Кто-то следит за мной - Готти Виктория - Страница 41

Ивен поднялся, шагнул к скамье присяжных. В синем костюме от Пола Стюарта, белой рубашке, в пестром, в красных тонах галстуке, он смотрелся намного лучше Кевина Аллена, одевавшегося в дешевом «Фай-линз бейзмент». Может, Ивену только казалось, что одежда адвоката что-то значит. Но у него создалось ощущение, что ему сразу удалось приковать к себе внимание присяжных.

— Жадность? Дьявол? — Ивен оглянулся на Димитрия, покачал головой, вновь посмотрел на присяжных. — Дамы и господа, мой адвокатский стаж лишь немного не дотягивает до десяти лет. Я уже потерял счет судебным процессам, в которых принимал участие. Но ни единого раза не сталкивался со столь прямолинейным поведением прокурора. Мистер Аллен предпринял отчаянную попытку представить моего подзащитного в самом невыигрышном свете. Причина проста — у него нет абсолютно никаких доказательств вины Димитрия Константиноса. Заверяю вас, никаких магнитофонных пленок с записью тайных вечерей вы не увидите. Я это знаю, потому что не имел чести их лицезреть. Ставлю вас в известность: если бы пленки существовали, но прокурор не показал бы их мне до суда, я бы имел полное право потребовать прекращения судебного преследования моего клиента. — Он глянул на Димитрия. Тот едва заметно кивнул. — Окружной прокурор Аллен прав. Костюмы Димитрия Константиноса стоят по две тысячи долларов. И туфли у него дорогие. А деловые партнеры очень влиятельные. Но разве это преступление? — Опять он повернулся к присяжным. — Конечно же, нет. Дело лишь в том, что Кевину Аллену не нравятся удачливые бизнесмены, которые начинали с нуля, но благодаря трудолюбию, упорству, силе воли достигли вершины, а теперь пожинают плоды своих трудов и не стесняются тратить честно заработанные деньги. И мы тоже должны осуждать Димитрия Константиноса? Подвергать остракизму? Находить аморальным? Нет.

Ивен подошел к столику защиты, взял листок бумаги, вернулся к скамье присяжных.

— Дамы и господа, я держу в руке список компаний, принадлежащих мистеру Константиносу. Он будет приобщен к делу как вещественное доказательство, и вы сможете просмотреть его и убедиться, что у налогового управления нет никаких претензий ни к одной из фирм, входящих в «Константинос энтерпрайзиз». Если налоговое управление не ставило под сомнение честность заработанных мистером Константиносом денег, почему такие сомнения должны возникать у прокуратуры? У вас? Только потому, что он предпочитает носить дорогую одежду? Я не думаю, дамы и господа присяжные, что вам легко задурить голову. Кевин Аллен думает, а я — нет. Я знаю, что вам не помешает напускаемый им туман и вы поймете, что ни в чем существенном мой подзащитный не виноват. И я уверен, что вы признаете моего клиента невиновным.

Димитрий улыбался, когда Ивен сел за столик защиты.

— Я потрясен, брат, — прошептал он.

* * *

Ближе к вечеру Димитрий прибыл в Атлантик-Сити. Первое заседание суда осталось позади, и теперь он входил в вестибюль своего нового казино, «Айвори Пэлис», чтобы проверить, как продвигается подготовка к открытию, назначенному на пятницу. Работа кипела. Где-то настилали ковры, где-то вешали картины. Димитрий методично обследовал зал за залом. За ним неотступно следовали семь человек: архитектор, дизайнер, управляющая отелем и их помощники, лихорадочно записывающие в блокноты высказанные замечания. Вестибюль с мраморными полами, стенами, выложенными панелями красного дерева, украшал фонтан с гигантской статуей Венеры. Потолок — имитация звездного неба — вздымался на двадцать три фута. Лифты со стеклянными дверями уносили гостей на этаж выше, в казино. В игровом зале отдельный вход предусматривался для особо важных персон, то есть тех, кто приходил в казино с туго набитым бумажником. На следующем этаже размещались бары, рестораны, магазины и ночной клуб. «Веранду», главный ресторан комплекса, уже полностью обставили, как и ночной клуб «Домовой», с отдельным залом для постоянных членов, сигарным баром, ложами над сценой и танцплощадкой. С белыми стенами прекрасно сочеталась лепнина цвета морской воды и такие же скатерти на столиках. Настольные лампы с абажурами словно перенеслись из тридцатых годов.

— Принесите мне все квитанции на покупку клубной мебели, — бросил Димитрий Дафне Мэллоу, управляющей отелем.

— Будет исполнено, — кивнула Дафна.

Эту кареглазую брюнетку Димитрий лично назначил на должность управляющей и не ошибся. Ее отличала не только миловидность, но и профессионализм, не говоря уже о том, что она с отличием закончила Гарвардскую бизнес-школу.

Димитрий повернулся к другому сотруднику.

— Я буду в своем люксе. Пришлите туда что положено.

— Да, сэр.

«Достаточно слова, чтобы они брали под козырек», — подумал Димитрий. Когда-то он наслаждался властью над этими людьми, но теперь он обращал на это все меньше внимания. Его занимали куда более серьезные вопросы. Например, комиссия по играм. Ее члены с нетерпением ожидали исхода суда. Отберут у него лицензию? Ответ знало только время.

«Веди все свои дела в полном соответствии с законом» — таким стал главный вывод, который сделал Димитрий, поработав на Брауна. Именно с этим никак не желал соглашаться его тесть. А вот Димитрий ежегодно тратил полмиллиона долларов на юридическую поддержку: нанятые им адвокаты зорко следили за тем, чтобы ни одно из деловых соглашений не нарушало закон. Вот почему он ни на секунду не сомневался в беспочвенности обвинений Кевина Аллена. И ему оставалось лишь выяснить, кто манипулировал с его бухгалтерскими книгами, представляя дело так, словно он клал часть прибыли себе в карман.

Но сейчас Димитрию хотелось сконцентрироваться исключительно на новом отеле-казино, который он купил в Атлантик-Сити и практически полностью перестроил. Ирония судьбы — суд в Нью-Йорке, который мог привести к самым печальным последствиям, одновременно позволил ему непосредственно руководить завершающей стадией его самого амбициозного проекта. «Айвори Пэлис», расположенный на набережной по соседству с «Замком Трампа», находился всего в двух часах езды от Нью-Йорка. По замыслу Димитрия, новый отель-казино должен был затмить все остальные, выстроившиеся вдоль океана. «Айвори Пэлис» с его белоснежным фасадом, величественными колоннами и золотым куполом, еще не открывшись, стал достопримечательностью Атлантик-Сити. А когда архитектор принес ему чертежи розово-белого дворца, Димитрий чуть не выпрыгнул из штанов.

— Это мещанство и провинциальность. Мне нужны элегантность, класс. Здание должно источать мощь и величие. Оно должно привлекать как знаменитостей, так и обычных людей, которые хотят почувствовать себя королями.

Вскоре, во время короткой деловой поездки в Бостон, Димитрий, проходя мимо здания Законодательного собрания, обратил внимание на колонны по фасаду и золотой купол. Представляя второй вариант, главный архитектор захотел дать пояснения, но Димитрий его остановил.

— В этом нет необходимости. Передайте все рабочие материалы художнику.

— Ху..? — У архитектора перехватило дыхание.

— Я хочу увидеть это здание глазами художника, пусть поработает над деталями. Я хочу видеть цвет, материал, обои — все.

Архитектор, должно быть, решил, что его заказчик рехнулся. Но в итоге Димитрий получил Законодательное собрание с куполом и колоннадой.

Убедившись, что к намеченному сроку все работы будут завершены, Димитрий вошел в кабину личного лифта, который в мгновение ока доставил его в пентхаус. Вставил в щель магнитную карточку, дверь открылась. Димитрий переступил порог и обнаружил, что он не один. Джейнис Слокам, длинноногая блондинка из кордебалета «Домового», приняв откровенную позу, сидела в кресле. Димитрий нахмурился. Как-то раз он соблазнился стройностью ее фигуры и пухлыми губками, обещающими райское наслаждение. Но она неправильно истолковала его намерения, решив, что за ними стоит нечто большее, чем утоление страсти. И уже второй раз ей удавалось преодолеть сопротивление секретаря и проникнуть в его личные апартаменты.