Чисто семейное дело - Федотова Юлия Викторовна - Страница 89

Шестой могилы не нашлось, хоть и просидели до темноты и перерыли, что можно и что нельзя. Аолен, даром что лекарь, а не взломщик, ухитрился снять защиту со шкафа с запретными магическими рукописями, но в них о Кароле Освободителе не говорилось вовсе, только о заклинаниях и превращениях: кому это интересно? Новых ссылок тоже не было.

Итак, мест захоронения, реальных или мнимых, насчитывалось пять — и все удивительно знакомые, будто нарочно подбирали! — Эттесс, Конвелл, Дольн, Буккен и Дайр. Да-да, тот самый Дайр, родина принцессы Генриетты! «Неспроста это, ох, неспроста!» — каркала дочь сенатора Валериания с видом бывалой ведьмы-прорицательницы. Но какой в том сокрыт смысл, какая тайная связь — поди догадайся!

Подсказала карта. Отличная карта Староземья и окрестностей, красивая — с розой ветров, грифоиьими головами и лентами — услужливо выпала из книги на пол. Хельги поднял ее машинально, развернул… Долго вглядывался в хитрую вязь рун… Потом достал карандаш.

— Ты с ума сошел? — напустилась сестра по оружию — Книга библиотечная! Не расплатимся! А еще цивилизованное…

Но он уже протягивал ей исчерченный лист.

Пять точек: Эттесс, Конвелл, Дольн, Буккен и Дайр были соединены тонкими линиями. Пять точек образовывали почти идеально правильную пентаграмму.

А всякому, кто мало-мальски сведущ в магии, известно: главное в пентаграмме не лучи, главное — центр. Но никаких специальных обозначений в этом месте на карте не было. Ни городов, ни поселений — ничего. Ровный зеленый фон.

— Все равно надо попасть туда в самое ближайшее время, чует мое сердце! — подскочила Энка.

— Разлетелась! — Орвуд смерил ее обвиняющим взглядом. — Не видать нам западных земель раньше середины зимы! Как мы будем выбираться из этой степной дыры, ты подумала? Без монетки в кармане?

— У меня есть монетка! — радостно объявила Урсула и извлекла из кармана медяк конвелльской чеканки.

От гномьего гнева девчонку уберег только юный возраст.

— А джинны не могут выдать туфли в долг? — спросил Эдуард с надеждой.

— Нет, — был лаконичный и исчерпывающий ответ.

— Тогда у меня есть одна мысль… — неуверенно начал принц. — Помните то подземелье, что начинается от Кирнерской пещеры? Оно ведь в Уэллендорф ведет? Три дня — и мы на месте…

Большинству эта идея показалась привлекательной, особенно тем, кому в упомянутом подземелье еще не приходилось бывать. Но заартачилась Энка. Хоть бейте ее, хоть режьте, хоть бросайте одну в степи на поживу голодным курганникам, но в мертвое царство сидов она больше носа не сунет. Если и удалось однажды выйти оттуда живыми, это не значит, что везение будет длиться бесконечно.

— Вот именно! — горячо поддержал Хельги. Все связанное с Ирракшаной вызывало у него чувство глубокого омерзения, и возвращаться в ее жилище он не желал ни на секунду.

— Тогда забирай нас отсюда демоническим путем! — потребовал гном. Уж он-то не имел ничего против подземелий.

— Демоническим — не могу, — отказался подменный сын ярла. — Могу магическим. Пшли!

— Куда? — озадачились спутники. Слишком неожиданным было услышать столь смелое заявление от того, кто в свое время даже самые простые из зачетов по магическим дисциплинам сдавал с третьего раза.

— Мага искать, куда же еще?

Ситуация прояснилась, но не до конца.

— Так ведь у нас денег нет! — напомнил Рагнар на случай, если Хельги об этом вдруг позабыл.

— И не надо. Мы не станем ему платить.

— А как же?!

— Мы станем его шантажировать!

— Чем?!

— Не чем, а кем. Мною! Пообещаем его поглотить, если не откроет нам портал в Срединные земли. — В Хельги проснулся дикий фьординг.

— Молодец! — просиял старший братец по оружию, поборник нравственности и морали. — Давно бы так! Сколько денег сэкономили бы!

— Вообще-то это незаконно, — вздохнул Аолен, понимая, что слова его уже ничего не изменят.

— Цель оправдывает средства! — хищно усмехнулся убийца.

Кальдорианцы опустили очи долу. Им было стыдно.

Маг нашелся. И шантажировать его не пришлось, сам был рад помочь великому победителю Ирракшаны, да славится имя его в веках. Но не мог. Хоть и числился лучшим специалистом в Трегерате, дальние порталы открывать не умел, сил не хватало. Предложил на выбор: Кансалон или Мормельн. Выбрали Мормельн — все ближе к цели.

А в Мормельне лил дождь…

Жизнь Буккена начинала входить в мирное русло. Нежить перебили — не всю, конечно, основную часть. По ночам без мощных охранных амулетов выходить на улицу не рекомендовалось. С другой стороны, что делать добропорядочным гражданам на улицах по ночам? Заброшенное хозяйство налаживалось, опустевшие дома заселялись новыми жильцами.

Балдур нашел свое жилье в состоянии вполне удовлетворительном: если выкинуть обглоданные трупы и разбитую мебель, вставить разбитые окна, побелить-подкрасить, — живи. К середине осени ремонт был закончен, и настал день, когда колдун решил, что пора возвращать любимицу Агнессу из чужого мира домой.

А для этого ему нужен был демон.

Любому школяру известно: вызвать высшего демона проще всего в том случае, если у вас имеется вещь, прежде принадлежавшая ему лично. И лучше всего для такой цели подходят волосы. Поэтому Балдур в медальоне на шее (обычно в таких хранят локоны любимой) держал прядь волос Хельги — разжился ей в один из зимних дней, когда Меридит в чужом придорожном сарае уродовала брата по оружию овечьими ножницами. Процедура называлась «подкоротить, чтобы в глаза не лезло».

К Хельги у Балдура было двойственное отношение. Когда демон находился рядом, он воспринимал его как простого молодого парня, близкого родственника вроде сына или брата, и обращался с ним соответственно: порой заботился, как старший о младшем, порой мог и отругать.

Но стоило тому оказаться далеко — и персона его разрасталась до размеров истинно божественных, в душе колдуна рождались трепет и благоговение. Верно говорят, великое видится на расстоянии…

…И исчезает вблизи. Вот и теперь, стоило мокрому насквозь, стучащему зубами демону образоваться внутри дымящейся пентаграммы, Балдур, вместо того чтобы пасть на колени и возносить хвалу, как подобает смертному при встрече со своим богом, высказался совершенно в ином духе:

— Хельги! Демон тебя побери! У тебя как с головой?! Зима на дворе, а ты даже без куртки! Полуголый бегаешь! Куда твоя сестра смотрит?!

— Она не смотрит, она сама так бегает, — фыркнул Хельги. — В Трегерате жара стояла, кто же знал, что в Мормельне пойдет дождь?

— Стоп, — перебил колдун. — Какой Трегерат, какой Мормельн, когда вы должны быть в Уэллендофе?

— Опять мир спасаем, — пояснил демон с обреченным вздохом.

— А! — понимающе кивнул Балдур и пошел в чулан за дорожным мешком. Возвращение к мирной жизни откладывалось на неопределенный срок.

…Лучшего подарка своим приунывшим Наемникам Судьба и придумать не могла.

Казалось бы, что меняло появление Балдура? Будучи колдуном, а не магом, он не открывал порталов (не то чтобы совсем не умел; если бы хорошенько постарался, пожалуй, справился бы, открыл, но только совсем короткий, уж никак не на пол-Староземья), а в поисках Сокрытых Пределов его черная квалификация служила скорее помехой, чем подспорьем. Но радость встречи была такой, что кое-кто из уроженцев славного Лотта даже прослезился. Да и те, которые выражали эмоции более сдержанно, чувствовали себя совершенно счастливыми. Подавленность и безнадежность сменились уверенностью: вот теперь, когда Балдур снова с ними, дело обязательно пойдет на лад. И не потому даже, что он старше, опытнее, мудрее и вообще отличный специалист в своей области, а просто потому, что теперь они снова вместе — надежные, испытанные в бою товарищи. Еще бы Макса сюда… Но Хельги обещал: если нужда заставит, обязательно сгоняет за ним в другой мир, а пока ни коня ни воза — нечего отрывать занятого человека от работы. Тем более теперь, когда фирма «Туда и обратно» тоже сделалась их общим, можно сказать, семейным делом.