История Одной Оптимистки (СИ) - Егер Ольга Александровна - Страница 140

   Последнее он бормотал уходя, но Эрик слышал. Пусть и не придал этому значения, однако вечером, неизвестно как, оказался на пороге детского Центра. Помялся на ступеньках, сомневаясь в причине своего пребывания здесь, а потом... Меган открыла двери, устав ждать его решения. Она улыбнулась и намекнула, что у кое-кого еще идет занятие. Блайд молча поднялся по ступенькам, прошел по коридору и притаился напротив классной комнаты у стены, заглянув в окошко. С той стороны было темно, по потолку кружились звезды, а дети сидели кругом на полу и пели. Некоторые ученики, пользуясь покровом сумерек, коварно спали, игнорируя занятие. Хотя преподаватель и не собиралась их бранить за это.

   Когда стихла песня, включился свет, и дети разошлись, Эрик не спешил войти. Ждал. В комнате остались всего трое человек: Джулия и ее двое верных помощников - Джош и Дориан.

   - Ты устала? - допытывался любимец девушки.

   - Ну что ты пристал? - возмущалась она, пытаясь разобрать сложный механизм проектора. - Нет. Просто... Не знаю... Мне не по себе немного.

   - Почему? - ходил вокруг нее Джош, игнорируя насмешки Дориана. - Что-то не видно твоего дружка в последнее время. Рассорились? Он тебя обидел?

   Джулия бросила на него убийственный взгляд. Мысли о Блайде вызывали приступы спазмов в груди.

   - Перестань! - прорычала девушка и отвернулась к столу.

   - Если он тебя обидел, то я его... - не умолкал Джош.

   - Добрый вечер! - нарушил бахвальство мальчишки голос, заставивший Джулию содрогнуться и повернуться к двери лицом. Там, облокотившись о косяк, вальяжно стояла тема разговора.

   - Ага! Явился! - зашипел сорванец. Но прежде чем он смог хоть что-то сделать, наблюдательный и понимающий все Дориан, ухватил его за шиворот, оттягивая назад. Староста заметил, как, не отводя взгляда, смотрят друг на друга взрослые. Он понял, что для них сейчас не существует никого и ничего, только маячки зеленых и серых глаз.

   Эрик медленно прошел к замершей девушке. Наверное, и сам не обратил внимания, что переступив порог, стал улыбаться. А она наоборот, не шевелилась, глядела испуганно, словно готовясь к побегу. Поэтому Блайд остановился в шаге от нее, боясь дать повод.

   - Привет, - почти шепотом поздоровался он.

   - Привет, - вторила ему Джулия.

   - Идем! - потащил на выход Джоша староста.

   Но доморощенный защитник девушки отказывался уходить, не оставив хоть парочки синяков на теле ее обидчика, о чем трижды прокричал, но так и не был услышан. Взрослые будто игнорировали его. Ребенок обиделся и вышел в коридор сам.

   Рука Блайда поднялась к лицу Джулии, убирая огненный локон за ухо. Его ладонь коснулась ее щеки. На миг прижавшись к теплой ладошке, девушка прикрыла глаза и больше не могла сдержаться - спустя секунду повисла на шее парня. За что корила себя, уже придумывая, как оправдать такое глупое действие, когда услышала сокрушительное:

   - Прости! - короткое слово взорвало барьеры, сожгло препятствия и, как ни странно, засеяло пустошь в душе ростками травы надежды на лучшее.

   Прижимая ее к себе, он спрятал лицо в рыжих волосах, и продолжил говорить:

   - Больше никаких поцелуев или приставаний! - пообещал Эрик.

   - Хорошо, - другое емкое слово несло в себе горечь.

   - Кхе, кхе, - культурный кашель, принадлежал старшей воспитательнице.

   Меган замерла на пороге, увидев обнимающихся. Мальчишки стояли с двух сторон от нее. Музыкант, не отпуская Джулию, оглянулся, а девушка лишь слегка приподняла голову, не желая отпускать парня.

   - Мы с Мэри приглашаем вас на чаепитие, - объявила она. - Если у вас нет других планов...

   Эрик посмотрел на Джули, мысленно задав вопрос о том, какое у них расписание на вечер. Она только пожала плечами.

   - Мы не против! - так и не отпустив от себя девушку, Эрик развернулся, обнимая ее за талию.

   После общения на кухне, четырех выпитых кружек ароматного чая, Блайд отвез Джулию домой. Когда кончились шутки, настала пора откровенного разговора.

   - Почему ты?.. - хотела спросить она, но Эрик перебил ее.

   - Не боишься, что все это игра? Игра между нами!

   - Нет, - пожала плечами девушка, беззаботно улыбнувшись. - Пока что она взаимовыгодна.

   - Да? - заинтересовался Блайд. - И в чем твоя выгода?

   - Моя? - лукаво подмигнула Джули. - Ну... А твоя? Почему ты приехал? Просил прощения? Мне почему-то не верится, что ты способен вот так просто примчаться и даже извиниться.

   Блайд нахмурился, и украинка могла поклясться, что сейчас он переведет тему разговора, отказываясь отвечать на ее вопросы.

   - Просто признай. Нам удобно друг с другом. - Вздохнула она, облегчая ему задачу. Но и этого он не собирался ни признавать, ни отрицать. Промолчал.

   BMW притормозил у подъезда.

   - Ладно, пока! Сладких снов! - попрощалась Джулия, хотела выйти из машины, однако...

   - Вернись! - позвал ее Эрик.

   Девушка обернулась, в тайне надеясь на прощальный поцелуй. Блайд растянул на физиономии довольную ухмылку.

   - Сумку забыла! - проговорил он.

   Стукнув себя по лбу, явно, чтобы таким варварским образом вернуть разум на место, она подхватила вещь и снова повернулась к двери.

   - Джул! - опять окликнул ее парень, пробуждая вспышку негодования. Все же девушка обернулась и была поймана врасплох. Мягкие губы Блайда коснулись ее губ поцелуем.

   - Ты же говорил... - прошептала Джулия, пытаясь сосредоточить взгляд на парне.

   - Но ты выглядела очень расстроенной. - Усмехнулся он. - К тому же, это игра!

   - Пусть будет так! - сдалась она, все же выскользнув из салона.

   - Не боишься, что мне надоест? - поинтересовался музыкант.

   - Если приехал сегодня, значит пока не надоело. А дальше, время покажет. - И из вредности немного тише, но так, чтобы он слышал, произнесла: - Может, мне надоест раньше!

    Глава 31. Не родись красивой...

   Суматошные дни незаметно превратились для Золушки в обычные будни. Она быстро привыкла к полной занятости, плотному рабочему графику, в котором практически нет места отдыху. С ее личными музыкантами установилось понимание. Как выяснилось, люди ценят и уважают тех, кто всерьез воспринимает общее дело. Да и проводя почти сутки вместе, запертыми в крошечной комнате, хочешь-не хочешь, а приходится подружиться. Наиболее теплые отношения у певицы завязались с соло-гитаристом. Теренс Нидшоу - молодой и привлекательный парень - обладал тонким чувством юмора, великолепно играл на инструменте (немного хуже Блайда - как считала Джули), и оказался верным товарищем по сумасбродным выходкам. К примеру, украинка могла позволить себе повиснуть на спине гитариста и вскрикнуть: "Покатай меня, большая черепаха!". Терри вместо того, чтобы послать ее куда-подальше, скакал, как сайгак, по коридорам с нелегкой ношей в нагрузку. Такую сцену единения двух душ застал однажды Эрик. Он прошел мимо, не здороваясь, лишь смерив девушку и ее "коня" презрительным взглядом. А позже, вечером, провел разъяснительную беседу о подобающем поведении. Джули не слушая его, имела свойство похихикивать, приговаривая: "Не ревнуй!". На что Блайд отвечал: "Да кто я такой тебе, чтоб ревновать!" - хлопал дверью или просто уезжал, оставляя ее наедине со злостью. Джули мысленно посылала его на все четыре стороны и, тем не менее, когда он звонил среди ночи, сонная подымала трубку - они говорили почти до утра, и обида испарялась без следа.

   Началась полоса концертов. Один из таких проходил в шикарном зале мьюзик-холла. Поклонники раскупили билеты и уже толпились под входом, ожидая своей очереди попасть внутрь и занять лучшие места. Джули и не подозревала, что столько людей слышали ее песни и больше того - полюбили ее голос. Это льстило и немного пугало.

   - Интересно, почему у нас должны быть разные гримерные? - задавалась вопросом она, глядя на то, как Жорж лепит на ее голову парик. Терри сидел рядом на столе, со скучающим видом перебирая косметику.