Самурай. Трилогия - Оловянная Ирина - Страница 167

Среди шести лазоревых полос.

Что ж, господин де Гиш! Не за чужое знамя,

Но мы пойдем на этот раз

За герб, который красен нами,

За герб, краснеющий за вас!

.......................................

Роксана:

— Не всем же умирать тихонечко, старея…

Не лучше ль в молодости, граф?

Благородные идиоты! Они попали в воронку, и чтобы выбраться из нее, надо проявить слабость, а они не могут. Черт, что такое, я же не девчонка! Гром их разрази!

Испанский офицер:

— Что это за отряд, который так дерется,

Что даже у врагов находит похвалу?

Сирано:

— Это гвардейцы гасконцы

Карбона Кастель Жалу…

Еще будет пятое действие — значит, они, на свое несчастье, остались живы. В антракте мы молчали.

— Вчера у короля, за ужином скучая,

Услышал я пророчество одно.

Вдруг кто-то из вельмож сказал о Сирано,

Что вскоре он умрет на улице… Случайно.

Поздновато «ты повернул глаза зрачками в душу, а там повсюду пятна черноты» [105].

— Прощайте. Я умру.

Как это просто все! И ново и не ново.

Жизнь пронеслась, как на ветру

Случайно брошенное слово…

Роксана:

— Вы лжете! Прошлое выходит из глубин.

И в этом вот письме, в котором день вчерашний,

От Кристиана нет ни строчки? Ничего?

И эти слезы были ваши?

Сирано (с такой мукой в голосе):

— Но эта кровь была его!

Лариса прижалась ко мне. Я обнял ее покрепче.

— …Я надпись сочинил на собственной могиле:

Прохожий, стой! Здесь похоронен тот,

Кто прожил жизнь вне всех житейских правил.

Он музыкантом был, но не оставил нот.

Он был философом, но книг он не оставил.

Он астрономом был, но где-то в небе звездном

Затерян навсегда его ученый след.

Он был поэтом, но поэм не создал!..

Но жизнь свою зато он прожил, как поэт!..

Глава 51

Приехав в парк, я остановился перед домом и посмотрел в небо: след все-таки не затерялся.

Как в серебро луны оправлен сумрак синий!..

Париж средь мрачной тишины…

Как призрак опустевшей сцены…

И входит прямо в горло Сены

Кривой клинок трагической луны!

[106]

Я немного постоял, подняв голову, чтобы слезы закатились обратно в глаза.

— Энрик, — услышал я голос профа.

— О! Вы не спите? — откликнулся я.

— Ты уже десять минут назад прошел через ворота и все еще не вошел в дверь. Я забеспокоился. Раньше ты не мечтал под луной, а влетал в дом, чтобы что-нибудь рассказать или, наоборот, спросить.

— Я был в театре, — сказал я тихо.

Проф подошел поближе:

— Они перевернули тебе всю душу?

— Они чуть было не превратили меня в плаксу, — огрызнулся я сердито.

— Ты зря жалеешь, что не являешься эмоциональным тупицей.

— Или настоящим самураем, — в тон ему ответил я.

— Идеальный солдат, — усмехнулся проф. — Пока есть кому им командовать.

— Это еще почему?

— У него нет воображения.

— Понятно, — прошептал я.

— Послушай совета бывшего тупицы: не становись таким.

Это не кокетство, он всерьез. Поэтому я промолчал. Я не хотел, чтобы он извинялся. Никогда. Мне опять пришлось сделать несколько глубоких вдохов, тупицей я не стану, но и рыдать не буду.

Проф обнял меня за плечи и повел к дому.

— Жаль, что я не носил тебя на руках.

Хорошо, что он не сказал вслух все, что собирался, это было бы слишком больно.

* * *

Мы собрались на прощальный вечер: Виктор и синьора Будрио возвращались на Новую Сицилию. Наша компания вежливо поздоровалась с приятельницами синьоры Будрио, наводнившими парадную гостиную и столовую. Потом мы стащили пару подносов с канапе и удрали в мою комнату. Проф имел такой несчастный вид… Я мотнул головой в сторону своей берлоги: «присоединяйтесь», он скорчил недовольную гримасу и покачал головой: нельзя, он хозяин дома, так что ему пришлось положить живот свой на алтарь, э-ээ, чего… братских чувств.

В конечном счете Виктор тоже оказался твердым. «Не спеши, — сказал внутренний голос. — Ему еще столько всего предстоит преодолеть, и ему никто не поможет…» Но он стал для нас своим, и мы надавали ему кучу советов, как надо тренироваться, подарили кимоно (с гербом! Не забывай!) и боккэн: «Давай! Готовься к новым приключениям через год».

* * *

На следующее утро я на Феррари отвез Виктора и его мать на нейтральную этнийскую таможню. Синьора Будрио отвергла мое предложение отвезти их прямо на корабль. Я немного удивился и чуть не проговорился, что у меня уже есть опыт стыковки со звездолетом.

Мы пожали друг другу руки, и мой брат улетел. Вернется через девять месяцев.

Книга 3. Искусство войны

HOMO HOMINI…

Запрос: «любовь».

Ответ: любовь – узаконенные в мэрии или сельской управе сексуальные отношения между двумя партнерами. Употребляется также в значении «чувства, которые человек может испытывать к к.-л., ч.-л. Подразумевают способность к сопереживанию и самопожертвованию. Обычно родители любят своих детей, а дети – родителей. Любовь между супругами. Любовь к брату (сестре)».

Запрос: «дружба».

Ответ: дружба – взаимоотношения между людьми, подразумевающие близкие приятельские отношения, а также бескорыстную помощь в сложных ситуациях.

Запрос: «доверие».

Ответ: доверие – уверенность в чьей-нибудь добросовестности, искренности, в правильности чего-нибудь. Бессознательная вера в кого-либо, что-либо. Сайт «Толковый словарь языка этна-эсперанто»

…Дашь ли быть самим собою,

Дарованьем и мольбою,

Скромностью и похвальбою,

Жертвою и палачом?…