Маскарад или Сколько стоит твоя любовь? (СИ) - Ночина Марина - Страница 52

   В этой аудитории им считается первая парта у окна. Она выбивалась из общего ровного ряда и стояла таким образом, что преподаватель должен был едва ли не сворачивать себе шею, чтобы узнать, чего там делает студент. А так как я была на очень хорошем счету, на меня практически не обращали внимания. До того момента, пока не припирала необходимость отвечать.

   Николай, сверкающий практически рассосавшимися фингалом и зажившими ранами, в противовес мне сидел на третьей парте крайнего правого ряда. Остальные шестнадцать из тридцати одного возможного студента заняли весь средний ряд. Любили они прятаться друг за другом. Потому практически каждый наш семинар начинался с веселый игры в "пересадку рассады". И сегодня без этого не обошлось. Только сейчас пересадка была оправдана незапланированной практической работой. А так как только мы с Демидовым остались без пары для работы, Сафронов пересадил его ко мне и с садистским выражением на пожилом морщинистом лице раздал задания.

   - Ну, что... - несмело заговорил Колька, рассматривая лист, который вручил ему преподаватель. - Вроде, всё просто.

   - Коль, - с мягкой улыбкой на губах, позвала я парня.

   - Что? - он, не глядя на меня, положил лист на середину парты и зачем-то полез под стол в рюкзак. Избегает?

   - Почему ты меня избегаешь? - озвучила я свой вопрос.

   - Я не избегаю. У меня просто много дел, - достав ручку, без желания общаться буркнул Николай и, вырвав из тетрадки лист, начал записывать свою фамилию.

   - Тебя этот придурок Морозов побил? - не желая успокаиваться, пока не докопаюсь до истины, напрямик спросила я. Рука Демидова над листком замерла, дрогнула. Николай сглотнул и опасливо посмотрел на меня. Ну, наконец-то! Тот поцелуй ему прощён. Хотел парень показать, что нравлюсь, осмелился на такой серьёзный поступок, а я его обломала, ещё и Морозов (в чём я почти не сомневалась) разукрасил ему лицо. Можно сказать, пострадал из-за меня. Боюсь, булочкой или пирожком из студенческой столовки в качестве извинения здесь не отделаешься.

   - Он псих... - потупив взгляд, тихо сказал Николай. И я была склонна согласиться с мнением парня. Морозов - псих. Да как только он посмел меня сегодня поцеловать? Вот козёл!

   Бить себя за неуместное сквернословие не стала, ибо оно тут к месту.

   - Ты даже не представляешь себе какой, - с горечью вздохнула я и постаралась ободряюще улыбнуться Коле.

   - Он тебя преследует, да?

   - Он со мной... - едва не ляпнула "живёт", но вовремя прикусила язык, скривилась и кивнула. - Достал, как незнамо что.

   - А с виду... - покачал Коля головой. - Ты бы брату, что ли, сказала. Это он тебя сейчас в институте пасёт, а что потом будет?

   Я вжала голову в шею и на несколько секунд отвернулась. Брат как-то ещё в начале первого семестра несколько раз забирал меня из универа и отвозил до дома. А так как жила я тогда ещё с обоими своими мужчинами, то есть с папой и Кешей, была только "за" добраться до дома на мотоцикле с ветерком. В Коле взыграла ревность (я ему уже тогда нравилась, хоть мы практически и не общались: в основном только на семинарах и в столовке, чтобы не было одиноко за обедом) и он начал осторожно выспрашивать меня, кто "этот тип на байке". Пришлось успокоить, что Иннокентий всего лишь мой злобный старший братец. Так что про брата Николай в курсе. Пожалуй, это одно из немногого, что он обо мне знает.

   - Да нет, всё нормально, - повернувшись обратно к Демидову, беззаботно улыбнулась я. Поправила очки и уткнулась в листок с заданием. Болтовня болтовнёй, а конец пары всё ближе.

   Коля тоже занялся делом, только каждые несколько минут виновато косился на меня. Потом всё-таки решился.

   - Прости за тот поцелуй. Я не хотел...

   - Я и не злилась, - перебила я парня. А то придётся слушать его извинение до конца учебного дня. - Просто было неожиданно...

   Демидов прямо на глазах расцвёл, расправил плечи и впервые за многие дни улыбнулся. Пришлось подгорчить сладкую пилюлю.

   - Только прошу тебя больше так не делать. Коль, - полубоком повернулась к нему и чуть склонилась, переходя на несколько интимный шепот. Не стоит, чтобы кто-нибудь слышал наш совсем неделовой разговор.

   - Ты хороший парень, но... прости... я пока не готова к каким-либо отношениям.

   Николай чуть скис, но практически сразу вернул себе улыбку.

   - Я подожду, - воодушевлённо шепнул он. - Это только первый курс. У нас всё впереди!

   И довольный этим с головой ушёл в работу, время от времени советуясь со мной. А я сидела, мысленно билась головой о парту и в который раз жалела, что сразу не отшила парня. Опять дала ему призрачную надежду. С другой стороны и правда: курс-то первый. Мне всего семнадцать лет и ни к чему серьёзному в данный момент я не готова. А там, курсу к третьему, может, Демидов и опомнится. Морозов тоже прав: я не центр мира, вокруг полно других куда более красивых и доступных девушек...

   Закончилась последняя пара, и я с облегчением, предварительно отвязавшись от предложения Николая проводить, отправилась в родные пенаты. Потом вспомнила, кто ждёт меня дома, точнее, что этот кто-то там делает. Уверена, Морозов собрал все свои вещички и дожидается меня. Исключительно для того, чтобы напоследок посильнее нагадить за мою доброту. Знал бы он, как с ним сложно. В те несколько раз, когда я отлавливала Максима с вопросом о его дружке (а тогда Макс был каким-то дерганым и рассеянным), он всё же проговорился. Оказывается, мой личный Монстр пару лет назад неплохо подвисал на наркоте. Как заверил Смольный, сообразивший, что сболтнул лишнего, ничего тяжелого, его стараниями, попробовать Тим не успел. А вот всякая травка и ещё какая-то гадость шли у Чудовища на ура.

   Поставила галочку и сделала соответствующие выводы. Теперь понятно, почему Морозов такой нервный.

   Впрочем, как с уверенностью утверждал всё тот же Максим, Тимка давно завязал, а теперь и курить бросил, чего не мог сделать уже как пять лет.

   Я, что ль, на него так хорошо влияю?

   Сделала глубокий вздох и направилась в сторону дома.

   - Проводить? - раздалось с боку.

   Я вздрогнула, поскользнулась на льду и, размахивая руками, села на зад.

   - Осторожнее, - нахально улыбаясь, посоветовал Тимофей и протянул мне руку.

   - Обойдусь, - сквозь зубы прошипела я и, отползя на четвереньках с опасного участка, потирая задницу, поднялась на ноги. Что это злобное существо здесь делает? Оно сейчас должно активно собирать манатки и выматываться из моей жизни.

   - Какого дьявола ты здесь забыл? - поджав губы, совсем нелюбезно поинтересовалась я. - Или уже собрал вещички, а мне принёс ключ?

   Морозов отвернулся, сунул руки в карманы и громко цыкнул, скривив нос и приподняв верхнюю губу. Проводил взглядом влюблённую парочку, идущую рука об руку по другой стороне пешеходной дорожки, и повернулся ко мне.

   - Да вот решил собирать вещи исключительно в присутствии хозяйки. А то скажет потом, что я у неё что-нибудь украл, - море яда только что вылилось мне на голову. Удивительно, как при этом я не замёрзла и не окочурилась прямо на месте.

   - Тогда вперёд! - приказала я и, как танк, попёрла в сторону дома. Идущие мне навстречу люди предусмотрительно расступались, пропуская взбешённую девушку, в глазах которой бушевало адское пламя. Морозов не отставал, пользуясь созданным мной коридором.

   Эгоистичная сволочь! Что ещё можно тут добавить?

   Рядом затормозила чёрная тонированная "Паджерка" и переднее пассажирское окно поползло вниз. Радостная мысль, что это мой дорогой Кеша, разбилась сразу же, стоило из окна внедорожника высунуться лысой голове.

   "Съём девушки по-новорусски", - отметил внутренний голос. Я уже заготовила культурный посыл, но амбал лишь скользнул по мне взглядом и перевёл всё внимание за мою спину.