Искушение учителя. Версия жизни и смерти Николая Рериха - Минутко Игорь - Страница 75

Однако первым объектом на новом поприще для Требича-Линкольна стал Николай Константинович Рерих, когда, покинув Россию, он с семьей оказался сначала в Швеции, а потом в Англии. Великий русский художник был тесно завязан на свои восточные интересы, прежде всего в Индии, и получить его в союзники для Германии было соблазнительной возможностью.

Но сблизиться с Рерихом — в Швеции Требич-Линкольн действовал под видом импресарио по фамилии Видрашку — не удалось. Или почти не удалось, и потому, когда художник отбыл в Англию, а потом в Индию, как предполагал немецкий агент Маг (он не знал, что Рерих отплыл в Соединенные Штаты Америки), Исаак Тимоти получил задание: изучить ситуацию на восточных окраинах России, создать там свою агентурную сеть, собрать самую разнообразную информацию о тактике большевиков в пограничных восточных странах и об их отношениях с англичанами. «Возможны ли акции, провоцирующие столкновение русских и англичан в интересующих нас странах?» — ставился вопрос из Берлина.

Вплоть до конца 1923 года агент Маг перемещался из Москвы то в Иркутск, то в Читу, то в Улан-Батор, в который превратилась Урга, то в Харбин, и даже в Тибет. Насыщенные самой подробной информацией донесения регулярно посылались в Берлин через Германское посольство в Москве. Своим новым восточным агентом хозяева были довольны: Требич-Линкольн постепенно и на восточных окраинах России, и в пограничных азиатских странах создал разветвленную, хорошо законспирированную и активно действующую агентурную сеть.

При этом Магу было предоставлено время для действия: его не торопили со сроками, не обременяли частыми «конкретными поручениями» с требованием их немедленно исполнить. «Вживайтесь в среду, — говорилось в очередной инструкции. — Не торопитесь, считайте себя в стадии консервации. Но будьте готовы, если понадобится, действовать немедленно».

Словом, у нашего героя было достаточно свободного, «своего» времени. И с Требичем-Линкольном в эти годы произошло чрезвычайно важное… как сказать — событие? — пусть будет так: важное, даже судьбоносное событие: попадая в восточные страны и на восточные окраины России, вникая в советские интересы в этом регионе, Исаак неизбежно столкнулся с оккультизмом, с магией и неожиданно обнаружил в себе неистребимое тяготение к этому запредельному миру. В нем проснулись некие дремавшие доселе возможности и силы, реальность разъялась, он увидел «нечто», о чем раньше только догадывался, и его сокрушительной страстью стала черная магия. Он решил овладеть ею, ощутил в этом потребность, которая была сильнее его воли и всех его желаний. Да, да, да! Он станет черным магом и всю обретенную новую мощь обрушит на своих главных врагов и оскорбителей — англичан: здесь, на Востоке, Исаак Тимоти еще больше возненавидел их, наблюдая, как нагло, надменно ведут себя британцы по отношению к туземцам, которых и за людей не считают. Именно так они поступали и с ним, когда он попытался попасть в верхи английского общества.

Что же, Исаак отомстит надменным англичанам и за себя, и за угнетенных жителей восточных стран, которых они покорили.

И он стал черным магом, и произошел сей тяжкий акт не на Востоке, а в Европе, в Польше. Вот как это было. В 1921 году по своим конспиративным делам он оказался в Варшаве, где во французском посольстве работал дипломат Жан Кальмель, как и Исаак, завербованный немецкой внешней разведкой, специалист по «восточным вопросам во французско-польском контексте». Двоим агентам была организована встреча с целью координации действий. Все профессиональные вопросы были быстро и продуктивно решены. Но важно другое: месье Кальмель оказался виртуозом в области оккультных знаний и сатанизма.

В одну из последних встреч, на которой обсуждались уже оккультные вопросы, Требич-Линкольн спросил у нового друга (они сразу стали друзьями, перейдя на «ты»):

— Скажи, Жан, обладая твоими приемами практического сатанизма, я смог бы использовать их против своих заклятых врагов — англичан?

— Безусловно, смог бы, Исаак, — последовал ответ. — Если хочешь, мы немедленно приступим к занятиям. «Смог бы» превратится в «можешь». Ты хочешь этого?

— Хочу! Жажду!

— Отлично! Но сначала я тебя введу в курс дела. Немного теории. На первом теоретическом занятии Требич-Линкольн узнал от Кальмеля, что во многих странах Азии и Востока (впрочем, Европа не исключение) существуют так называемые дьяволопоклонники, или черные маги, или «святые Сатаны», «посвященные дьявола» и т.д.

— В завершенном виде, Исаак, — разъяснял мсье Кальмель, — это особые существа, полулюди, полусущности черной магии. Все они поначалу были обыкновенными людьми, вставшими на путь поиска «истинного знания», но они зашли «не туда». И там, в «не туда», из многих заблудших верховике силы черной магии отобрали тех, кто по своим качествам и поступкам в предшествующих жизнях подходит для таинств и мистерий черных сил. После этой оккультной селекции отобранные становятся служителями культа — дьявольского, сатанинского. — В этом месте своей первой «теоретической» лекции Жан Кальмель рассмеялся, и Исаак увидел, что глаза его учителя в полумраке комнаты горят ярким зеленым светом. — В человеческом языке много определений этого культа, выбирай любой, по вкусу.

Люди, ставшие черными магами, приобретают огромную жизненную энергию… Правда, со знаком минус, — говорил Кальмель. — Это энергия вселенского зла. Черные маги заряжаются ею и получают невероятные способности — их оружием становятся биолокация, телепатия, левитация, телекинез, возможность умирать, а потом воскресать. Черные маги — обслуживающий персонал «Семи башен Сатаны», которые соответствуют персонам семи главных Ангелов, падших вместе с Люцифером и низвергнутых Богом с неба на землю. Башни в физическом понимании — это пещеры-колодцы, расположены они в Северо-Западной Африке, на Ближнем Востоке, в Азии, в России — на Кольском полуострове. Точного местонахождения их не знает никто…

— А если найти? — перебил Требич-Линкольн.

— Многие искали, Исаак. И все нашли… свою гибель».

— Но все-таки… Если найти?

— Ты, оказывается, упрямый, Исаак. Если найти… В этих башнях — врата в страну Агарти. Впрочем, у разных народов страна, где обитают черные невидимые иерархи, называется по-разному: земной ад, орден Сета, «черное ничто». Пройдя через такие врата, ты получаешь возможность встретиться с темным князем мира сего, с самим Сатаной. Ну, а как он тебя примет… Тебе, наверно, известны, — мсье Кальмель расхохотался, — слова, которые, говорят, написаны на небесах: «Каждому воздастся по делам его.

— Жан, скажи: я могу стать черным магом?

— Можешь. Если пойдешь со мной.

— Я пойду с тобой.

И Исаак Тимоти Требич-Линкольн, пройдя долгое и трудное обучение у Жана Кальмеля и других, стал черным магом. Как это произошло, читатели узнают в свое время.

Предстояла очередная долгая поездка на Восток, в Южный Китай, на границу с Индией, возможно в Тибет, и наш герой, душа которого постепенно приобретала черный цвет, со сладострастием предвкушал, как свою новую силу он употребит на месть британцам (он разработал несколько изощренных вариантов) — простым англичанам в Китае и Индии и тем чиновникам британской колониальной администрации в этих странах, которых он лично знал в бытность свою депутатом английского парламента в 1910 году («когда был так подло унижен»). О! Если бы там ему встретился подполковник Чарльз Мелл!..

Но в это время — конец 1924 года — из Берлина приходит очередная директива:

В ОГПУ, в спецотделе, по нашим сведениям, разрабатывается план экспедиции в Тибет с целью достичь Шамбалы. Соберите на этот счет всю возможную информацию. Попытайтесь внедрить в члены экспедиции, если она состоится, своего человека. Информируйте нас регулярно. Работайте в Москве, никуда не отлучаясь. Возможны личные контакты.

Ф.ф.О.43

23.ХП.1924

Берлин

Был вечер девятого августа 1925 года.

Нэпманская Москва, нарядная, пестрая и шумная, живущая, лишь смутно чувствуя это, по известному апокалиптическому правилу одного из самых разнузданных французских королей: «После нас хоть потоп»,-зажигала огни вечерних и ночных заведений, мчалась на извозчиках и авто — одни к «Яру», другие в самый роскошный ресторан «Прага» на Арбате, иные — в узкие загаженные переулки Марьиной рощи, где расплодилось несметное число полулегальных притонов — там вам подадут «ню» на любой, самый извращенный вкус; а кто-то спешил на дачные окраины, где тоже можно неплохо провести время, если у вас «хрустит» в кармане.