Волшебный витраж - Джонс Диана Уинн - Страница 51

А потом дождь перестал. Желтое солнце засияло на мокрой траве, на мокрых пони, от которых валил пар, на погубленных карнавальных костюмах. Со шляпок на помосте текло и капало. Эйдан на поле помотал головой, отряхнул воду с подпаленных волос и попытался протереть очки. Он стоял на коленях в кольце выжженной травы, пахло сажей. Гройль исчез без следа. Эйдану было из-за этого очень горько. Да, если Эндрю пришлось выслать отсюда всех тех тварей, логично, что и Гройль ушел с ними, а Эйдан потерял друга. Однако Рольф никуда не делся, только шерсть у него на одном боку побурела от огня и он хромал на все четыре лапы. И осторожно-осторожно подковылял к комочку оплавленного серебра, лежавшему в траве неподалеку.

– Не трогай, Рольф, – печально проговорил Эйдан. – Подумаешь, оберег. В него ударила молния, но он мне все равно уже, наверное, не нужен.

Эндрю на помосте вежливо вернул микрофон викарию, нагнулся и помог Ронни Стоку подняться.

Ронни промок до нитки, но в остальном, похоже, был цел и невредим.

– Ну и разгул стихии! – сказал он Эндрю. – Спасибо. Вы ведь тот самый Хоуп из Мелстон-Хауса, да? Рад познакомиться.

Когда Ронни поднялся, у них с Эндрю захрустело под ногами. Оказалось, что помост усыпан желудями. Эндрю нагнулся и подобрал горсть, но больше никто, похоже, не заметил ничего странного. Викарий сердито стучал по микрофону – тот упорно молчал. Должно быть, сломался.

«Совсем как мой компьютер от колдовского разряда», – подумал Эндрю и ссыпал желуди в карман.

– Ничего, – весело отмахнулся Ронни Сток. – Я привык орать на наездников на тренировках. – Он горделиво выпрямился, прошагал на середину помоста и закричал: – Леди и джентльмены! – А когда из шатров показалось достаточно народу, закричал дальше: – Леди и джентльмены, я собирался выступить с речью, но с учетом погоды, пожалуй, лучше просто объявить, что наш фестиваль наконец-то открыт! Спасибо.

Из пивного шатра несколько нетвердой походкой вышел оркестр и заиграл. Ронни посмотрел поверх их голов на дальний конец поля, где Снежок катался по траве, окончательно запутавшись в мокрой голубой тряпке, и проревел:

– Эй, кто-нибудь, поднимите там мою лошадь!

Стейси уже хлопотала вокруг Снежка. Однако Снежок, к сожалению, совершенно не ценил ее стараний. Стейси не поставила бы коня на ноги, если бы ей не подоспели на выручку.

– Спасибо, папа, – пропыхтела Стейси, решив, будто это Таркин. Однако, присмотревшись, обнаружила, что это кое-кто очень похожий на Таркина, только без бороды. – Ой, – сказала Стейси. – Простите. Все равно спасибо.

– Всегда пожалуйста, – отозвался Пак и исчез за каруселью.

Эндрю тайком от всех спрыгнул с края платформы и направился к Таркину, который был белый, как простыня.

– Пойдемте ко мне, – пригласил он. – Я сейчас ухожу домой. Вид у вас такой, что вам не помешает выпить.

– Только если чая, – поразмыслив, ответил Таркин. – Голова прямо раскалывается, такие вот дела. Что это было-то?

– Лучше и не спрашивайте, – ответил Эндрю, и они вместе двинулись к Эйдану. – Хочешь остаться? – спросил Эндрю у Эйдана.

– Нет. Гройлю пришлось уйти, – сказал Эйдан. – Только мне все равно придется побыть тут. Рольф не может идти.

К счастью, в этот момент к ним подошел мистер Сток с тачкой, где возлежал кабачковый дирижабль.

– Подвезу вашу собачку, – пообещал он. – А вы подержите. – Он вытащил из тачки исполинский кабачок и хотел было сунуть его Эндрю.

Но тут до него, похоже, дошло, что Эндрю очень важная персона и ему не пристало таскать овощи. Тогда мистер Сток повернулся и плюхнул кабачок в руки Эйдану. Кабачок был тяжеленный – и по-прежнему целехонький.

Рольф с величайшей радостью вскарабкался в тачку, улегся там и стал зализывать лапы, и все они отправились домой. По пути они миновали миссис Сток – она отряхивала зонтик.

– Трикси с Шоном на пару порвали обе подушки, – сообщила она. – Вот и отлично! Ну, профессор, до понедельника.

Они дошли до Стейси – та яростно сдирала со Снежка голубую тряпку.

– Уходите? Сейчас отведу Снежка в стойло и нагоню вас. По-моему, он растянул мышцу. А Ронни пусть топает домой пешком, поделом ему! Выставил себя полным идиотом, честное слово! – Тут Стейси осеклась и замерла с голубой шипастой маской в руках. – Слушайте, а как вы думаете, хоть кто-нибудь еще сообразил, что произошло на самом деле?

– Ой, сомневаюсь, – ответил Таркин. – Никто, небось, не поверил своим глазам, когда увидел великана, а тем более иных прочих. Сдается мне, все решили, будто открытие фестиваля не задалось из-за небывалой грозы, какой даже старики не видывали. То есть надеюсь. Вот уж не хочу ближайшие десять лет тратить на объяснения всякой публике вроде миссис Бланшар-Сток. А ты?

Что бы там кто ни думал, а когда они уходили, фестиваль был в самом разгаре. Карусель крутилась, батут был полон. Из тира доносился треск выстрелов, из пивного шатра – пение. Вдали маячила алая фигура Ронни Стока: он с самым серьезным видом присудил тюбику зубной пасты приз за Лучший Карнавальный Костюм и направился судить собак и пони.

А солнце все сияло.

Глава семнадцатая

Эйдан очень горевал по Гройлю, как ни убеждал его Эндрю, что не отсылал Гройля со всеми остальными.

– Мое волшебство его не затронуло, честное слово! – твердил он.

– Тогда почему он исчез? – возражал Эйдан. – Наверное, ему пришлось уйти, раз он двойник Шона!

Чтобы успокоить Эйдана, Эндрю в тот же вечер водрузил исполинский кабачок на крышу дровяного сарая. Однако в воскресенье утром кабачок оказался на месте – нетронутый.

– Ладно, – сказал Эндрю, – он же непрошибаемый. Наверное, даже Гройлю оказался не по зубам.

Утром зашел Уолли Сток и похвастался Эйдану, что выиграл бутылку шерри. Эйдана это совсем не утешило.

Днем зашла Трикси и сообщила Эндрю, что он точнее всех угадал ее вес. Эндрю поблагодарил ее и учтиво вернул приз в пятьдесят фунтов. В тот день он был очень рассеян, сидел на косилке под витражом и разбирался, что именно делает каждое стекло. К вечеру все более или менее прояснилось.

В ночь на понедельник исполинский кабачок рухнул с крыши и взорвался.

Между тем Рольф решил, что, раз уж у него обожжены лапы, надо извлечь из этого все возможные выгоды. Воскресенье он с утра до вечера провалялся на полу в кухне, где о него постоянно спотыкались, и тихонько поскуливал. В понедельник миссис Сток окончательно потеряла терпение и заставила Шона вытащить Рольфа на лужайку, где Рольф лежал на солнышке и по-прежнему скулил, пока из дома не вышел Эйдан с полной миской собачьего корма. Рольф радостно вскочил и бросился к миске.

– Ах ты, жулик, – сказал ему Эйдан. И тут его осенило. – Ой! А ведь Гройль, наверное, тоже обжег ноги!

Эндрю отправил Шона на чердак поглядеть, не удастся ли починить крышу. Посмотрев на Лучшего Робота, Эндрю преисполнился слепой веры в способность Шона починить что угодно.

– Пф! – сказала миссис Сток.

Эндрю не обратил на нее внимания и пошел открывать парадную дверь – пришли Стейси и Таркин обсудить свадьбу. Только они успели назначить дату, как послышался громовой рев миссис Сток:

– Нечего тут ругать нашего Шона! Он старался!!!

– Что еще? – удивился Эндрю.

Они бросились на улицу.

– Кстати, – сказала по дороге Стейси. – Ты слышал, что Мелстонскую усадьбу выставили на продажу? Ронни Сток подумывает ее купить. Говорит, мыза для него недостаточно шикарная.

– Да, усадьба ему под стать, – кивнул Эндрю.

На лужайке они увидели косилку и мистера Стока, который горячо спорил с Эйданом.

– Говорил я тебе, она не заведется! – кричал мистер Сток. – Этот косорукий все трюки мне испортил! – Он дернул за стартер своим особым приемчиком. Ничего не произошло. – Видишь? – заорал мистер Сток на Эйдана. – Ну, я ему покажу, этому Шону!