Корсары по крови - Береговой Павел - Страница 47

Под моим началом сейчас находились восемь драккаров, и хотя испанцы превосходили нас количеством, но их неповоротливые галеоны с высоко расположенными орудиями были отличными мишенями!

Я стоял на квартердеке и рассматривал в подзорную трубу приближающийся караван. То же самое сейчас наверняка делал капитан испанского флагмана.

— Сколько испанцев на горизонте? — спросил Том.

— Шестнадцать.

— Это против наших восьми!

— Можно просто пропустить их.

— Конечно, можно, а вот захотят ли они пропустить нас?.. Что это? Сигналы к атаке?

— Они самые! — Задумавшись на минуту, я произнёс: — Есть только один выход — напасть первыми.

И громко скомандовал:

— Передайте сигналы на другие корабли! Мы атакуем.

Испанцы не делали никаких попыток отвернуть с избранного курса. Вероятно, они недоумевали, говоря друг другу: «Эти наглецы собираются драться? Сумасшедшие, нас вдвое больше!», «Да, пираты собираются напасть!», «У разбойников преимущество, они идут по ветру! Нам придётся развернуться, а это потерянное время!».

До испанцев наконец-то дошло, что мы не собираемся проходить мимо. На их судах раздались сигналы горнов, вверх поползли сигнальные флажки.

Я использовал свой излюбленный метод ведения боя. Драккары окружили добычу и налетели со всех сторон, чтобы безжалостно пускать на дно. Мы кружились вокруг каравана, словно волки вокруг стада овец, выдёргивая жертвы.

— Все наверх! — рявкал я во всю глотку, и матросы «Вегейра» реагировали мгновенно. — Рубить канаты, пушки заряжай! — А когда фрегат подходил на пушечный выстрел, следовала команда: — Огонь!

Корабли почти одновременно давали залпы, окутывая поле боя сплошной дымовой завесой.

— Залпом с правого борта! Фитиль! Пли! — одно за другим раздавались приказания.

Остервенелая канонада не смолкала ни на минуту.

— К повороту приготовиться!

Драккары, разрядив пушки с правого борта, поочередно делали развороты вокруг судов испанской эскадры, которые уже не успевали после начала атаки ни поставить нужные паруса, ни толком поймать ветер.

— Залп с левого борта! Фитиль! Пли!

Наши корабли снова делали разворот и готовились открыть огонь с другого борта.

Взрывом снесло фок-мачту галеона, взлетели в воздух обломки носовой обшивки ещё одного. Третий испанский корабль разнесло в щепки прямым попаданием в пороховой погреб. Дым, крики, осколки, стоны раненых, команды тех, кто ещё был в состоянии командовать. Рушились мачты, обрывая паруса, путая такелаж. Дым от прежних выстрелов стелился над поверхностью воды, накрываясь тяжёлыми клубами дыма от только что прозвучавших выстрелов. Экипажи суетились возле пушек, ни на секунду не прекращая поливать огнём противника.

Переломились ещё две мачты у судов, между которыми прошёл «Вегейр», дав залпы с двух бортов одновременно, не останавливаясь. Я направлял свой драккар прямиком к испанскому флагману.

— Идём на абордаж, отвлекайте их! Беглый огонь!

Грохот, стоявший на поле битвы, заглушал все голоса, поэтому приказ, отданный капитаном, по цепочке передавался на пушечную палубу, и минуту спустя раздалась цепочка выстрелов, по очереди из каждого порта.

— Цельтесь ему в брюхо!!! — орал я.

Стрелки, расположившиеся вдоль бортов, меткими выстрелами снимали испанских матросов.

Азарт боя переполнял меня, и я захотел самолично возглавить абордаж. Матросы абордажной команды приготовились выполнить команду. Не сбавляя хода, мой фрегат врезался в носовую часть флагмана, затрещало сминаемое дерево обшивок, и тут же с «Вегейра» полетели крюки. С яростными воплями, размахивая саблями, паля из пистолей, нападающие атаковали испанский галеон.

— Капитан, что вы делаете! — закричали мне вслед в несколько глоток.

— Сам потом об этом пожалею! — крикнул я в ответ и, ухватившись за канат, перелетел через палубу на борт противника и повис, ухватившись одной рукой за ванты, с мечом викинга в другой руке, отбивая удары сразу двоих бросившихся на меня испанцев.

Защитники у борта пытались отстреливаться, размахивали клинками, не позволяя нам приблизиться, но под нашим напором их сопротивление было смято, и волна разъярённых викингов хлынула на испанский флагман. Две силы сошлись в рукопашной, проигравшие падали на палубу, под ноги следующих за ними, или валились за борт, потеряв равновесие. Схватка постепенно перемещалась на корму, ядра, летевшие, казалось, со всех сторон, пробивали борта и переборки, убивая и калеча всех без разбора.

— В пороховую камеру! Взорви корабль!! — услышал я вопль и увидел испанского капитана. Тот сунул одному из своих солдат горящий фитиль и толкнул в сторону лестницы, ведущей в трюм. Если бы не мои скромные познания в испанском, я бы и не обратил внимания на этот крик…

Сам капитан, выхватив из ножен свою фамильную шпагу, сделал вид, что сдаётся. То есть решил потянуть время. Но ожидаемого испанским грандом взрыва не последовало ни через минуту, ни через три. Матрос просто не успел, случайная пуля прервала его бег.

Капитан понял это и приказал своим людям сдаваться всерьёз. Окинув взглядом окружающую картину, флагман и обстановку за его пределами, он остановил взгляд на соседнем корабле, который уже прекратил сопротивление, завалился на правый бок, зачерпнул воду и начал оседать всей массой в морскую пучину.

Затем предводитель испанцев увидел, как стяг флагмана медленно пополз вниз.

В этот момент наши глаза встретились. Не знаю, опознал ли он во мне вождя нападающих, но гранд кивнул мне и бросил шпагу себе под ноги…

К концу дня большинство испанских кораблей этого конвоя погрузились на дно морское.

ОСТРОВ СОЖЖЁННЫХ НАДЕЖД

…Сутки за сутками, неделю за неделей мы продолжали патрулировать акваторию.

— Бесконечное хождение по морю изматывает экипаж. Нужно сделать остановку, пускай все отдохнут. Чёртовы европейцы никуда от нас не денутся, — говорил мне Килинг, капитан «Моллнира», прибывший на борт «Вегейра». — Ребята уже и без того недовольны, что мы не зашли, как было намечено, в порты и возвращаемся, не продав добычу.

Я стоял на мостике и в раздумье смотрел вдаль.

Мой бывший боцман снова вздохнул. Ему казалось, что адмирал его не слушает, но в этот момент я повернулся к Стиву и устремил на него пронизывающий взгляд.

— Итак, Стив, ты предупреждаешь меня об опасности?

— Не совсем, конунг. Определённо я ничего не могу сказать. Но ты же знаешь, что, если проводишь всю жизнь, бродя по миру, начинаешь заранее чуять неладное. Что-то может случиться! Я чую.

— Да, я об этом знаю. И вряд ли это сулит нам что-нибудь хорошее. Но с нами, не забывай, благосклонность духов предков. Передай своей команде — мы идём на Тортугу. Ты прав, нам всем сейчас очень нужна передышка…

По моему приказу, переданному сигнальщиками на все драккары, наш флот повернул и взял курс на остров Черепахи. Во время этого перехода мы встретили несколько торговых судов, но прошли мимо, не пытаясь ими завладеть. Наши трюмы и без того были переполнены добычей.

Европейский флот продолжал гоняться за пиратами, пытаясь всюду поспеть, но королевские псы всё время отставали на шаг, а то и на два. Они появлялись в тех местах, где уже побывали мы или другие корабли пиратского братства, опаздывая совсем ненамного, но всё же опаздывая. Мы гораздо лучше знали обстановку в колониях, и у нас тоже везде были свои люди. Многим из них даже не требовалось платить звонкой монетой. На Карибах не особо-то жаловали посланцев Старого Света, который только наживался на сокровищах, вывезенных из Нового, но почти ничего не делал для колоний.

Чтобы переломить сложившуюся ситуацию, адмиралы европейского флота приняли решение направить главные усилия на выяснение местонахождения главной базы флота Чёрного Сокола. Именно племя новоявленных викингов королевские псы вполне справедливо считали главным своим врагом.

В конце концов им удалось выяснить, где находится остров Дракона, и нанести удар в самое сердце. Шпионам европейцев, наводнившие места обитания пиратов, удалось вызнать точные сведения об острове и о легендарном копье Одина.