Мои любимые блондинки - Малахов Андрей - Страница 15

– Никаких возражений. Три дня в Швейцарских Альпах, только горы и мы.

Бросив на диван пачку газет с отчетами о вчерашней церемонии – сверху, естественно, лежали издания, первые полосы которых представили ее и ее декольте почти в натуральную величину, – Марина тоном марафонца на 515-м километре добавила:

– Я так устала, ты не представляешь.

В отличие от Наташи Ростовой, первые в жизни выходы на светскую арену давались ей нелегко…

В вагоне метро все читали. Парень в голубой рубашке и с намечавшейся лысиной делал пометки в журнальной статье под названием «Эффект собственника». А полная молодая женщина слева была погружена в книгу «Уроки семейной мудрости». Изрядно погулявшую вчера Бойко вдруг начала грызть совесть. «Что-то давненько я ничего своим не готовила, – подумала она. – А эти замороженные овощи и пельмени уже так надоели!» Вот уже несколько лет Петя занимался поставкой в школы замороженных продуктов. При жене, работающей на телевидении, это было хорошим подспорьем в хозяйстве.

«Все. Напеку сегодня блинчиков с творогом, – решила она, открывая дверь квартиры. – Петя обрадуется».

Наташа переступила порог, сделала шаг в прихожую и, не успев даже свет включить, упала, споткнувшись обо что-то непонятное.

– Черт! – завопила она на всю квартиру. – Что за фигня тут лежит? Петя! Петя!!!

В коридоре зажегся свет. Наташа поднялась и обнаружила, что свет включил Петя, а споткнулась она о большой серый чемодан по кличке Бегемот, который они брали в прошлом году в Турцию.

Самое удивительное, что Петя смотрел на жену с холодной ненавистью и не торопился поднимать ее с пола.

– Петь, – на всякий случай она начала с чемодана, – а чего наш Бегемот в прихожей делает?

– Я уезжаю, – голос Пети похож на самый глубоко замороженный продукт.

– В командировку? – невинным голосом спросила Наташа, понимая, что в доме происходит что-то не то – поездки в иногородние отделения фирмы Петя всегда старался переадресовать кому-то из коллег.

– Нет, не в командировку, – все так же холодно сказал Петя, но не выдержал и тут же сорвался на визг: – Я уезжаю из этого дома!

Наташу охватила паника. Что могло случиться дома за время ее отсутствия? Неужели?!!

– Кто она?!!

Петя начал фальшиво хохотать:

– Вот уморила – ха-ха-ха, нет, какая нахалка! – Но снова не выдержал марку и выдал совсем непостижимое: – Да как ты смеешь! Меня! А сама! Мерзкая, грязная, подлая тварь!

Наташу как по щекам отхлестали. И еще она очень испугалась.

– Петя, ты что? – заплакала она. – Петя, что случилось?

– Я не обязан отвечать, – задрав голову, Петя предпринял еще одну попытку говорить спокойно и снова заголосил: – Мы прожили с тобой 20 лет!

– 16, – автоматически поправила Наташа и тут же прикрыла ладонями уши: муж схватил с тумбочки глиняного кота, простоявшего в их квартире все 16 лет супружеской жизни, и бросил его на пол. А потом, хрустя черепками, подошел к телефону и включил автоответчик.

Первое сообщение:

– Мам, пап, я сегодня у Гали уроки буду делать, приду к девяти, тетя Катя нас накормит.

– Ну и что, Петь? – тут же на всякий случай оправдалась Наташа. – Мы Галку Катину тоже всегда кормим.

В аппарате раздался щелчок, и Петя забегал вокруг телефона.

– Наталья, добрый вечер, – произнес бархатный мужской баритон, – это Александр! Завтра у нас конференция по пилатесу, поэтому наша встреча сдвигается на час. Надеюсь, я вас не очень огорчил. Очень жду встречи!

И Петя начал ураганом носиться по квартире, варваром набегая на черепки от кота.

– Встреча! Александр! – вопил он, с упоением хрустя черепками. – Вот как теперь это называется! Пилатес!!! Совсем стыд потеряла! Что? Уже не только в эфире, так и дома мужики покоя не дают? Проститутка! Я ухожу! Забавляйся теперь – никто мешать не будет!

Наташа, глядя на то, как Петя пытается поднять чемодан, тихонько смеялась…

В самолете на Ниццу в это раннее субботнее утро было немноголюдно. Сезон на Лазурном Берегу уже официально завершился, и наличие свободных кресел в бизнес-классе было тому прямым подтверждением. Осеннее сентябрьское солнце улыбается через иллюминаторы и, в отличие от французских авиадиспетчеров, не спешит объявлять никаких забастовок.

Марина в больших темных очках от Dior напоминает кинодиву эпохи 40-х годов прошлого века. Этакая Грейс Келли, которая потерялась во времени и только сейчас попала на рейс в Канны, еще не догадываясь, что все пальмовые ветви и премии знаменитого кинофестиваля давно нашли своих героев. Я любуюсь ее профилем с гордо приподнятым подбородком, и мне абсолютно ясно, что Марина, в отличие от американской актрисы, метит не в монакские принцессы, а сразу в королевы.

– Дорогой, поставь мой Лу на верхнюю полку, – так уважительно Марина величала продукцию известного Дома, – и закажи шампанского.

Если бы она знала, что должность дворецкого – моя тайная страсть, наверняка бы предложила мне даже отгладить свежую прессу, которую никогда не читала. Типографская краска, иногда остающаяся на руках, ее раздражала.

Журнал L'Officiel – единственный компромисс, на который она пошла на высоте 10 тысяч метров.

– Меня зовут Ирина, – радостно улыбается стюардесса. – Я буду обслуживать вас в этом рейсе. Шампанского? – и она заговорщически подмигнула. – Я видела ваши фото в сегодняшних газетах.

– И томатного сока со льдом, – добавляю я.

Перед томатным соком в полете, так же, как и перед чаем в купе поезда, устоять невозможно. Похоже, этот феномен еще предстоит изучить ученым из Института питания.

– До сих пор не могу поверить в то, что согласился на эту авантюру, которую ты придумала! – обращаюсь я к своей Грейс Келли. – Может, ты мне все-таки скажешь, куда именно мы летим?

– Нет, – королева категорична. – Может, ты в душе авантюрист, только боишься себе в этом признаться? Или ты действительно хотел получить эту статуэтку и считаешь себя незаслуженно обделенным? Поверь мне, – она начинает мурлыкать, – чтобы получить альтернативную премию, тебе придется немного полетать…

Бессонная ночь дает о себе знать, и ее спокойный голос убаюкивает меня лучше, чем это делает Оксана Федорова в дуэте с Хрюшей. Говорят, после того, как экс-мисс Мира стала желать спокойной ночи малышам, к цветам жизни активно присоединились и многие мужчины половозрелого возраста, увеличив рейтинги программы вдвое…

Проснулся я оттого, что Марина трепала меня по волосам.

– Малыш, у тебя есть ручка? – нежно шепчет она.

– Нет, но если хочешь, я вскрою вены, и ты заполнишь иммиграционную карту моей кровью.

Она улыбается и, прикоснувшись двумя пальцами к своим губам, плавно подносит их к моему рту, накладывая таким образом символическую печать. В этот момент голос капитана корабля произносит:

– Дамы и господа, мы снижаемся.

Куда же мы направляемся?

Основным недостатком супруга Наташи была чудовищная ревность. А основным достоинством – быстрая отходчивость. Закрепив мир исполнением супружеского долга, Наташа тут же начала торговаться.

– Петь, ты где? – кричит она, выглядывая из ванны. – Я сегодня после работы к Виолетте заеду?

– Опять? – отвечает из кухни подобревший Петя. – Опять на персональные тренировки намылилась?

– Никаких тренировок! – Наташа кричит, потому что в ее руках шумит фен. – Ты у меня самый лучший, самый добрый!

– Не подлизывайся! – в ответ любимый муж грохочет сковородками. – Так и норовишь из дома улизнуть!

– Ну Петушок, милый… А что это горит?!

Дым из кухни уже добрался до всех комнат. Замороженные блинчики с творогом, которые Петя решил приготовить Наташе в знак примирения, подгорели.

Птицы за раскрытым на ночь окном поют так громко, что сквозь утренний сон их трели воспринимаются частью сновидений в Chateau Eza. Именно здесь мы оказались вчера, перебравшись на вертолете из аэропорта в Ницце в горы немного западнее Монако. Наш багаж доставили сюда на осликах – последние четыреста метров до замка недоступны автомобилю…