Опасные страсти - Мартин Кэт - Страница 75

— Извините, что опоздал к ужину. Генерал Равенскрофт собрал офицеров на совещание, и оно затянулось дольше, чем мы ожидали. — Он вдохнул запах гуляша, который девушки держали для него теплым, и добавил: — Надеюсь, мне что-нибудь осталось.

Нина улыбнулась, мягко изогнув губы. В туманных отблесках костров ее черные глаза казались еще больше, чем были на самом деле.

— Конечно, — сказала она. — Сейчас принесу.

Она наполнила оловянную миску аппетитным кушаньем и подала ему кружку дымящегося кофе. Потом они с Элиссой уселись напротив, и Джеймисон принялся за еду.

— Что нового, Джейми? — спросила Элисса, как только майор устроился поудобнее и утолил первый голод. Джеймисон выглядел усталым, но подтянутым и собранным; невзирая на беспокойство, которое внушало ему развитие событий, он, как и полагается солдату, был готов к грядущим битвам.

— Чарльз переформировывает армию. Сражение состоится в ближайшее время, возможно, в конце нынешней недели. Есть и приятное известие: я отыскал вашего брата. Его полк стал лагерем примерно в миле отсюда. Думаю, завтра я смогу отвезти вас к нему.

Питер! Душу Элиссы согрела признательность. Она так беспокоилась за него.

— Спасибо. — Она хотела спросить об Адриане, но не решилась. Ей следует забыть Адриана — точно так же, как он стремится забыть ее.

После того как майор поужинал, Нина отправилась мыть посуду. Элисса заметила, каким взглядом Джеймисон смотрит на девушку, следя за каждым ее движением. Он подошел к котлу с мыльной водой, в которой Нина ополаскивала тарелку.

— Я знаю, уже поздно, — заговорил он, — но подумал, что мы могли бы побеседовать. Надеюсь, Элисса не станет возражать, если мы попросим ее присмотреть за детьми.

— Нисколько, — с улыбкой отозвалась Элисса.

Нина бросила на подругу беспокойный взгляд. На ее загорелых щеках выступил чуть заметный румянец. Девушка оперлась о протянутую руку майора, и они двинулись прочь от палатки. Элиссе оставалось лишь надеяться, что у Джеймисона более благородные намерения, чем те мысли, которые она прочла на его красивом лице.

Майор уверенно вел Нину сквозь скопление солдат, шатров и военного имущества к жидкой рощице у границы лагеря. Всю дорогу девушка чувствовала на своей талии его крепкую руку. Уже стемнело, но узкий серп луны освещал путь, а между тучами поблескивали звезды.

Джеймисон остановился под ветвистой сосной, и Нина повернулась к нему лицом, гадая, что он хочет ей сказать, и опасаясь, что он отправит ее из лагеря.

Ей казалось, что она сама должна настоять на этом решении и продолжать жизнь без Джеймисона.

Джеймисон откашлялся. Казалось, он нервничает так же сильно, как Нина.

— Я уже давно хотел с вами поговорить. Но сейчас, когда армия движется маршем, а Наполеон дышит нам в затылок… словом, только сегодня я смог выкроить время для беседы. — Он опустил взгляд на носки своих пыльных сапог. — Честно говоря, я и сам не знаю толком, что сказать. Дело в том, что я обещал вам помогать, но… видите ли, в тот момент все выглядело гораздо проще…

У Нины упало сердце. Итак, Джеймисон хочет избавиться от нее. Она взяла его за руку, чувствуя, как она напряжена.

— Все в порядке, Джейми, вам нет нужды беспокоиться обо мне. Вы помогли нам уехать от Ивара, и я всегда буду благодарна вам за это. Я привыкла к тяжелому труду и как-нибудь сумею прокормить себя и детей.

Джеймисон поднес к губам ее ладонь и запечатлел на ней нежный поцелуй, от которого по телу девушки пробежал легкий трепет.

— Вы не поняли. Я вовсе не собираюсь отказываться от вас. Я лишь пытался уговорить вас выйти за меня замуж, просто не сумел подыскать нужных слов.

Сердце девушки вновь ожило. Нина почувствовала, как его ровные медленные толчки отдаются у нее в ушах. На лице майора застыло напряжение, глаза блестели глубокой синевой.

— Вы просите моей руки?

Джеймисон вновь откашлялся.

— Я понимаю, мы знакомы не так долго, но порой люди способны сразу разгадать душу другого человека. Вы понравились мне с первого взгляда. Я увидел в вас силу и храбрость. К тому же вы внушили мне определенные… чувства, Нина. Если когда-нибудь… я имею в виду, в будущем… вы сможете хотя бы отчасти их разделить, я надеюсь, что вы ответите согласием.

У девушки перехватило дыхание. Она протянула руку, прикоснулась к щеке Джеймисона и дрогнувшими пальцами повернула к себе его лицо.

— Вы поступаете так из жалости?

— Из жалости? — Глаза Джеймисона расширились, словно он не верил своим ушам. — Господи, конечно же, нет! Вы прекрасны, Нина. У вас щедрая, самоотверженная душа. Вы умны и отважны. В вас есть все качества, которые мужчина хотел бы видеть в своей жене. Если вы согласитесь выйти за меня замуж, я буду самым счастливым человеком на свете.

Нина моргнула, по щекам у нее потекли слезы.

— А как же мои брат и сестра? Я не могу бросить детей. У них никого нет, кроме меня.

— Если вы согласитесь, у них будем мы оба.

Сердце Нины сжалось. Она улыбнулась сквозь слезы.

— В таком случае я сочту за честь стать вашей супругой, Джей-ми-сон… — Еще не осознав до конца, что произошло, она оказалась в его объятиях. — Я люблю вас. Я надеялась… молилась, чтобы вы хотя бы чуть-чуть полюбили меня.

— Нина… милая… — Джеймисон наклонил голову, и девушка поняла, что он хочет ее поцеловать. Она закрыла глаза, и его губы мягко прильнули к ее рту. Поцелуй был нежный, ласковый, но все же Нина ощутила в нем страсть, от которой по телу разлилось тепло пробуждающейся женственности.

Подчиняясь требовательной ласке, она разомкнула губы ему навстречу. Он еще крепче поцеловал ее, и в тот же миг девушку охватило невероятно сильное желание. Она с наслаждением отвечала на его поцелуи, чувствуя, как сердце переполняется счастьем.

Джеими застонал и оторвался от ее губ, но не выпускал Нину из объятий, крепко прижимая к себе.

— Я мечтал об этом с той самой секунды, когда мы впервые встретились. — Еще один жаркий поцелуй, и девушка обняла майора за шею, прильнув к его высокому крепкому телу.

Он улыбнулся Нине, глядя на нее сверху вниз; синева его глаз казалась темнее, чем прежде.

— В вас так много страсти, так много жизни… и все это скоро станет моим. — Он прижался щекой к ее лицу, и девушка почувствовала шероховатость его подбородка. — Вы не похожи на других женщин, — продолжал он, — и я очень рад этому. Мы поженимся, как только я устрою свои дела. Срок моей службы заканчивается через месяц… — Он нахмурился и чуть отстранился. — Вы согласны поселиться в Англии?

Нина кивнула, короткие черные волосы упали ей на лицо.

— Я полюблю Англию. Я слышала, это очень красивая страна. Но даже будь иначе, это не имеет значения, пока вы рядом.

Джеймисон рассмеялся; Нина впервые слышала из его уст такой беззаботный смех.

— Я не так богат, как полковник, но и не бедняк. У меня небольшое имение неподалеку от замка Уолвермонт — поместья, где живет Адриан, когда бывает дома, — и я надеюсь, детям там понравится. И вам тоже.

На глазах у Нины вновь выступили обжигающие слезы.

— Понравится, я знаю. Я сделаю все, чтобы вы могли мной гордиться. Я отращу волосы. — Она провела пальцами по коротко остриженным черным, как смоль, прядям. — Мне пришлось обрезать их перед тем, как отправиться в дорогу с армией.

— Вам не нужно ничего менять, — сказал Джеймисон. — Вы нравитесь мне такой, какая есть. Нина подняла лицо и улыбнулась.

— Вы подарили мне счастье, Джеймисон Сент-Джайлз. Обещаю сделать так, чтобы вы тоже были счастливы.

Джеими поцеловал ее и крепко прижал к себе. Впервые в жизни Нина узнала, что это такое — влюбиться.

Адриан стоял на гребне холма, с которого открывался вид на раскинувшийся внизу лагерь. Уже третий день подряд он приезжал сюда, всякий раз давая себе слово не возвращаться. И все же вопреки своей воле он вновь и вновь поднимался на вершину. Это была мучительная пытка, но он ничего не мог с собой поделать.