Любить – значит страдать - Донован Ребекка - Страница 85

– Эмма, что с тобой произошло? – отпустив мою руку, осторожно спросил Джонатан.

И я словно снова вернулась в кошмар. Пытаюсь развязать связанные руки.

– Я не могу пошевелиться, – прошептала я. Подушка у меня на лице. – И ничего не вижу. – Я отчаянно извиваюсь под тяжестью ее тела. Джонатан продолжал крепко держать меня. – Я пыталась убежать, но не смогла. А затем… Затем я почувствовала ее руки. – Я машинально дотронулась до шеи, до сих пор ощущая ее холодные лапы. Меня передернуло от отвращения. – Я сопротивлялась изо всех сил. Было так… больно. – Я судорожно вздохнула, словно снова пронзенная невыносимой болью. – Моя лодыжка. – Я снова закрыла глаза. Град ударов и сдавленные крики. – Но потом я просто… просто сдалась. – Я опустила голову, по щекам потекли слезы.

– Нет, Эмма, ты не сдалась. Ты не сдалась. Ты здесь.

– Я больше не хочу быть здесь, – прошептала я.

– Хорошо. – Джонатан коснулся губами моего уха. – Хорошо. Мы уезжаем.

Не глядя на него, я сделала шаг назад, и он меня отпустил. К машине я шла с низко опущенной головой, грудь буквально разрывалась от боли. Ведь только что я снова попала в один из своих кошмаров. И выбраться назад оказалось ох как нелегко.

Глава 38

Под прикрытием

– С добрым утром. – Джонатан сидел на стуле возле меня, набросив на колени одеяло. – Ты спала.

– Неужели ты просидел здесь всю ночь? – удивленно заморгала я.

– Ты, наверное, хочешь сказать «все утро»? – поддразнил меня Джонатан. – Но ты спала.

– А ты, что ли, нет? – Несмотря на несколько часов отдыха, я до сих пор чувствовала страшную слабость.

В ответ Джонатан пожал плечами, продолжая самодовольно ухмыляться.

– Ой, только не начинай говорить, будто ты меня излечил, и прочую ерунду! – Внезапно до меня дошло, что означает его ухмылка. – Если я и поспала пару часов, это еще не говорит о том, что кошмары исчезли навсегда. Вот сегодня вечером и посмотрим, стоит ли тебя благодарить. И кроме того, кошмары снятся мне вовсе не каждую ночь, и ты это прекрасно знаешь.

– Нет, переупрямить тебя просто невозможно. Ты ведь у нас любительница отрицать очевидное, – рассмеялся он. – И в упор не желаешь замечать того, что лежит перед носом. А если и замечаешь, то только тогда, когда это уже невозможно игнорировать.

– Ну да, – фыркнула я. – Обожаю не спать по ночам и назло тебе не сомкну глаз.

– Я совсем не то имел в виду, – еще шире ухмыльнулся Джонатан. Не дав мне открыть рот, он резко встал и положил одеяло. – Ты голодная? У меня есть… хлопья.

– Спасибо, но мне пора к Кейси. – Я сладко потянулась, чувствуя боль во всем теле. – На твоем диване не слишком-то удобно спать.

– А он и не предназначен для спанья. Я ведь предлагал тебе свою кровать, – пожал он плечами.

Я не ответила. Его предложение меня здорово смутило.

Я надела туфли и достала мобильник. Нашла кучу пропущенных сообщений от Кейси и один ответ, который я точно не посылала.

– Спасибо, что ответил за меня Кейси.

– Не хотел, чтобы она напрасно волновалась, – сообщил он, насыпая в миску хлопья. – Она решила, что сообщение от тебя. Думаю, тебе не стоит рассказывать ей, где сегодня провела ночь.

Я кивнула, не совсем понимая, что буду говорить, если все-таки спросят, где я была. Хотя, с другой стороны, Кейси не из любопытных, так что до объяснений дело может и не дойти.

– Придется заскочить к Рейчел. Надо забрать форму для завтрашнего матча, – уже надевая куртку, вспомнила я. Джонатан застыл на месте. Вид у него был явно встревоженный. – Не волнуйся. Она уже давным-давно на работе. Кстати, а ты сам-то не боишься опоздать?

– Сегодня я работаю дома, – ответил он. – А у тебя что, завтра игра?

– Ага.

– Можно мне прийти поболеть за тебя? Я еще не видел, как ты играешь в футбол. Интересно узнать, за что тебе дали стипендию.

– Хм, конечно, – замялась я. – Сообщу эсэмэской, где будет матч. Сейчас точно не могу сказать.

– Здорово. Спасибо. – Я уже собиралась уходить, когда он меня окликнул: – Эмма!

И я остановилась.

Джонатан стоял, опершись на барную стойку. Темные волосы в художественном беспорядке, но тщательно продуманном. Мятая футболка плотно облегает тело, подчеркивая крепкие мускулы. Глядя на него, я сразу представила фото в журналах и поняла, почему он везде привлекает к себе внимание.

– Мне приятно, – вдруг произнес он. – Когда мы вдвоем. И свободно общаемся. Раньше я был на такое не способен. И вот ты здесь, ну и вообще… Спасибо тебе.

Неожиданно я утонула в его глазах, и у меня мороз пробежал по коже.

– Мне тоже очень приятно, – поспешно отвернувшись, кивнула я. Мой голос дрогнул и прозвучал еле слышно, а лицо залилось краской.

– Тогда до завтра, – улыбнулся Джонатан.

– Угу, – еле слышно пробормотала я, внезапно поняв, что это не самая удачная идея. Сегодня утром все как-то резко изменилось, словно моя беззащитность прошлой ночью позволила ему подобраться слишком близко, гораздо ближе, чем мне хотелось бы. – Увидимся завтра.

Свернув на Декатур-стрит, я сбавила скорость и уже еле-еле ползла. А когда заметила на подъездной дорожке ее машину, резко затормозила и сразу сдала назад. Вот уж не везет так не везет! И как я теперь заберу свою форму?! Но меньше всего я сейчас хотела объяснений с Рейчел или нудных разборок в духе сериала «Сумеречная зона», когда она снова станет прикидываться, будто все в порядке.

Как я и предполагала, Кейси даже в голову не пришло озадачиваться вопросом, где я ночевала. Вместо этого она сразу стала взахлеб расписывать вчерашнюю шикарную вечеринку, которую я пропустила. Мне удалось проспать всего пару часов на диване у Джонатана, и весь день я ходила как сонная муха. Но Кейси, похоже, ничего не заметила.

Меня так и подмывало вернуться на Декатур-стрит. Я надеялась, что Рейчел, как всегда в пятницу вечером, где-нибудь развлекается, но все же не стала рисковать.

– Эмма, ты можешь лечь в гостевой комнате, – внезапно услышала я.

Я открыла глаза, надо мной стояла Кейси, по телевизору шел какой-то фильм.

– Прости, – сказала я. – Что-то я сегодня вообще никакая. Жутко вымоталась.

– Ничего страшного, – ответила Кейси. – Я никуда не собираюсь и вообще… К тому же я тоже дико устала после вчерашней вечеринки. Значит, увидимся утром.

– Хорошо, – ответила я и поплелась в гостевую комнату.

Я уже залезла в кровать, когда зазвонил телефон. Не посмотрев, кто звонит, поднесла телефон к уху:

– Алло?

– Привет, – сказал Эван, и у меня сразу радостно забилось сердце.

– Привет, – вздохнула я с облегчением. – Ну, ты как?

– Хорошо, – несколько удивившись, ответил Эван. Возможно, я говорила слишком уж возбужденно. – Я сейчас в аэропорту Лос-Анджелеса. Жду стыковочного рейса и хотел услышать твой голос. Мне тебя очень не хватало.

– А уж мне как тебя не хватало! Когда будешь дома?

– Завтра днем. Мы увидимся? Я приеду сразу из аэропорта.

– Хм, почему бы нам не встретиться у тебя? Твои родители будут дома?

– Мама – возможно, – задумчиво произнес он. – А вот насчет папы сильно сомневаюсь. Мама что-то там говорила насчет совещания в Вашингтоне. Значит, встречаемся у меня. Приеду где-то в районе трех дня.

– Замечательно, – улыбнулась я.

– Эмма, прости меня. Все-таки надо было тебе позвонить.

– Тебе просто потребовалось какое-то время, – спокойно констатировала я. – Знаешь, я получила по заслугам.

– Нет. Все же стоило позвонить. С моей стороны некрасиво было так с тобой поступать. Ну что, тогда до завтра?

Я закончила разговор и поняла, что меня раздирают противоречивые чувства. Радость и страх. Мне не хватало его буквально до сердечной боли, но я прекрасно знала, что произойдет, когда мы наконец встретимся. И сейчас безумно хотела, чтобы все это осталось позади. Но чему быть, того не миновать, поэтому я приготовилась к долгому и непростому разговору. Я чувствовала себя настолько измотанной – и морально, и физически, – что рухнула на кровать и забылась тяжелым сном без сновидений.