Догоняющий радугу - Ведов Алекс - Страница 50

Слышать мне это было и страшно, и тяжело. Так вот почему у него был такой изможденный вид, когда я его встретил!

Старик выждал немного, давая моему сознанию время справиться с жестокой правдой, и продолжил:

— Он не знал, сколько ему оставалось жить в качестве биологического существа. А поскольку с таким недугом он вряд ли мог рассчитывать на долголетие, было просто необходимо опередить смерть для того, чтобы выполнить свое предназначение. Он это сделал. Но времени искать свою рукопись у него уже не оставалось. К счастью, случайно или совсем не случайно, здесь появился ты. Он знал, что ты ему не поверишь, но был уверен, что возьмешься выполнить его просьбу, и понимал, что это приведет тебя ко мне. Поэтому он и оставил тебе такое письмо.

— А про то, что я встречу сначала Айын, вы с ним тоже знали? — спросил я как-то по инерции и тут же поймал себя на мысли, насколько для меня стало важно все, что касалось ее роли в моей «миссии» здесь.

Старик рассмеялся.

— Ну, не надо все сваливать на нас, — ответил он с каким-то таинственным выражением лица. — Я ведь тебе говорил, что некоторые способности есть и у тебя. Так что можешь отнести это на счет собственной инициативы. И, может быть, ее инициативы тоже.

Я был даже польщен таким признанием. Етэнгэй, заулыбавшийся на мгновение, снова стал серьезным:

— За тетрадью вы пойдете вместе. Это не я так решил, Айын так решила. Без нее тебе будет трудно, хотя бы потому, что Сохор просто так тебе тетрадь не отдаст. Лучше отправиться прямо сегодня, чтобы не терять времени. Однако ты должен знать вот еще что. Я сказал, что сопротивление сил Нижнего мира перед тем, как ищущий собирается догнать радугу, дает знать о себе как малозаметные колебания. Но когда это действительно происходит, волна сопротивления становится огромной. Такова реакция Нижнего мира, и она прокатывается по всем мирам, хотя в Среднем и тем более в Верхнем она не столь заметна. Представь себе, что происходит подводное землетрясение или извержение вулкана. Это приводит к волнам огромной силы, к цунами, которое сметает все на своем пути. Что-то подобное происходит и с Нижним миром. Эта волна затронет в той или иной мере всех, кто был близок к догнавшему радугу, и тем сильнее, чем теснее эти люди были связаны по духу. Я не знаю, когда это произойдет и в чем выразится, но тебе ее в любом случае не миновать. И, скорее всего, она настигнет тебя тогда, когда ты найдешь тетрадь. Шаманы из рода Сохор, наверняка, оставили свою силу там, где спрятали рукопись, и эта сила, когда ее потревожат, притянет волну. Я должен предупредить тебя об этом.

Я содрогнулся.

— И что… со мной будет? — спросил я со страхом.

— Не знаю, — сказал Етэнгэй, — вряд ли что-нибудь приятное. Это не так опасно, как посещение Лысой горы без подготовки, но все же здесь нужна помощь сильного шамана. Именно поэтому Айын пойдет с тобой. Она поможет тебе справиться. Она сейчас подойдет, а ты собирайся в дорогу.

Глава 14

Айын действительно появилась через полчаса. Она выглядела посвежевшей и даже помолодевшей. Без косметики она смотрелась нисколько не хуже. Она была фантастически хороша в любой одежде; наверное, даже будучи одетой в какую-нибудь рабочую спецовку, эта женщина оставалась бы по-прежнему очаровательной. Вот и сейчас, видя ее в джинсах и спортивной куртке, я думал, что она могла бы дать фору любой городской моднице в выходном платье. Дело было даже не во внешности. Даже на расстоянии от нее веяло уверенностью и спокойной силой, совсем не женственной, — при внешнем потрясающе выраженном женском начале. Как будто вокруг нее была огромная незримая сфера, притягивающая к себе солнечный свет и не впускающая ничего темного. Я смотрел на нее так же завороженно, как и в первый раз.

Она с улыбкой подошла ко мне. Мы обнялись. Я зарылся лицом в ее густые черные волосы, пахнувшие лесными фиалками. Говорить ничего было не нужно, все было понятно и без слов.

Етэнгэй тем временем тоже собрался и переоделся. Он вышел из хижины и стоял, с улыбкой глядя на нас. До этого я видел его только в национальной одежде, но в этот момент с удивлением заметил, что на нем были сандалии, брюки и рубашка с коротким рукавом вполне современного вида. Свои косички он расплел и расчесал, и получилось похоже на прическу индейцев в вестернах. Встретив такого человека на улице, я бы подумал, что это совершенно рядовой представитель одной из малых народностей Севера, в годах, пусть и молодцеватого вида для своих лет, но никак не шаман.

Старик подошел к нам. В руках он держал узел из мешковины, в котором было что-то увесистое.

— Это для Сохор. Айын, скажешь, что это ей от меня. В знак старой дружбы, — с этими словами он усмехнулся, видимо, что-то вспомнив. — Ну что, молодые люди, в путь! — добавил он. — Николай уже нас, поди, заждался!

— А кто это? Тоже шаман? — спросил я.

— Да нет, — рассмеялся Етэнгэй. Айын тоже улыбнулась. — Тебе, наверное, после всего пережитого кажется, что здесь кругом одни шаманы.

— Да уж, они теперь мне будут всю оставшуюся жизнь сниться, — пробормотал я. Айын и Етэнгэй снова рассмеялись.

— Николай — мой старый хороший знакомый, — пояснил старик. — Я с ним вчера договорился. Он вас на своей моторке подбросит через Печорскую губу до восточного побережья, а дальше по протоке в глубь континента. В нужном месте он вас высадит, он те места знает. А там километров двадцать на север до стойбища Сохор пройдете пешком, места там сухие, не болотистые. Если верить схеме Виталия, которую ты мне показывал, это самый быстрый способ добраться туда. А тундру топтать полтораста километров вам совсем ни к чему. Обратно Николай вас привезет. Он дождется, никуда не уедет. Думаю, за сутки вы управитесь.

Это была неожиданная и замечательная новость. Я чуть не запрыгал от радости и готов был расцеловать старого шамана. Мне уже представлялось, что придется предпринимать вояж, подобный тому, который я проделал к Лысой горе, а все оказалось гораздо проще. Глядя на Айын и ее деда, я еще раз подумал, как мне повезло, что я встретил здесь этих удивительных людей.

— Ну, все, пошли! — сказал старик.

Мы вышли со двора и тронулись в дорогу. Обогнув город, мы миновали малорослую лесополосу, пустынное поле и несколько небольших деревень. Примерно через час Етэнгэй привел нас на песчаный берег Печоры под старую деревянную вышку. Там нас ждал пожилой мужчина, судя по всему, тоже коренной местный житель. Неподалеку на волнах покачивалась широкая дюралевая лодка с двумя моторами, на вид довольно мощными. Етэнгэй познакомил меня с мужчиной — это был Николай, рыбак и охотник. После нескольких коротких фраз, которыми они перекинулись со стариком на местном наречии, Николай помог нам с Айын забраться в лодку, насквозь пропахшую рыбой и водорослями.

— Счастливого пути! — сказал Етэнгэй, передавая нам сверток с подарком для Сохор. — Что бы ни случилось, мой дух будет с вами!

Взревели заведенные двигатели. Николай оттолкнулся веслом от берега, прогрохотал в своих сапогах к носу и сел за управление.

— Счастливо! — почти одновременно прокричали мы с Айын сквозь тарахтенье моторов и удушливый дым, сизым облаком взвившийся над катером. Берега Печоры поплыли мимо нас. Етэнгэй махнул рукой и, оставаясь на берегу, еще долго провожал лодку взглядом.

Путешествие по воде с ветерком заняло около трех часов. Все это время мы с Айын сидели рядом, прижавшись друг к другу. Она задремала, или, быть может, просто закрыла глаза, склонив голову мне на плечо, а я изредка поглядывал на нее и думал: как здорово, что я встретил здесь эту изумительную во всех отношениях женщину! Все-таки не зря меня судьба забросила сюда! Может, и вправду благодаря высшим силам?

Я смотрел то на плавную зеленую линию берегов, которая ни разу не исчезла из виду, то на бесконечную морскую гладь, на которой играли солнечные блики, то на пенный след с фонтаном брызг за кормой, то на чаек, носившихся над нами с пронзительными криками, и думал: какая же все-таки чертовски интересная штука — жизнь! И как мало в действительности нужно человеку для счастья — почему же большинству людей этого не хватает?