Серебро и свинец , иной вариант (СИ), - Волынец Олег Анатольевич - Страница 22

– Сейчас проверим, осталась ли в ваших куцых мозгах хоть крупица того, что я вбивал в них за последние восемь месяцев. Мы идем в бой… – Какой еще, к черту, бой, подумал Крис, что он несет? – …И если хотите сохранить ваши задницы целыми, слушайте, меня, как мамочку и папочку, потому что, – голос сержанта упал почти до шепота, – любого, не выполнившего мой приказ, будь он сам господь или главнокомандующий Джордж Вашингтон… я пристрелю на месте!

Кто-то в строю с шумом выдохнул воздух.

Чокнутый Уолш выдержал паузу, злобно буравя взглядом стоящих перед ним морпехов, и продолжил уже нормальным голосом:

– Наша цель – селение в двух милях к… – Уолш осекся, вспомнив, должно быть, о поголовно свихнувшихся на компасах, – … в двух милях отсюда. Зайдем, поспрашиваем, – сержант хитро улыбнулся, – попытаемся наладить контакт с местными. Крайне желательно уговорить кого-нибудь из них прокатиться с нами до базы. Поскольку командование еще не решило, – ухмылка Уолша все больше становилась похожа на оскал, – насколько местные туземцы дружелюбны, оружие держать наготове, но первому, кто выстрелит без моего приказа, порву задницу в клочья!

Чокнутый еще раз оглядел строй.

– Квинси – в дозор. Аричелла – правый фланг, Дакакас – левый. Манфель и Рид – в хвост. Двинули, парни.

В общем, распорядился Уолш достаточно разумно, подумал Крис, пропуская взвод мимо. Опыта-то у него хватает. Хотя… Манфель, как и снайперы, был придан взводу, и Уолш мог не желать, чтобы в ответственный момент чужаки путались у него под ногами.

Манфель возглавлял расчет тяжелого пулемета. Крис мимолетно посочувствовал этим ребятам, натужно пыхтящим под тяжестью патронных лент. По сравнению с ними они с Джимми шли, считай, налегке.

Идти было легко. Этот лес ничуть не походил на зеленую стену панамских или колумбийских джунглей. Обыкновенный лиственный лес, бежишь по нему, словно скаут из какой-нибудь Тексаны, штат Миннесота, вот только змеящиеся кое-где чудовищные, в рост человека, корни… словно сбежавшие из низкопробного ужастика.

– Связь держи мне! – донесся спереди рык Уолша. – Держи!

– Стараюсь, сэр! Но рация… это старье, не знаю, где его выкопали… и потом, здешняя атмосфера, сэр! Она какая-то неправильная… сигнал то появляется, то опять глохнет.

– …я сказал. Если не будет связи, я тебя так пну, что мигом на базе очутишься. Я должен иметь возможность в любой момент вызвать поддержку!.

– И какую же поддержку вы будете вызывать, а, сарж? – осведомился один из морпехов. На его лоснящемся от пота предплечье ярко алела татуировка "Чикаго Булле". – Шестидюймовую батарею или эскадрилью с авианосца?

– Замерли!

Лес обрывался как-то сразу. Неправильно. На опушке леса всегда обычно бывают заросли каких-нибудь кустиков, молодых деревьев. Если только, подумал Крис, эту границу, отрезая у леса ломоть за ломтем, не провел человек.

– Так, – произнес Уолш, глядя на деревню, и, сорвав зачем-то с ближайшего дерева лист, принялся сосредоточенно сминать его в комочек.

Крис покосился на лейтенанта Пэррота. До сих пор тот не произнес не слова, но сейчас-то… Как-никак первый контакт с людьми из иного мира, историческая, можно сказать, минута. Конечно, люди эти всего лишь грязные крестьяне, ну так ведь и Колумб тоже наверняка сначала наткнулся на какого-нибудь нищего рыбака.

Нет, Пэррот, похоже, дар речи утратил напрочь.

– Значит, так, – медленно произнес Уолш. – Манфель, ты со своей громыхалой оседлаешь холм, поближе к дороге. Рид – во-он тот куст с белыми хреновинами на ветках. Барнс и Кюммель – вправо и влево на триста ярдов. Квинси остается здесь. Выдвигаемся через пять минут.

"Не нравится мне все это", – подумал Крис, пробираясь к указанному кусту. Белые "хреновины" при более близком рассмотрении оказались большими, дюймов восемь в поперечнике, и ужасно сложными конструкциями белого пуха. Этакая гигантская, да еще к тому же объемная снежинка. Непонятно, как их не сдуло первым же порывом ветра, но красиво просто чертовски.

Хижины выглядели непривычно. Крис на своем коротком веку успел повидать, на картинках и вживую, множество различных построек, начиная от коробочных домиков далласских нищих и заканчивая плетеными хижинами панамских индейцев. Но тут было что-то другое, причем сразу даже и не скажешь, что именно. Вроде бы все на месте – островерхая двускатная крыша, дверь, застекленные в мелкую клетку окна – выходит, не такие уж дикари здесь живут, – и все-таки что-то…

А Уолш дергается, решил Крис, переводя прицел на землю перед крыльцом, где беспорядочно копошились… индюки? Нет, мелковаты. Какие-то лохматые куры. Можно подумать, мы тут зачистку местности проводить собрались.

Сначала в поле прицела попали ноги. Крис приподнял винтовку.

Скорее всего, это была женщина. Среднего роста, коренастая, со спутанной гривой соломенного цвета волос, одетая в юбку до колен и накидку из грубой серой ткани, она стояла спиной к снайперам.

– Ох! – восхищенно выдохнул рядом Джимми. – Но они же… совсем как мы.

– А ты ожидал, – прошептал Крис, не отрываясь от прицела, – что они будут с рогами и хвостами?

– Нет, но…

Первый выстрел хлопнул неожиданно. Затем еще один… еще, в стрекотание эм-шестнадцатых вплелся гулкий бас пулемета.

– Черт! – заорал Крис. – Нет! Дьявол вас всех побери, нет!

– Смотри!

Из-за крайнего домика выскочила крохотная фигурка, ошалело метнулась вправо-влево и стремительно бросилась бежать как раз в сторону куста, в котором засели снайперы.

Это был подросток, почти мальчишка. Босой, в рваной рубахе, он бежал со всех ног, кидаясь из стороны в сторону, словно заяц. До него было метров тридцать, когда ткань у него на груди внезапно лопнула, разлетаясь кровавыми комочками, и он с разбегу рухнул на землю.

– Придурки, да вы же в нас могли попасть! – заорал, вскакивая, Боллингтон.

Крис перекатился на бок и сел.

– Господи боже всемогущий, – прошептал он. – Они устроили еще одно Сонгми.

Глава 3

Тихо было в лесу. Слишком тихо. Копыта лошадей били в поросшую немятой травой дорогу с таким грохотом, будто боевые бескрылые драконы наступали на незримую крепость. Только граяли где-то впереди вороны.

– Слишком тихо, – повторил про себя Линдан.

Владетель не выслал вперед дозора – что ж, его право, тем более что один из его наймитов – провидец. Вон, скачет пообок владетеля, шарит глазами по кустам, будто это в помощь его чарам. Хотя если на высоких амбоях засели вражеские колдуны, им нетрудно будет накрыть небольшой отряд смертными чарами, прежде чем соратники Ториона ит-Молоя опомнятся.

Деревня показалась из-за леса неожиданно. Ни полей, ни вырубок – просто дорога, вскарабкавшись с непомерным трудом на гребень холма, упала, обессилев, в чей-то огород.

Несомненно, здесь случилось нечто ужасное. Линдан не чувствовал присутствия магии, близкого и угрожающего, но ничто иное не могло враз лишить жизни всех насельников этого проклятого богами места.

Черные, сытые вороны лениво перелетали с места на место, обсуждая на своем жестоком языке вкус детских глаз. Носилась между домов чудом уцелевшая одинокая свинья, жалобно хрюкала, и голос ее звучал совсем по-человечески. Тела валялись на улицах, во дворах, кровь давно впиталась в землю, в доски, в самый воздух, пахнувший медью, холодом и еще чем-то странным, незнакомым и оттого пугающим. Смерть пришла сюда недавно – не прошло и суток, – и потому запах разложения еще не перебил все прочие.