Сын герцога (СИ) - Музыка Людмила - Страница 48

– Он где-то в поселке,– пожал плечами степняк, которого мало заботило то, где пропадал вполне взрослый, а потому полностью отвечающий за свои поступки мальчишка. Предупреждая следующий вопрос юноши, он продолжил:

– Наш проводник – гость в шатре главы этого рода. Сегодня я его еще не видел.

Джай сделал себе зарубку в памяти: постараться выяснить, почему сородичи Лара пользуются среди детей степи таким почетом и уважением.

– Похоже, все при деле,– пробормотал он, а потом повернулся к эльфу и спросил,– ничего необычного не происходило?

– Как будто бы, нет,– пожал плечами эльф, и юноша понял, что кое-какие странности все-таки были. Но Лар не хотел о них рассказывать, предпочитая дождаться более удобного случая.

– Хорошо,– кивнул Джай.– Надеюсь, мне оставили завтрак?

– Конечно, милорд,– хмыкнул эльф.

Завтрак молодого лорда обнаружился в одной из накрытых плошек. Он давно остыл, но Джай проглотил еду, даже не заметив этого. Не удивительно, ведь он ничего не ел со вчерашнего утра.

Опустошив свою плошку, Джай поставил ее на столик и произнес:

– Ну что ж, поблагодарим гостеприимных хозяев за кров и пищу.

А сидящий напротив него Лар едва слышно хмыкнул в ответ. Учитывая, что в шатре они сейчас находились совершенно одни (по крайне мере, на мужской половине больше никого не было) традиционная фраза благодарности хозяевам прозвучала, скорее, как насмешка. Дайр даже не пытался изображать радушного и гостеприимного хозяина.

Из-за завесы, разделявшей шатер, снова раздались чьи-то шаги. А Джаю хотелось поговорить с Ларом без свидетелей, поэтому он предложил:

– Как на счет прогулки?

Эльф согласно кивнул в ответ.

Идея с прогулкой оказалась удачной. После многодневной скачки было невероятно приятно просто пройтись. К тому же, Джай никогда не видел настоящего поселка степняков, а теперь у него была возможность осмотреться.

Юноша так долго изучал обычаи и традиции степняков, что почти перестал воспринимать этих людей, как живых существ из плоти и крови (для него они превратились в очередную иллюзию, которую ему показывал мастер Риам). Но теперь, когда эта иллюзия ожила, у него появилось какое-то странное двойственное отношение к происходящему. С одной стороны, он совсем как в детстве, с удивлением и восхищением смотрел на этот новый, чужой для него мир. На этих людей, живших по совершенно другим законам, таких необычных и интересных. Людей, не принимавших достижений цивилизации и соблюдавших традициям предков, превыше всего ценивших свою честь и исполнение долга. Но в то же время юноша трезво оценивал сложившуюся ситуацию. И что же он видел перед собой? А видел он народ, который не мог или не хотел измениться, когда весь мир стал совсем другим. Народ, живущий прошлым и для прошлого. Народ, у которого не было будущего.

Джай тряхнул головой, прогоняя непрошенные мысли, и постарался сосредоточиться на том, что ему рассказывал Лар.

– Мне не нравится это место, даан,– тихо сказал эльф, когда они отошли от шатра достаточно далеко (чтобы избежать посторонних ушей, говорили на эльвандаре).

– Почему?– поинтересовался Джай.

Лар редко позволял себе выказывать собственные предпочтения. Так что слышать от него такие слова, как "мне не нравится" было немного странно (и это настораживало).

– Такое чувство, словно на меня набросили паутину,– объяснил Лар.

Сыну герцога не нужно было объяснять, что представляет собой заклинание, которое эльф называл "паутиной". После того, как ему несколько месяцев подряд снились чужие кошмары, он узнал очень много такого, о чем раньше и не подозревал. В том числе и о том, как можно обезвредить мага, лишив его магических способностей (не навсегда, но надолго).

Это заклинание относилось к разряду той особой, запретной магии, о которой очень мало упоминалось в книгах мастера Риама. Может быть потому, что даже писать о ней, было запрещено. Но зато в загадочном Валиане ее, похоже, использовали очень успешно.

– Думаешь, что кто-то из местных…– начал было Джай, но не договорил, потому что Лар отрицательно покачал головой в ответ.

– Ни один из них не применял заклинания,– убежденно произнес эльф.

– Тогда почему?..

– Я не знаю, даан. Само это место… оно какое-то странное…

– Мой учитель рассказывал мне, что в Хаганате не действует магия,– задумчиво протянул молодой лорд.

За последнюю декаду он уже не раз убеждался, что многое в рассказах мастера Риама о Хаганате не соответствовало действительности. Но это не означало, что его учитель был не прав совершенно во всем.

– Как давно начались странности?

– Я заметил только после того, как мы въехали в поселок,– ответил Лар.– Особых изменений в ощущениях нет. Разница проявляется только, когда пытаешься использовать силу.

Джай кивнул, догадавшись какие именно "действия" Лар имел в виду. Наверняка, эльф опять пытался его лечить. Вот только на этот раз у Лара ничего не получилось… А потом выяснилось, что и его простенькие, но вполне действенные, бытовые заклинания перестали действовать. Причем, без видимой причины. Не удивительно, что "это место" совершенно "не нравилось" Лару.

Нараставший шум привлек внимание Джая. Судя по отдельным выкрикам, которые удавалось разобрать, неподалеку затевалась драка. Юноша собирался уйти куда-нибудь, чтобы избежать неприятного зрелища (а заодно и возможных неприятностей). Но, прислушавшись к выкрикам, передумал. Мало того, он даже ускорил шаг, чтобы быстрее добраться до "поля боя". Потому что ясно расслышал слово "чужак". А, учитывая то, что Лиама и большей части его воинов сейчас не было в поселке, кандидатур на роль чужака, было не так уж много…

– Похоже, у Хора неприятности,– произнес Джай, отвечая на непроизнесенный вопрос Лара.

Шум неожиданно стих, и юноша пошел еще быстрее. Обогнув очередной шатер, он буквально вылетел на открытую площадку. Судя по развешанным повсюду мишеням, здесь местные мальчишки тренировались в стрельбе из лука. И действительно, в центре площадки сгрудились не меньше десятка юных степняков с луками в руках. Правда, на этот раз, их мало заботило оттачивание собственного мастерства – у них нашлось зрелище интересней.

Две сцепившихся фигуры катались по земле, нанося друг другу не слишком прицельные, но болезненные удары. И Джай совсем не удивился, узнав в одном из драчунов Хора (как будто были другие кандидатуры). Его противника юноша не успел толком рассмотреть, отметил только, что тот был одногодком мальчишки.

В сложившейся ситуации не было ничего страшного. Мало ли из-за чего подрались пара мальчишек. В их возрасте свойственно решать проблемы с помощью кулаков. Но Джая насторожила неожиданная тишина, воцарившаяся на площадке. Клубок из тел, наконец, распался – соперники откатились в стороны друг от друга. Вернее, откатился Хор (отброшенный удачным пинком), а его противник просто поднялся на ноги и замер на месте, ожидая следующей атаки. Выражение лица этого мальчишки очень не понравилось Джаю. Слишком уж серьезно выглядел молодой степняк. Словно участвовал не в обычной драке, а как минимум в битве не на жизнь, а на смерть. Он напряженно следил за каждым движением своего противника, но сам не спешил нападать. Осторожничал? Или боялся? Вряд ли, учитывая, что этот мальчишка был, по крайней мере, на полголовы выше Хора, и шире в плечах. Тогда почему он с такой опаской следил за каждым его движением?

Но уже через мгновение Джай понял, почему. Когда Хор поднялся на ноги и медленно повернулся к своему врагу. Именно врагу, потому что с такой испепеляющей яростью можно смотреть только на того, кого действительно ненавидишь каждой клеточкой своего тела. На того, кто не имеет права жить, каждым своим вздохом, каждым ударом сердца отравляя твое существование. На того, кого нужно убить и без промедления, уничтожить, стереть с лица земли… Но что заставило Хора вести себя так? Впрочем, выяснить это можно было и позже. Сначала нужно было утихомирить мальчишку, и как можно быстрее.