Мир Гаора (СИ) - Зубачева Татьяна Николаевна - Страница 257

   - Твоя. Пошёл.

   - Есть пошел, - по-военному ответил Гаор, делая шаг вперёд.

   Из машины вышли трое молодых, знакомых ему по весеннему пикнику, сослуживцев Фрегора. Весело смеясь и болтая, они пошли вверх по ступеням к гостеприимно распахнутым дверям, не замечая вокруг никого, а уж тем более рабов. Гаор сел за руль. Оставленные в замке ключи подтвердили, что его очень даже заметили. Отогнав машину на площадку у гаражей, он бегом вернулся обратно.

   Дальше машины пошли сплошным потоком, они вчетвером бы совсем зашились, но, на их счастье, у многих гостей были шофёрами рабы, а те к гаражам отправлялись сами. В этой круговерти и суматохе приезда Венна Гаор бы не заметил, если бы тот сам его не окликнул:

   - Рыжий!

   - Да, господин, - подбежал к нему Гаор.

   Очередь была Весенника, но раз позвали... Краем глаза Гаор успел поймать кивок Первака и понял, что поступил правильно.

   - Раз ты здесь, - рассмеялся Венн, бросая ему ключи от машины, - значит, Фрегор там. Он же без тебя теперь никуда!

   Снова рассмеялся и бегом, не от спешки, а от избытка сил, поднялся на крыльцо.

   - Да, господин, - бездумно пробормотал ему в спину Гаор, торопясь убрать легковушку с дороги: подъезжали сразу три лимузина.

   И вдруг поток схлынул. Гаор удивлённо посмотрел на пустую подъездную дорогу и перевёл дыхание:

   - Всё?

   - Вроде бы, - Первак озабоченно прислушался: не шумит ли, приближаясь, мотор. - Так, парни. Посменно сбегайте, перекусите там, - и объяснил Гаору. - Дежурить придётся: мало ли кому когда и что приспичит.

   Гаор понимающе кивнул.

   Летняк и Весенник ушли, а он и Первак присели на спрятанную под кустами скамейку.

   - Хорошо водишь, - негромко, но не шёпотом сказал Первак. - Где выучился?

   - Меня ещё мальцом в отцовском гараже, - Гаор с удивившей его самого беззлобностью улыбнулся воспоминанию, - его же шофёры учили. Потом училище, потом фронт, потом... нет, на дембеле я не водил, автомехаником работал, это да, но не водил, ну а потом...

   - Не части, - перебил его Первак, - не понял я. Так ты тоже родовой, что ли?

   - Я бастард, - Гаор зачем-то подобрал камушек, повертел, помял в кулаке и, сжав пальцы, выстрелил им в темноту. - Я свободным родился и до двадцати шести лет свободным был. А потом отцу деньги понадобились, и он меня продал.

   - Лоб покажи, - тихо сказал Первак.

   - Смотри, - Гаор приподнял ладонью чёлку и, немного подержав, опустил.

   Первак кивнул и не то спросил, не то просто сказал:

   - Значит, и такое бывает?

   - Кажин знат, что всяко быват, - с горькой насмешкой ответил Гаор.

   - Здешние-то сразу клеймят, а тебя, значит, до двадцати шести на верёвочке водили. Хреново, - посочувствовал Первак и вдруг спросил: - Не приехал он?

   - Кто? - не понял Гаор.

   - Отец твой. Ну, чтоб поглядеть хоть на тебя.

   И только тут Гаор сообразил, что ведь и вправду генерал Юрденал мог приехать сюда, конечно, не за тем, чтоб поглядеть на сына-первенца, хоть и бастарда, хоть и бывшего... а интересно, почему не приехал? Не пригласили? Но Первак ждёт ответа.

   - Нет, не было его. Да и... деньги за меня он уже получил, так что, - Гаор снова, уже зло, усмехнулся. - Больше я ему ни за чем и не нужен.

   - Может, зря ты об нём так, - не очень уверенно сказал Первак. - Всё ж таки... отец.

   Гаор молча покачал головой, и Первак не стал продолжать разговора. Теперь они сидели молча, но, пожалуй, впервые в "Орлином Гнезде" Гаор не ощущал в этом молчании отчуждения или враждебности. Первак вдруг негромко засмеялся. Гаор удивлённо посмотрел на него.

   - Здорово ты ночью, - сказал Первак.

   И Гаор с улыбкой кивнул.

   Из темноты подошли Летняк и Весенник.

   - Айда, паря, - встал Первак, - глотнём да пожуем.

   - Вот и живы будем, - ответил ему в тон Гаор.

   Возле гаражей стоял накрытый белой клеёнкой длинный стол, за которым сидели приехавшие со своими хозяевами рабы. Первака они знали и встретили негромким и радостным гулом, а на Гаора посмотрели с настороженным интересом.

   - Наш он, - объяснил, усаживаясь к столу, Первак, - после новогодья купили.

   - И как зовёшься? - спросил за всех сидевший во главе стола немолодой темнобородый раб в шофёрской куртке из настоящей кожи.

   - Рыжий, - ответил Гаор, садясь рядом с Перваком и с интересом оглядывая стол и сидящих за столом.

   Что ж, получается, что все если не знают, то знакомы друг с другом, хоть и от разных хозяев, а темнобородый... вожаком. Да, и называют его Старшим. А вот почему все сидят рядом, а трое отдельно, на дальнем конце, и между ними и остальными невидимая, но явно непреодолимая черта? Но, приглядевшись к красивым молодым парням в белых шёлковых рубашках с распахнутыми до середины груди воротами, понял. Его догадку подтвердил Первак, негромко пояснивший ему:

   - Подстилки хозяйские. Ну и шофёрят заодно.

   Гаор понимающе кивнул.

   Девчонки-подавальщицы поставили перед ними тарелки с бутербродами и стаканы с теплым сладким чаем. "Ну да, - сообразил Гаор, - кашу-то из кухни сюда тащить не будешь". Гаора спросили, откуда куплен, услышав, что из Дамхара, покачали головами и вернулись к своему разговору. То ли не было больше дамхарцев, то ли... да мало ли почему. Помня о своём положении новобранца, Гаор молча пил чай и слушал. Говорили все по-дуггурски, нашенских слов не было. И опять же... да, похоже, и у других так же запрещено говорить на родном - с внезапно вспыхнувшей злобой подумал Гаор - языке.

   Трое на дальнем конце так же молча пили и ели. Их не гнали, но и не принимали. Гаор вдруг даже не понял, а ощутил, как ему повезло, что его хозяин - Фрегор, а не Второй Старый - Орнат Ардин. Ведь не поверил бы никто, что сам он ни сном, ни духом, и сидел бы он сейчас рядом не с Перваком и остальными... нормальными, а на том конце, с теми тремя, что тоже ведь наверняка не сами себе такое выбрали. "Купит себе на подстилку, а ты спи потом всю жизнь у параши". Всё так: парни не виноваты, конечно, рабу либо жить, как хозяин велит, либо помирать, и правило, что не нами заведено, не нам и ломать, а Тукман тогда как же? Или Тарпан ему родичем или земелей приходился, потому и прикрыл дурачка? Ведь, попади он сюда с Лутошкой, и если бы что, он бы за Лутошку любого отметелил, но не дал бы над мальцом измываться, так что...

   Но думая об этом, Гаор внимательно слушал общий разговор и даже уже и своё начал вставлять. Тем более что говорили о машинах, а ему приходилось и трейлеры, и фургон водить, а они все только на легковых. Даже "коробочку", похоже, не знают. Видеть видели, а не работали. И Гаор стал объяснять, как и для чего "коробочки" делались и почему они все такие... каждая наособицу.

   Чем хороши большие приёмы, так это тем, что всегда найдёшь свою маленькую приятную или полезную компанию. А если очень повезёт, то и то, и другое сразу. Тут тебе и танцы, и карты, и "умные" разговоры, и эстетские беседы, и плотские утехи.

   Венн и раньше бывал на таких приёмах и праздниках. Конечно, только как друг и сослуживец Фрегора. Иначе ему, внуку бастарда из давно обедневшего рода, не видать Королевской Долины и "Орлиного Гнезда" как своих ушей без зеркала. Но ему было здесь всегда настолько интересно, что на зависть уже не оставалось времени. Да и чему, по большому счёту, завидовать? Деньгам? Знатности? Он уже давно вырос из этих игрушек. К тому же... знатность ведёт к вырождению. К сожалению, это так. Племянника Фрегора, наследника рода, никогда не показывают гостям, но от Фрегора он знает, почему. Да и сам Фрегор Ардин, его старший брат Фордангайр Ардинайл, его отец Орвантер Ардинайл, дядя Орнат Ардин - все они отмечены беспощадной печатью вырождения. И гости, обитатели Королевской Долины... все "с червоточиной". И, поглядев на них, так приятно убедиться в своей правоте. Что только поселковые ресурсы, свежая кровь спасут дуггуров. Опять же поглядим на гостей. Где подмешана другая кровь - там здоровье! Бастарды всегда были здоровее законных.