Золотой торквес - Мэй Джулиан - Страница 73

Однодневная передышка, решила Сьюки, поможет им найти путь друг к другу, привести себя в божеский вид и принять разумные решения на будущее. А главное — даст возможность провести деликатную операцию по удалению у Стейна торквеса.

Обоюдоострые стальные напильники обнаружили в одном из ящиков.

— Я сумею исцелить его ум даже без торквеса, — смущенно объясняла Сьюки Фелиции. — Там есть несколько травм, с которыми и Элизабет справиться не в силах, понимаешь? Это старые увечья, усугубленные торквесом. Их исцеление — вопрос не столько целительского искусства, сколько… любви.

У Фелиции вырвался смешок.

— Ну, Стейн, ну, счастливчик! Хочешь, я поработаю напильником, чтобы ты могла полностью сосредоточиться на целительстве? А если потребуется, я утихомирю его.

Сьюки благодарно кивнула. Обе склонились над Стейном; тот лежал на земле, широко открыв глаза. Когда спилили торквес, великан закричал. Но заботливый ум Сьюки был начеку со своими успокоительными приемами и направил его психоэнергетику по каналам, подготовленным Элизабет. По идее, у Стейна не должно было возникнуть серьезных послеоперационных травм. Аномальные цепочки и все следы злоупотреблений, пережитых в результате ношения торквеса, рассыпались, стерлись перед целительной силой любви. Стейн Ольсон выжил во всей своей личностной целостности.

— Теперь все будет нормально, — сказала Сьюки. — Я разбужу его.

Он очнулся. Долгое время они не видели никого и ничего, кроме друг друга.

Фелиция оставила их вдвоем и пошла изучать ландшафт — пористые блоки лавы, массы слежавшегося пепла, чахлую растительность. Только много часов спустя, когда одежда была выстирана, когда Стейн, в свою очередь став утешителем, вывел Сьюки из короткой истерики, вызванной воспоминаниями, Фелиция как ни в чем не бывало затеяла разговор о планах геноцида.

Они сидели вокруг небольшого костра, созерцая удлиняющиеся вечерние тени. Охотница показала свое нехитрое искусство, подстрелив маленькое существо, напоминающее вислоухого американского зайца. Они изжарили его на вертеле, а на десерт полакомились биопирогом из припасов Элизабет и терпким диким виноградом. Стейн и Сьюки обнялись и умиротворенно переваривали пищу, даже не слыша, о чем толкует Фелиция.

— …фабрика торквесов практически не пострадала, поэтому третий этап плана мадам Гудериан остался невыполненным. Человечество все еще пребывает в рабстве. Закрытие врат времени не помеха этим ублюдкам. Вы меня понимаете? Тану достаточно только отменить запрет на человеческое воспроизводство — вот вам и источник потенциальных рабов! Думаете, люди подчиняются гуманоидам только из-за торквесов? Черта с два! Видели бы вы, как скулили неокольцованные ренегаты после того, как мы взорвали Финию! Тупицы предпочитают жить под властью тану!

— Можно полететь в Бордо, — сказал Стейн жене. — Ричард предположил, что там тоже есть племя виноделов, подобное первобытным мадам Гудериан. Только они не воюют железным оружием. Просто живут на свободе, как лесные братья. Я бы построил нам маленький домик…

— Ты что, не слушаешь меня? — прервала его Фелиция.

— Слушаю, Фелиция, слушаю. Оставайся с нами. Мы с Сьюки тебе многим обязаны. Как и остальные люди в изгнании. Все, чего ты добилась вместе с твоими друзьями…

— Ничего я не добилась, Стейн. Пока существует фабрика, ни один человек, в торквесе или без, не свободен от рабства. Имейте в виду: предателям, носящим торквесы, железо не страшно. Они не более уязвимы, чем любой голошеий. Стоит Летучей Охоте увидеть с воздуха скрытое человеческое поселение, и тану пошлют серых сделать черное дело.

— Проклятье! Неужели негде укрыться? Не все же тану умеют летать. Воротилы вроде Ноданна будут рыскать на севере в поисках осиного гнезда Гудериан, а в Бордо не сунутся. Это надежное местечко. Ричард все думал, где бы обосноваться, и еще на постоялом дворе потолковал с одним геологом. Я тоже присутствовал… Одним словом, мы остановились на Бордо. Местность там заболоченная, но есть хорошие, высокие островки. Ричард считает…

— Знаешь, где теперь Ричард? — мечтательно улыбнулась Фелиция. — Нет? Так я тебе скажу. Вращается на полуразбитой машине по орбите за сорок девять тысяч километров отсюда вместе с мертвым телом своей дамы. То и дело смотрит на приборы и смеется. И впрямь смешно, как поглядишь, что за видок у него. К тому же запас кислорода кончается.

Сьюки, словно очнувшись, вырвалась из объятий Стейна.

— Фелиция! Как ты можешь насмехаться? Ведь Ричард — он же твой друг!

Впервые Сьюки осмелилась провести глубинное исследование. Но умственный ланцет корректора сломался о безупречно гладкую поверхность. Сьюки тихонько вскрикнула от боли.

— Не надо этого делать, милочка. Мегаактивный ум либо открывается по своей воле, либо нет. Так что поделикатнее со мной, или тебя в Содружестве не обучили правилам хорошего тона? На Ричарда мне наплевать. Равно как и на тебя, жена-целительница… А вот Стейн мне нужен… потому что я нашла новый эффективный способ навсегда избавиться от рабства.

Стейн и Сьюки во все глаза уставились на нее.

— Я хочу стереть с лица земли ублюдков тану. И момент сейчас самый подходящий, когда все они собрались в одном месте. А вдобавок, в качестве премии, и фирвулагов хорошенько пощипаем. Мы с мадам Гудериан никогда не доверяли маленьким паршивцам.

— Если ты намерена устроить еще один штурм Мюрии, на меня не рассчитывай, сестричка, — отозвался Стейн.

— О нет, Стейн! Ничего похожего. — Она погладила пальцем ложбинку на шее. — Вот здесь был золотой обруч. Он наделил меня сверхъестественной силой. А потом меня схватили, срезали торквес и хотели уничтожить. Но пытки обернулись обратной стороной, тану не поняли, на кого нарвались. Мучения возвысили меня до полной активности. И никакой торквес не нужен. Я теперь ничем не уступлю метапсихологам из Галактического Содружества. А мой психокинез и творчество сильнее, чем у кого-либо из великих тану.

— Ишь ты! — хмыкнул викинг. — Ну давай, лети на Битву и добудь там себе титул королевы мира!

На губах у Фелиции опять появилась мечтательная улыбка.

— Я придумала кое-что получше. Только мне нужна твоя помощь… Я открою затычку на Гибралтаре и впущу Атлантику в Средиземноморский бассейн. А ты покажешь, где заложить взрывчатку, чтоб все было наверняка.

У викинга вырвался восхищенный возглас:

— Утопить их всех, как крыс в бочке? Вот это да!

— Стейн! — надрывно крикнула Сьюки.

— Заманчивая перспектива, правда? — самодовольно проговорила Фелиция.

— Нет! — снова закричала Сьюки.

Он прижал ее к себе.

— Не глупи, малышка. За кого ты меня принимаешь? Там ведь люди, в Мюрии. Элизабет, Раймо… и Амери, и два парня, которых схватили вместе с тобой. И даже поганец в золоченых портках. Ему бы под зад коленом — это точно, но не утопить же!

— Эйкен Драм почти наверняка победит Ноданна в Битве и станет королем. Думаешь, он закроет фабрику? Освободит рабов, лишит себя верных подданных? Не смеши меня!

— А остальные, черт возьми!

— Амери, Бурке и Бэзил тяжело ранены — все равно что мертвы. Единственный способ их спасти — завернуть в Кожу. А чего ради тану станут это делать? Они просто заживо сварят их в Реторте — и все дела.

— Но Раймо… Брайан! — протестовал Стейн.

Фелиция засмеялась.

— Они тоже пропащие. Скажем, отжили и отлюбили. Что касается Элизабет, она сможет спастись, если захочет.

Брови Стейна резко сошлись на переносице.

— Но ты должна ее предупредить. Она помогла Сьюки спасти меня. Она отдала нам свой шар.

Маленькая спортсменка отмахнулась.

— Ладно, пошлю ей телепатическое предупреждение, когда все будет на мази и она не сумеет меня остановить.

— Стейн, не смей! Она… она не человек.

— О да, — согласилась девушка, помешивая прутиком угли костра. Шалаш из тлеющих сосновых веток обвалился, подняв сноп оранжевых искр. — Но тану и фирвулаги тоже. Первых море смоет полностью, от вторых останется маленькая управляемая горстка. Свободным людям еще придется воевать с носителями торквесов во всех городах материка. Но, истребив власть имущих, разрушив фабрику, мы хотя бы получим шанс… Вы получите шанс.