Шины автомобиля пели по асфальту, грузовик с прицепом перестраивался в их ряд.

— Мы с мужем… разошлись. Это я знаю наверняка. И я не знаю, захочу ли вернуться в Атланту. Я еще много чего не знаю. Буду об этом думать, когда…

— Притормози, — перебила ее Диди, пригнувшись на сиденье. — Вот оно! Видишь?