- Максимов Анатолий Борисович - Страница 51

И только анализ всех шести случаев, вплоть до переглядывания между собой западных разведчиков во время беседы «на тему», позволил обобщить их ответы и прийти советской стороне к выводу: возможно, портативные ядерные заряды у США имеются, но они не стремятся обсуждать реализацию использования их таким путем. Для советской стороны это был все же важный результат. А риск расшифровки разведчика… Как без него?

Если подвести итог «по обеспечению безопасности» работы своего агента Алекса в информационном плане, то складывается впечатление и напрашивается вывод: «коллеги» панически боялись получить сведения о подозрениях русской контрразведки в отношении их ценного агента. Особенно в момент добывания информации.

Их беспокоила вероятность потери нужного источника, но… Желание сохранить свой престиж, работая с Пеньковским, и боязнь его потерять как раз учитывались советской стороной в проведении акции по подставе и использованию канала для дезинформации Запада.

Подозрения у СИС и ЦРУ в отношении Пеньковского были. И это естественно — возможность получить в его лице подставу предрекал еще перебежчик из КГБ Голицын, и на его мнение опирался шеф американской контрразведки в ЦРУ Энглтон, а еще английский контрразведчик Питер Райт с его подозрениями… Но англичан и американцев устраивало: что передает агент, как себя агент ведет, мотивы работы агента на спецслужбы. И даже «мертвый лев» их устраивал — это была бы потеря цепного агента.

О «парижском периоде» встреч с Пеньковским Джибни говорит: «Информация, которую Пеньковский успел передать на Запад, оказалась настолько важной, что они всерьез опасались за его безопасность». Именно там «коллеги» предложили ему остаться за рубежом, но это выглядело как дань уважения его работе на них, но отнюдь не их желание видеть Пеньковского на Западе.

После парижских встреч консультанты из КГБ и ГРУ сделали предположение, что западные «кураторы» могли бы рассчитывать на провал Пеньковского как «успешное» завершение операции по проникновению в нужный им советский объект — Минобороны с его ГРУ.

Провал мог выглядеть их победой в войне с советской госбезопасностью. Вот тогда, видимо, советской стороной было принято решение по началу оформления выездов Пеньковского в несколько стран, включая США (нормальная практика для тех, кто работает в ГК КНИР), хотя реально никаких визитов за рубеж в этой ситуации не могло быть. Цель — перевод всех операций по связи с ним на Москву. Нужно это было для того, чтобы максимально задокументировать факт работы ЦРУ и СИС в СССР. Поэтому Пеньковский уверял «коллег» в своем послании, что он «солдат на передовой», их «уши и глаза» и имеет большие возможности.

Итак, сделана попытка рассмотреть «дело Пеньковского» по организации его мнимого сотрудничества с западными спецслужбами с точки зрения «творческой кухни КГБ — ГРУ». На примерах его информационной работы, способов добывания материалов, организации с ним связи за рубежом и в Союзе показано, как имитировалась его подконтрольная активность против СИС и ЦРУ.

Проведен анализ некоторых фактов в отношениях Пеньковского с его «коллегами». В качестве инструмента была использована «логика шахматного игрока» — разведчика, самого побывавшего в роли «московского агента» западной спецслужбы под личиной предателя Родины. Это была попытка встать на позицию советской госбезопасности и военной разведки при сравнении схожих ситуаций в «деле Пеньковского» и работе госбезопасности в операции «Турнир» (или операции «Золотая жила» с канадской стороны).

Теперь нужно дать обобщенную оценку главным «инструментам» в работе по «делу Пеньковского» для дезорганизации действий спецслужб Запада.

Слово о военной разведке Министерства обороны и разведке госбезопасности. Можно было бы дать обширную справку об этих двух уникальных государственных ведомствах — действенных «инструментах» внешней политики Советского Союза и Российской Федерации. Конкретные результаты их деятельности в национальных интересах в конечном счете сводятся к общей оценке их значимости для Российской государственности — советской и современной в вопросах безопасности.

19 декабря 2013 года исполняется 90 лет российскому ГРУ — Главному разведывательному управлению Министерства обороны РФ, а 20 декабря 2012 года — 95-летие органов госбезопасности с их Службой внешней разведки РФ.

За эти почти сто лет и ГРУ и ИНО-ПГУ подвергались серьезным преобразованиям, но военная разведка всегда входила в систему Минобороны и имела прямые выходы на первых лиц государства. А вот разведка госбезопасности в самое трудное время перед нападением Германии на наше Отечество была лишена права самостоятельно высказывать свое компетентное мнение перед руководством и военным командованием страны.

В преддверии и канун начала Великой Отечественной войны трагедия страны слилась с трагедией разведки госбезопасности: располагая достоверной информацией о характере и сроках германской агрессии на нашу страну, она не смогла доказать ее оперативно значимую достоверность и актуальность.

Военная разведка и ее соратница в госбезопасности сотрудничали на полях скрытых битв все XX столетие, обеспечивая национальную безопасность государства. В годы войны обе разведки активно работали на «невидимом фронте» в тылу германских войск и за рубежом. Как представляется автору, высокого уровня это «разведывательное братство» достигло в послевоенное время.

Благодаря усилиям этих двух разведок удалось своевременно реализовать в стране собственный проект овладения атомом для мирных и военных целей, что позволило предотвратить третью мировую войну вскоре после окончания Второй мировой. Они стали активными участницами создания отечественного ракетноядерного щита, позволяющего и по сей день сдерживать очередной передел мира с позиции силы со стороны тех, кому не дают покоя наши природные ресурсы. Был сохранен суверенитет нашего Отечества.

О разведке госбезопасности говорилось и говорится достаточно много. Еще в середине прошлого века талантливый разведчик и крупный реорганизатор разведывательного ведомства генерал Агаянц И.И. дал четкое и емкое определение главной функции разведки госбезопасности: разведывательное сопровождение дипломатии.

О работе ГРУ говорилось всегда более сдержанно, и потому хотелось бы чуть более раскрыть его участие в военно-политических делах страны.

Являясь элементом системы национальной безопасности государства, ГРУ добывает информацию о военно-политической обстановке, складывающейся вокруг России, и прогнозирует ее развитие. В сфере его внимания региональные и локальные вооруженные конфликты, армии иностранных государств, их техника и вооружение, оборудование возможных театров военных действий, а также экономика, задействованная в интересах вооруженных сил таких стран.

Все, что происходит в мире и вблизи границ нашей страны, внимательно оценивается военной разведкой. В поле зрения ГРУ находится обстановка в многочисленных зонах военных конфликтов и политической нестабильности. Новые угрозы сегодня распространяются на информационную сферу и космос.

Выполняя функции выявления и прогнозирования угроз интересам страны, обе разведки отслеживают ситуацию в «горячих точках». В эпоху глобализации «удаленных кризисов» не бывает. Косвенные последствия происходящих на других континентах событий могут самым непосредственным образом затронуть российские интересы.

И разведка госбезопасности и военная разведка в эпоху, когда применение военной силы в обход норм международного права стало обычным явлением (вспомним Балканскую бойню, войну в Ираке, сотни «малых войн» всю вторую половину XX столетия и т. д.), утрачивается доверие к международным институтам, и ряд стран стремится обеспечить свою безопасность и суверенитет путем создания собственного оружия массового поражения.

Не потому ли внимание наших разведок, особенно ГРУ, сегодня акцентировано на угрозах, связанных с появлением дестабилизирующих вооружений, в том числе ядерных боезарядов малой мощности. Интерес распространяется на планы использования стратегических баллистических ракет с неядерными боеголовками и, конечно, проблему вывода ядерного оружия в космос.