Т. 05 Достаточно времени для любви - Хайнлайн Роберт Энсон - Страница 122

— Неужели? Лазарус, вы ни разу не подарили мне этого. — Она вдруг расстегнула короткую юбку, уронила ее на траву. — Погляди на меня, Лазарус. Я — не она. Мне бы хотелось сделаться ею ради тебя. Но я не она… я… я была тогда компьютером и не знала, как поступить правильно. Я не хотела причинять тебе боль и не намеревалась пробуждать воспоминания прошлого! Можешь ли ты простить меня за это?

— Минерва! Прекрати, дорогая! Мне нечего тебе прощать.

— У нас осталось немного времени, скоро ты уезжаешь. Можешь ли ты действительно простить меня? И подарить мне ребенка еще до отъезда? — В глазах Минервы стояли слезы, она не моргая смотрела на него. — Я хочу твоего ребенка, Лазарус. Я не буду просить дважды, но я не могу позволить тебе улететь так. По своему невежеству я решила стать такой, как она, — потому что ты любил ее, — но ты можешь закрыть глаза!

— Любимая…

— Да, Лазарус?

— Айра тоже закрывает глаза? Неужели он не хочет тебя видеть?

— Нет.

— А Джастин? Или Галахад? Если ты можешь смотреть на мою обыкновенную физиономию, то я уж, безусловно, смогу смотреть на твое очаровательное личико. Кстати, в случае удачи дочка будет скорее похожа на тебя, чем на меня. Так что пошли домой.

Лицо ее просветлело.

— А чем плоха та маленькая рощица?

— Мм-м. Да. Пожалуй.

ВАРИАЦИИ НА ТЕМУ: XVII

— Давайте-ка повторим, девочки, — проговорил Лазарус. — И временные маркеры и приметы мест встречи. Дора, ты видишь шарик?

— Увижу, если ты перестанешь закрывать его ладонями, старичина-молодчина.

— Извини, дорогая, но лучше зови меня Лазарусом; я тебе не брат.

— Когда Лази и Лори взяли меня в сестры, ты достался мне в нагрузку. Логично? Логично — и не противься, молодчина, ведь тебе это правится.

— Хорошо, мне это нравится, сестрица Дора, — согласился Лазарус. — А теперь умолкни и позволь мне слово сказать.

— Так точно, командор, — ответил компьютер-пилот. — Но во мне все трижды записано. И мне не нужны эти неуклюжие временные маркеры… я же калибрована, молодчина, калибрована.

— Дора, а если что-нибудь случится с твоей калибровкой?

— Такого не может быть. Если вылетит один банк данных, я включу дублирующий и тем временем сотру испорченный банк и восстановлю его.

— Да? Ты находишься в эйфории с того самого времени, как близнецы приняли тебя в свою компанию. Я же учил тебя быть пессимистом, Дора. Пилот-оптимист в космосе долго не протянет.

— Извините, командор. Молчу.

— Если будет что сказать — говори. Но не следует пренебрегать предосторожностями. Дора, я хочу сохранить свою драгоценную шкуру, поэтому, пожалуйста, помоги мне. Существует не менее дюжины способов повреждения твоих внутренностей в результате ошибки или естественной катастрофы, но тебе не стоит беспокоиться. Следует лишь предусмотреть меры, которые тебе придется предпринять в подобных случаях.

Предположим, ты работаешь превосходно, но близнецы не могут тобой воспользоваться. Тогда, высадив меня, вы возвращаетесь назад в базовое время — прямо в Новый Рим, где близнецы обращаются в архивы за отложенной почтой… Кто знает, быть может, она уже сейчас ждет их.

— Братец, — вставила Лорелея, — слово «сейчас» ничего не значит. После старта мы находимся в рассогласовании с временем.

— Не играй в слова, дорогая. Под словом «сейчас» я подразумеваю 2072 год Диаспоры, или 4291 год григорианского календаря, год твоего совершеннолетия.

— Лаз, ты слыхала?

— Ты сама нарвалась. Лор. Умолкни, пусть братец выскажется.

— Лорелея, здесь трудно пользоваться привычными словами. Вы, три девицы, можете посвятить часть времени изобретению нового языка, подходящего для путешествия во времени и пространстве. Но вернемся к нашему гипотетическому случаю. Итак, вы приземляетесь на Секундусе, отправляетесь в архивы и спрашиваете, есть ли на ваше имя какая-нибудь отложенная почта. Письма могут быть адресованы и Джастину или Айре. Или мне — Лазарусу, или Вудро Уилсону Смиту. Я могу прибегнуть к разным способам, поскольку отправлюсь за несколько столетий до того дня, когда отложенная почта станет обычным способом хранения документов. Значит, вы берете ее и возвращаетесь к яхте… и тут оказывается, что люк закрыт, а стережет его шериф. Корабль конфискован.

— Что?!

— Дора, пожалуйста, не вопи мне в ухо. Это гипотетический случай.

— Этот шериф должен уметь метко стрелять, — мрачно проговорила Ляпис Лазулия.

— Лази, — промолвил ее брат, — я же девять тысяч девятнадцать раз говорил тебе: мы носим оружие не ради бравады. Если ты не хочешь стрелять, лучше ходи без оружия, и пусть в случае необходимости стреляет твоя сестра. А теперь скажи мне, почему не надо стрелять в шерифа.

— Да-а, — протянула Дора, — но я хочу, чтобы меня спасли!

— Тихо, Дора. Лаз?

— Мы не стреляем в фараонов. Никогда.

— Не совсем так. Мы не стреляем в фараонов, когда есть способ избежать этого. Целоваться с гремучей змеей и то безопаснее. Две с лишним тысячи лет я находил такую возможность. Правда иногда случалось стрелять — в сторону, чтобы отвлечь внимание. Весьма необычные случались обстоятельства. Но в нашем гипотетическом случае пристрелить фараона хуже чем бесполезно, ибо исполняющая обязанности председателя уже конфисковала ваш корабль.

— Помогите, — прошелестела Дора.

— Но мадам Барстоу никогда не сделает подобной пакости!

— Я не говорил, что это будет Сусанна Барстоу. Но Арабелла — если только дотянет до того времени — с наслаждением сыграет подобную шутку в Лонгами. Предположим, что Сусанна тоже умерла и новая исполняющая обязанности ничуть не лучше Арабеллы. Нет корабля, нет документов — что делать? Помните, моя жизнь зависит от вас, ведь без вашей помощи я застряну в Темных временах. Что вы сделаете?

— Если вдруг дела иль риск, крик поможет или визг, — продекламировала Дора.

— Прекрати, Дора, — проговорила Ляпис Лазулия. — Безусловно, мы не будем паниковать. У нас будет десять лет, чтобы вычислить… Ой! Минуточку, я пользуюсь неправильным временем. Мы можем потратить сотню лет, если потребуется, или даже больше. За такое время можно украсть новый корабль.

— Сотня лет — это много, — возразила Лор елея.

— Мыслите масштабно, — посоветовал Лазарус. — Украдите Плеяды. Это лучше, чем воровать по мелочам, Лор.

— Но ведь ты когда-то сам украл космический корабль.

— Потому что у меня не было времени придумать что-нибудь лучшее. Когда у тебя его много, старайся быть относительно честной. Не надо нарушать правила, ведь тебя могут застукать. Деньги — вот универсальное средство. Только, чтобы добыть их, необходимы время и изобретательность, иногда приходится как следует потрудиться. Соберите деньги, и тогда вы сумеете выкупить яхту. Но если вам это все-таки не удастся сделать, возвращайтесь на Тертиус, а там Айра с Семьей сумеют найти звездолет, в который вы введете данные, оставленные Дорой в Афине, и вернетесь за мной.

— А меня кто-нибудь намеревается спасать?

— Дора, дорогая, ничего еще не произошло и едва ли произойдет. Но если такое случится и близнецы не сумеют спасти тебя… скажем, твой новый хозяин уведет тебя на другую сторону Галактики…

— Я разобью корабль, как только он зайдет на посадку!

— Дора, прекрати глупить. Если мы когда-нибудь тебя потеряем, что весьма маловероятно, и близнецы не сумеют выручить тебя, но сумеют спасти меня, тогда — если ты позаботишься о себе, никого не будешь разбивать и не будешь делать никаких глупостей — мы тебя непременно найдем и вернем домой. Втроем возьмемся за дело. Неважно, сколько лет на это уйдет. Лаз? Лори?

— Ей-богу! Один за всех и все за одного! Нас же не четверо, Дора, за дело возьмется вся Семья — все взрослые, девять детей… а к тому времени их станет еще больше — и Афина. Брат, когда Айра предложил всем нам принять фамилию Лонг, мне это так понравилось, что я даже не стала плакать. Сестрица, ты Дора Лонг, а Лонги не бросают друг друга!