13 1/2 жизней капитана по имени Синий Медведь - Моэрс Вальтер - Страница 124

124

Так, значит, Жерлоток — это пространственная дыра.

Похоже, эти дыры притягивают меня как магнитом. Кверт бы обзавидовался!

Из «Лексикона подлежащих объяснению чудес, тайн и феноменов Замонии и ее окрестностей», составленного профессором Абдулом Филинчиком

ЖЕРЛОТОК [продолжение]. Некоторые эксперты в области исследования пространственных дыр утверждают, что Жерлоток является самой большой из известных пространственных дыр универсума. Во всяком случае, такой вывод позволяет сделать уровень концентрации серодорода на ее краях, поскольку ученым пока неизвестно место с более высокой концентрацией этого неприятно пахнущего газа.

Я, конечно, не горел желанием провалиться вместе с «Молохом» в самую гигантскую в мире пространственную дыру, но все же путешествие на огромном корабле по просторам Галактики казалось мне куда заманчивее, чем кончина на дне водоворота.

Вот, оказывается, почему я тогда, в состоянии вульгарной кататонии, видел «Молох», парящий в межзвездном пространстве, — это наше с ним будущее.

В этом даже было что-то величественное: мало того что я провалился на самом здоровенном корабле всех времен и народов в самую огромную дыру в океане, так я еще стал жертвой самой мощной пространственной дыры универсума. Вот это размах!

Я стоял, вцепившись в борт, на носу корабля и отважно смотрел в бурлящую бездну. Моя тринадцатая жизнь подходила к концу небывало достойным и грандиозным образом.

Но самым необычным было совсем не это.

Меня поразило то, что навстречу мне из черного зева Жерлотока, или, вернее, пространственной дыры, выплыл ковер. Но и это было отнюдь не самым необычным.

Ведь на ковре этом сидел мой друг Кверт Цуиопю.

Желейный принц в состоянии вульгарной кататонии. Уже издали было видно, что Кверт пребывает в состоянии вульгарной кататонии. В это состояние полного безразличия к происходящему, которое я уже однажды подробно описал в своей книге, можно прийти только посредством падения в пространственную дыру. Это такой защитный механизм организма, с помощью которого мозг способен противостоять сильнейшему стрессу, вызванному полетом сквозь время, пространство и измерения. Поэтому ничего удивительного, что Кверт не обратил на меня ровным счетом никакого внимания.

Он даже не заметил летящий на него огромный корабль, во всяком случае не проявил к нему никакого интереса.

Так что пришлось мне брать инициативу в свои руки. До Кверта все еще оставалось несколько сотен метров, и траектория его полета, к счастью, проходила чуть в стороне от «Молоха».

Я со всей силы оттолкнулся ногами от палубы, раскинул передние лапы — и полетел!

Само собой, это не был настоящий полет, такой, о котором я рассказывал в одной из своих историй на гладиаторской арене, но я все же мог самостоятельно управлять направлением своего падения. Сильнейший встречный воздушный поток весьма мне в этом способствовал. Отчаянно работая лапами, мне удавалось поймать нужное направление, в нужный момент придавать себе ускорение или тормозить.

В результате я сумел вырулить навстречу Кверту, который с бешеной скоростью летел теперь прямо на меня.

До него оставалось каких-нибудь пятьдесят метров.

Кверт приоткрыл глаза. Похоже, он очнулся от вульгарной кататонии.

Сорок метров.

Мой друг начал протирать глаза. Это никак не входило в мои планы. Я рассчитывал проскользнуть под его ковром, а потом ухватиться сзади за кисточки. Замысел, требующий ювелирного исполнения. Если он сейчас проснется и начнет менять курс — все пропало.

Двадцать метров.

Кверт распахнул глаза и ошарашенно уставился на меня.

Десять метров.

Я вытянул вперед лапы.

Теперь я проскользнул точно под ковром Кверта.

Пять метров.

Кверт испуганно подался вперед и потянул за край ковра. Ковер сделал резкий поворот и ушел на недосягаемое для меня расстояние.

Мы понеслись в разные стороны, едва успев взглянуть друг на друга.

— Синий Медведь? — послышался у меня за спиной удивленный голос Кверта.

Впереди у меня, на расстоянии приблизительно двухсот метров, маячила черная точка, в которой собирался водяной вихрь, превращаясь в пространственную дыру. Как бы отчаянно я ни барахтался в воздухе и ни колотил по нему лапами, иллюзия целенаправленного полета, было появившаяся у меня в верхней части воронки, быстро исчезала по мере того, как я приближался к ее центру. Теперь мне, напротив, казалось, что я беспомощно несусь вниз, влекомый неумолимой и страшной силой, удвоившей, утроившей свое воздействие.

Из «Лексикона подлежащих объяснению чудес, тайн и феноменов Замонии и ее окрестностей», составленного профессором Абдулом Филинчиком

ЖЕРЛОТОК [продолжение]. В самой нижней части Жерлотока наблюдаются весьма курьезные явления, противоречащие всем существующим в обычной природе законам физики. Начиная с расстояния двухсот метров до центра воронки, скорость падающего предмета удваивается каждые пять метров, что приводит к тому, что в самом низу он достигает скорости, равной скорости света. Ученые объясняют это явление совместным воздействием трех факторов: вращательного момента, центростремительной силы и принадлежности Жерлотока к классу пространственных дыр.

Скорость падения действительно возрастала с каждой секундой. Встречный поток оттянул назад мои уши и щеки, и я, сам того не желая, оскалился, словно голодный волк, демонстрируя все свои зубы. Глаза вжались в глазницы. Потом послышался оглушительный хлопок, эхом отразившийся от стен водоворота.

ДУ-ДУММ!

Я только что перешагнул звуковой барьер. Скорость моя возросла невероятно. Встречный ветер уже вырывал из шкуры волоски.

ДУ-ДУММ!

Второй удар, не менее громкий.

И голос совсем рядом:

— Эй, Синий Медведь!

Это был Кверт на своем ковре. Он, видно, уже совсем оправился от вульгарной кататонии и повернул назад.

— Сейчас подлечу к тебе! — кричал он. — Прыгай на ковер и крепко держись за меня! Самое сложное будет повернуть обратно. Надо сделать это, прежде чем мы рухнем в пространственную дыру.

Он был уже рядом, я взобрался на ковер и крепко обхватил Кверта лапами.

— У тебя получится! — крикнул я.

— Надеюсь, — ответил он. — Я еще не делал такого маневра!

Кверт сделал резкий наклон вперед и, словно уздечку коня, потянул на себя концы ковра. Ковер взвился на дыбы, описал элегантную дугу и поменял направление полета на противоположное. Позади «Молох» с грохотом рухнул в раскрытую пасть универсума, со скоростью никак не меньше скорости света.

— Вот видишь, — сказал я Кверту. — А ты боялся.

Мы держали курс на юг, туда, где когда-то находился Атлантис. Там я надеялся встретить динозавров-спасателей.

Кверта не очень-то удивило произошедшее с нами чудо, но того, кто только что вынырнул из пространственной дыры, вообще нелегко удивить.

Разъяснения. Я вкратце поведал ему, что случилось со мной, а он рассказал мне свою историю.

Он, как ни странно, из Темных гор попал действительно прямиком в свое родное измерение, как раз незадолго до момента коронации. Это привело к тому, что в 2364-м измерении стало два Кверта Цуиопю. Ситуация получилась совершенно абсурдная: Кверт наблюдал за своей собственной коронацией из толпы. Он даже разыскал свой ковер жизни и держал его теперь, аккуратно свернутый, под мышкой. Наблюдая за торжественной процессией, он увидел, как я случайно стал виновником падения его второго «я» в пространственную дыру, бросился на помощь и сам угодил вслед за нами туда же. Зато ему во время падения удалось развернуть ковер и удобно устроиться на нем. Так что второй Кверт Цуиопю все еще носится где-то там, в пространственных лабиринтах.