Заклинатель змей (СИ) - Рогозин Олег - Страница 25

Его спокойный и чуточку издевательский тон подействовал — охранники переглянулись, и один из них потянул из кармана громоздкую «коробку» мобильника, а второй кинулся в здание. Судя по боевому визгу, раздавшемуся оттуда мгновение спустя, пожилая мужененавистница успела очнуться и воззрений своих от удара по голове нисколько не изменила.

— Я им то же самое сказал, — пожаловался Рогозин, с усмешкой пряча пистолет. — Вот что такое, значит, пресловутый мужской шовинизм! Если ты в юбке, то хрен тебя воспримут всерьез…

— Ну я-то, как видишь, тоже не в штанах, — усмехнулся Феликс.

Очнувшейся девушке помогли сесть. Кровь хлестала из простреленной ноги — кто-то метко подбил ее на бегу. Феликс вопросительно глянул на Игоря, и тот кивнул.

— Ну не в голову же ей было стрелять. Сейчас принесу аптечку, надо перевязать…

На запястьях задержанной защелкнулись наручники, но особой необходимости в этом, похоже, просто не было. Девушка бежать не пыталась и просто плакала навзрыд, игнорируя вопросы. После дозы обезболивающего она немного успокоилась, но ситуации это не изменило. Она ничего не понимала и не помнила последние полдня. Феликс смотрел в потемневшие от боли глаза и понимал — она не врет. Девушка растеряна, напугана и совершенно не в курсе, что произошло с послом.

— Между ними была связь, — убежденно сказал Игорь. — Когда я вошел, сразу заметил канал связи, как при выкачивании энергии. Она что-то из него тянула… Но успела самую малость.

— За то время, что мы планировали эту, с позволения сказать, операцию, можно было десять раз его выпить целиком и уйти, — покачал головой Феликс. — Загнала бы в кому, как этих бедных женщин на собрании... А он, как видишь, в относительном порядке.

Американец тем временем действительно очнулся, и даже успел закатить кому-то бурную истерику по телефону.

— Тоже непонятно, — мрачно ответил Рогозин. — Куда ей столько? Ни один вампир за раз столько энергии не выкачает. Не потянет. Девять человек, и за десятого принялась…

— Кстати, посол тоже ничего не помнит за последний час, — мотнул головой Феликс, указывая на американца.

— Это он сам тебе сказал?

— Это я подслушал только что из его воплей по телефону. Он не помнит окончания встречи, и понятия не имеет, зачем сюда приехал. Помнишь, Мари сказала, что его запах изменился? Как будто…

— Как будто в него что-то вселилось, — тихо закончил фразу Игорь. — И это «что-то» в курсе итогов переговоров. А потом оно… перешло в девушку?

— Бред, — помотал головой Феликс. И повторил, точно пытаясь убедить сам себя. — Ну бред же. Никто не способен на такую степень контроля. Ладно, старушке голову заморочить, чтоб незнакомого мужика приняла, как родного — да при том, что она, похоже, мужиков вообще на дух не переносит. Но так тонко контролировать посла на расстоянии? Да так, что ни мы с тобой, ни наш сенс экстра-класса ничего не заметили?

— Ты говоришь о том, что его мог контролировать человек, — задумчиво сказал Игорь. — Но вытянуть досуха энергию из девяти женщин — это не человеческое деяние, понимаешь. Как будто что-то… например, эта зараза, вроде полтергейста, как вы их там называете, по своей классификации?

— Мы их зовем «неорганиками», кто-то в штабе у нас Кастанеды обкурился, — отмахнулся Феликс. — Фиговая версия, Игорек. Эта, как ты изволил выразиться, зараза, на такие подвиги тем более не способна. Они тупые, ленивые и страшно медлительные. И если б этакая дрянь сидела на плечах у посла, к примеру, ты бы ее почувствовал, да и я, пожалуй.

— Да, пожалуй… Они ведь энергию не только сосут, но и излучают, — согласился Рогозин. — А тут… как будто чистая информация передавалась. Перезаписывалась с человека на человека, как… на дискету, что ли. И на этот процесс перезаписи потребовалось дофига энергии, вот тебе и девять человек…

— И куда же она делась, твоя чистая информация? — спросил Феликс, обернувшись и пристально глядя на безучастно сидящую на земле девушку.

— Надеюсь, что не успела уйти… по назначению. Обеспечили безопасность переговоров, блять…

— Погоди, нам еще нападение на посла предъявят, — усмехнулся Феликс.

И как в воду глядел — прибывшие на место представители американских спецслужб именно с такими обвинениями к ним и пристали. Феликс посоветовал им не кипятиться, а для начала расспросить посла и совершить пару звонков, а потом продолжить. Те допросили посла, девушку, сумасшедшую хозяйку дома, охранников, потом действительно принялись звонить начальству… Игорь и Феликс тем временем усадили в машину бедную девицу, которую, как выяснилось, звали Кристин, и она была психологом — руководителем той самой группы поддержки. Впрочем, психологическая подготовка не слишком помогла ей в сложившейся ситуации — девушку трясло от шока.

— Я ничего не помню, ничего не помню, почему это со мной, боже, почему это случилось со мной… — повторяла она, всхлипывая.

— Знаешь… а в спецназе было легче, — сказал вдруг Игорь, накидывая на плечи Кристин чей-то брошенный в спешке пиджак.

— В каком смысле? — переспросил Феликс, хотя и без того уже понимал, о чем он.

— В смысле, впереди враги, позади свои, и никакой тебе бюрократии… И в таких красивых девчонок мне там стрелять не приходилось.

— Может, тебе их просто некогда рассматривать было, — сказал Феликс. Просто чтобы что-нибудь сказать.

— Послушайте, — сказал Игорь, подходя к одному из прибывших американцев. — У нас в соседнем здании одежда припрятана. Может, мы сбегаем, штаны наденем, а?

— До выяснения обстоятельств оставайтесь на месте, — отчеканил тот.

— Ладно, — сказал Рогозин, ухмыляясь. — Как знаете.

Он подошел к машине охраны, уселся боком на переднее сиденье, и, задрав осточертевшую уже, видимо, юбку, стал нарочито-медленно стягивать кружевные черные чулки. Феликс глазам своим не поверил — вот уж эту деталь одежды он притащил исключительно прикола ради, а Игорек с присущим ему чувством ответственности взял и нацепил, выходит? Но, уловив глумливый взгляд коллеги, понял — чувством ответственности тут и не пахнет. Похоже, одному он все-таки успел научить этого упрямого парня — валять дурака, с максимально возможным шиком и блеском. И чем тяжелее ситуация, тем фееричнее шутки. И то хлеб — при нашей жизни только не хватало к ней еще и всерьез относиться. Принимай эстафету, Шут с двадцать второй карты.

— И нех*й так пялиться, — громко сказал Рогозин, уловив обалдевший взгляд одного из американцев. — Пидарасы.

Представитель спецслужб условно-дружественной державы обиженно отвернулся — видимо, ввиду сложившейся внешнеполитической ситуации русский матерный входил в их программу обучения как один из обязательных языков.

_______________________

*ввиду специфики мировосприятия, Феликс в первую очередь заметил слова «жертва» и «насилие» :)

Глава 9. Восемнадцатый Аркан - Луна (Неуверенность).

- Я тогда классный термин придумал – подселенцы, - между делом сообщил Тим, копаясь в лежащей на шкафу огромной коробке. Глядя на то, как парень опасно балансирует на хлипком стуле, Саша забеспокоился и на всякий случай подошел – вдруг еще ловить придется.

- Потому что подселяются, врубился? Когда хотят и к кому хотят… ну ладно, не совсем. Судя по всему, жертвы выбираются из средних, типичных обывателей, со слабой защитой. Это, конечно, обнадеживает, да? Мы их можем не бояться.

- Это только предположение, не факт, - подал голос Алик из угла. Он устроился в кресле с извечной бутылкой колы. Саша при всем желании не мог понять страсти коллеги к этой химической гадости – и как ее можно пить в таких количествах?

- Ага... нашел, - Тимофей спрыгнул со стула, держа в руках потертую картонную папку. Стул протестующе скрипнул, и в последний момент чуть было не грохнулся, но реакция у парня была отменной – он еще и успел подхватить несчастный предмет мебели, ставя на место. Можно было и не беспокоиться.

- Значит, так! – Тим прошелся по комнате, листая папку. – С начала девяностых по всей стране стали находить людей в состоянии амнезии, причем – избирательной. Стирались только личные воспоминания – они даже собственных имен не помнили, родственников не узнавали. А всякие там профессиональные навыки – прекрасно сохранялись. Слесарь оставался слесарем, баянист мог сыграть весь свой репертуар… И знания о мире, о стране – все на месте. Люди самые обычные, ни в каких секретных операциях не засвечены – уж это наши коллеги в то время выяснить могли. Заподозрили вмешательство иностранной разведки, начали за ними следить. Вообще-то есть техники, позволяющие память блокировать, это факт. Препараты там всякие…