Ланселот, мой рыцарь - Елисеева Оксана - Страница 42

Ланселот, усаживаясь обратно, посмотрел на Артура. Тот улыбался. Наконец-то осуществится его мечта — объединить все земли Британии и дать отпор врагам извне. Теперь будет гораздо легче охранять границы и с юго-запада, где королевство саксов, и с севера, от диких племен пиктов и скоттов.

Тристан и Гавейн похлопали Ланселота по плечу.

— А я и не знал, что ты умеешь говорить с вождями. Думал, ты только простых воинов можешь вдохновлять на бой, — с улыбкой произнес Гавейн, надеясь, что его шутка заставит Ланселота улыбнуться. Однако друг был мрачен.

— Осуществилась наша мечта, Ланселот, почему же ты не рад?

Задумавшийся рыцарь даже не увидел, как нему подошел Артур. Он лишь мельком взглянул на своего названого брата и нехотя встал. Артур обнял его, затем обнял Гавейна.

— Я рад. — Ланселот собрался уйти, но Гавейн удержал его.

— Нужно выбрать военачальника, — предложил один из новых членов Союза, но его тут же перебили.

— Ланселот! Кто же еще!

— Да! Он столько лет командует войсками, пусть продолжает дальше!

— Мы верим тебе, Ланселот!

Ланселот, уже вырвавшийся из рук Гавейна, взглянул на Артура, вопросительно смотревшего на него.

— Хорошо. Я согласен, — сказал он и покинул зал, сопровождаемый одобрительным гулом.

— Какая муха тебя укусила? — Гавейн, против обыкновения сердитый, прервал тренировку Ланселота.

Тот, сосредоточенно махавший мечом, от неожиданности чуть не задел своего друга.

— Что с тобой случилось? Разве ты не слышал, как я к тебе шел? — Гавейн едва успел увернуться от меча. — Давай-ка сядем, и ты мне все расскажешь. И Артур, и мы с тобой давно ждали объединения с остальными королевствами. А сейчас ты выглядишь так, словно тебе и не нужно ничего этого! Почему ты избегаешь Артура? В прежние времена мы бы сидели вместе за праздничным столом и попивали мед, празднуя успех.

— В прежние времена все было по-другому. Мы были молоды и…

— Ты и сейчас молод, — возразил Гавейн. Но увидев, какими сердитыми стали глаза друга, все понял. — А, Гвинивера. Что еще она сделала?

— Снова взялась за старое.

Гавейн вздохнул. Неужели королева так никогда и не успокоится?

— Получается, леди Хелен права? У вас вспыхнули старые чувства? — спросил он.

Ланселот от ярости аж взвился.

— Да когда вы отстанете от меня со всем этим? Сколько раз можно повторять? Ничего между нами нет!

Гавейн с силой посадил Ланселота на скамью.

— Тише ты. Еще бы выкрикнул ее имя на всю округу.

— Как же вы с Хелен меня достали! — сквозь зубы прорычал Ланселот, сжимая меч.

— Но ведь Гвинивера не перестает виться вокруг тебя.

— Пусть вьется, ей ничего не перепадет.

— Но почему она снова начала эту игру? Может, ей что-то нужно от тебя?

Ланселот немного замялся, затем все же решил поделиться с другом своими соображениями:

— Вчера она попросила меня встретиться с ней в беседке, сказала, что нужна моя помощь.

— И ты, как всегда, решил сыграть роль благородного рыцаря и помчался к ней?

— Она не чужой человек мне. Мы выросли вместе, и я обещал ее отцу заботиться о ней. И если ей нужна помощь, а я могу помочь, то я сделаю это.

— Теперь у нее есть могущественный муж для любой помощи, — заметил Гавейн. — Ладно, и какой помощи она от тебя хочет?

— Она не сказала. Может, и сказала бы, не появись эта ведьма Хелен.

— Ну, леди Хелен вовсе не ведьма. Я бы сказал, что она просто ревнует тебя к королеве.

Ланселот усмехнулся:

— Никакой ревности. Она втемяшила себе в голову, что спасает Британию. Вообразила, что между мной и Гвиниверой может что-то быть и от этого вся Британия погибнет. Чушь какая-то. Называет это легендами.

Гавейн призадумался.

— В этом есть своя правда. Если вдруг ты вновь сойдешься с Гвиниверой… да сиди ты спокойно, я ведь просто размышляю. Если вдруг такое случится, то весь новый Союз распадется. Между тобой и Артуром начнется война. Весь наш труд пропадет. А саксам и противникам Союза это только на руку.

— Я тоже думал об этом, — согласился Ланселот. — Вот почему я уезжаю из Камелота завтра же. Пока Гвинивера не придумала еще чего-нибудь. Мне кажется, она ни перед чем не остановится.

— Но зачем это все королеве? Неужели она до сих пор любит тебя? — задумался Гавейн.

— Любит! Ха. Она так же крепко любила меня, когда приняла предложение Артура, — скривился Ланселот. — Хелен думает, что я глуп и попадусь на удочку Гвиниверы, как юнец, не видавший красивой женщины. Но я не собираюсь повторять эту ошибку. Королева что-то задумала, но я не допущу, чтобы она вновь использовала меня в своих целях.

Ланселот встал, схватив рубашку, лежавшую на скамье, вскочил на коня и поспешил прочь. Гавейн задумчиво посмотрел ему вслед. Если Ланселот так легко согласился помочь Гвинивере вчера, то что его остановит в следующий раз, когда королева поманит пальчиком? Не похоже, что он вылечился от этой болезни.

Хелен сидела на балконе, выходящем на тренировочное поле, и думала. И чем больше она думала, тем больше приходила к выводу, что попала сюда не случайно. Как раз примерно в это время (ну что такое два-три года в тысячелетней истории?) должно произойти похищение королевы, после которого идиллическая жизнь в Камелоте и во всей Британии, описанная в легендах о короле Артуре, пойдет наперекосяк. Ведь не может Ланселот спасать королеву в пятьдесят лет? Не может. Значит, он должен спасти ее в пору, когда он в расцвете сил. Интересно, сколько ему? На вид не больше тридцати. Она повернулась к Селине, занятой вышивкой.

— Сколько сэру Ланселоту лет? — переспросила удивленно Селина, но затем ответила: — Тридцать.

— Ага. А Гвинивере?

— Я точно не знаю, но могу узнать. А зачем вам это, леди Хелен?

— Любопытной Варваре нос оторвали, — скороговоркой произнесла Хелен, наслаждаясь видом того, как обнаженный по пояс Ланселот тренируется.

Селина сначала покачала головой, когда Хелен попросила ее найти такое место, откуда можно было наблюдать за рыцарями, но все же привела ее сюда. Хелен нужно было без помех записать, как тренировались рыцари этой эпохи. Но оказалось, что тренировки в Камелоте такие же, как в Солсбери, и поэтому она сейчас просто наслаждалась видом. Хелен увидела, как к Ланселоту подошел Гавейн, и насторожилась. Нет, они не могут видеть ее, к тому же ее загораживают цветы, во множестве высаженные на балконе. И Хелен с удовольствием продолжила свой шпионаж.

Так, если она единственная во всем этом мире, кто знает, что может произойти в скором времени, значит, она единственная, кто может это предотвратить. Может, это и есть ее миссия, как она сказала об этом Ланселоту? И может, после выполнения этой миссии кто-то или что-то наконец вернет ее обратно? Или она попросту проснется от этого долгого и красочного сна.

Нужно разработать план действий. Но с чего же начать? Хелен посмотрела на Ланселота, который вдруг вскочил на коня и направился в замок. Может, пойти поговорить с ним? Но, вспомнив, чем закончился вчерашний разговор, Хелен передумала. Нужно начать с того, что она делает всегда, — собрать информацию, а затем действовать. Пока она знала лишь, что Гвинивера зачем-то решила соблазнить своего бывшего жениха.

Она посмотрела на поле, где сидел Гавейн. Он хороший друг и не откажет ей в помощи, особенно если это будет на пользу Ланселоту. К тому же там их никто не сможет подслушать.

К тому времени, как она выехала из дворца, Гавейн уже собрался обратно, поэтому Хелен встретила его на полпути.

— А я спешила к вам, сэр, — с улыбкой произнесла Хелен, стараясь выглядеть как можно любезнее.

— Зачем же, леди Хелен? — с такой же дружелюбной улыбкой осведомился Гавейн.

— Я хотела поговорить с вами в таком месте, где нас никто не смог бы подслушать. Увидела вас здесь и решила приехать, пока нет рыцарей.

— Вы заставите мою жену ревновать, — вновь улыбнулся Гавейн. — Прекрасная дама ищет моего общества в пустынном месте.