Зарубежная мифология - Най Джоди Линн - Страница 49

– Совершенно не похоже на те места, что мы видели раньше! – с энтузиазмом проговорила миссис Грин. Они с Кейтом на каждой остановке непрерывно щелкали фотоаппаратами. – Как же тут красиво!

– Вот эта птица, которую вы слышите, называется морской жаворонок, – сказала мисс Андерсон с довольным видом, когда они вышли из автобуса посреди огромной плоской равнины, сплошь заросшей крохотными маргаритками. – Они очень редкие. Вон, вон он летит! Вот та коричневая пташка. Видите?

– Это надо записать в мой дневник наблюдений за птицами! – благоговейно сказала миссис Грин. – Морской жаворонок!

– Слишком шустрый он, я его снять не успел! – пожаловался Кейт. – Ну ничего – главное, я его видел!

Еще дальше на юг с гор сбегали спокойные речки с песчаным дном, и у моря расстилались на удивление белые песчаные пляжи. В бухточках плескалось удивительно яркое, аквамариново-синее море, как будто они были где-то в тропиках, а не на севере Шотландии, менее чем в тысяче миль от Полярного крута.

– Искупаться бы! – сказала миссис Грин. – Вода выглядит такой освежающей!

– Не знаю, стоит ли это делать, – хмыкнула мисс Андерсон. – Вода может оказаться ледяной.

– Климат здесь умеренный благодаря Гольфстриму, – внезапно возразил Мастер Эльф. – Море в здешних местах куда теплее, чем в этих же широтах на западном побережье Атлантического океана. В таких мелких бухтах вода, несомненно, прогревается до вполне приемлемых температур.

Мисс Андерсон остановилась и в изумлении воззрилась на рыжеволосого человечка. Судя по выражению ее лица, она знала, что Мастер абсолютно прав.

– Да, это правда... Ну что ж, если хотите попробовать искупаться, мы можем вас подождать здесь.

– Да нет, спасибо, – сказала миссис Грин, фотографируя море. – Это так, всего лишь мгновенный порыв. Но какая красота!

Глава 21

Слева появилась первая красочная вывеска с надписью «Здесь продаются твиды!». В конце длинной немощеной дорожки стоял самый обычный дом, но рядом с ним притулился домик поменьше с гостеприимно распахнутой дверью и яркими образцами ткани на окнах. И все, в том числе миссис Грин, зашли посмотреть, как выглядит мастерская местной ткачихи. Дальше внутрь миссис Грин уже не заходила, а оставалась снаружи, фотографировала и болтала с шофером.

Ассортимент почти везде был тот же, что и в чайной Калланиша. Иногда мастерская действительно находилась в самой лавке, порой же, по всей видимости, делали ткани в одном месте, а торговали ими в другом. Полки и столы были расставлены так, чтобы показать товар самым выгодным образом. Некоторые ткачихи торговали и готовыми вещами, а в паре мест висели яркие свитера, связанные из той же шерсти.

Больше всего тканями интересовались Холл и Диана. Ей казалось удивительным, что Холл крайне заинтересован ремеслами: эльф непрерывно рисовал схемы прялок и ткацких станов. Они вместе изучали разные виды тканей, изготовленные на сложных механизмах. И они же высматривали вывески все новых ткачей. Шофер автобуса, усмехнувшись, перестал помогать в этих поисках, положившись на своих непрошеных штурманов.

Нарит восхищалась цветами тканей, но сказала, что сама она шерсть носить не может.

– Она слишком теплая и колючая. Мне стоит приложить ее к руке, и кожу тут же начинает жечь, как огнем! – Индианка содрогнулась. – Мне страшно даже подумать о том, чтобы надеть такое на тело!

– Так на то ведь и есть подкладка, дорогая, – сказала ей одна из ткачих, похлопав девушку по руке. – Ну и, конечно, на голое тело шерсть никто не надевает.

Диана себе пока что ничего не выбрала, и Кейт послушно ходил за ней из лавки в лавку. Американка довольно смутно представляла себе, чего бы ей хотелось, и ее намерения постоянно менялись. Из одной ткани должно было выйти роскошное пальто, другая идеально подходила для костюма, из этой получилась бы юбка, из той – жилет, из третьей – жакет или плотные брюки мужского фасона... Она поглядывала еще и на Холла. А тот все колебался, никак не решаясь сделать окончательный выбор.

– Вот этот цвет очень пошел бы Мауре, – застенчиво сказал Холл, – но теперь я даже не знаю, стоит его брать или нет...

Он покраснел и беспомощно оглянулся на Кейта.

– Давай – давай, бери! – подбодрила его Диана. – На худой конец, если не понадобится, я эту ткань себе возьму. Да, конечно, Mayре, с ее роскошными каштановыми волосами, этот цвет будет очень к лицу, но не заморачивайся так сильно: лучше взять что-то сейчас, чем потом кусать локти, когда тебе это понадобится, а достать его будет уже нельзя. Вы ведь не так уж часто бываете в Шотландии!

– Ну, будь по-твоему. – Холл обрадовался, что ему не нужно самому принимать решение.

Диана предоставила Холла самому себе и пошла с ткачихой, чтобы взять отрезов на юбки сестрам и матери. Через некоторое время она ткнула Кейта в бок: Холл начал проявлять инициативу и даже, похоже, остался доволен. Он взял несколько отрезов. Кейт радостно стиснул руку Дианы и чмокнул ее в щеку.

Когда они вернулись в автобус, Холл подошел к Мастеру и протянул ему бумажный сверток.

– Это – Орхадии, – сказал он. Мастер удивленно склонил голову набок, блеснул очками, но сверток взял. – Благодарю, от имени моей супруги, произнес он и церемонно склонил голову! – Дочери я об этом говорить не стану.

– He говорите, – сказал Холл. – Я даже не предполагал, что вы ей об этом скажете.

Судя по его лицу, это была правда, и Мастер втайне был этим доволен.

– Я, – продолжал Холл, – хочу, чтобы Maурa приняла решение самостоятельно. Однако зимы в Иллинойсе холодные, и, полагаю, Орхадия найдет этот подарок полезным.

Мастер отогнул край бумаги и заглянул в сверток. Ткань была хорошо подобрана и по цвету, и по плотности. Старый эльф снова кивнул Холлу.

– Да, пожалуй. Благодарю. Но позволь вернуть это тебе, чтобы ты сам мог вручить подарок. Ей будет приятно видеть, что ты так заботлив.

На сей раз водителю никто не помогал, и следующую лавку он нашел самостоятельно. Автобус свернул на узкую, ухабистую дорогу, которая взбегала на холм, а оттуда спускалась к залитому солнцем узкому заливчику. По обе стороны от дороги стояли озерца темной торфяной воды, и отражавшееся в них небо казалось темно-синим. Когда сценка, которая разыгрывалась в середине автобуса, завершилась и пассажиры снова принялись смотреть в окно, шофер уже тормозил.

Остановился он на круто поднимающейся вверх, засыпанной гравием дорожке, перед кучкой довольно старых деревянных домов. Ткач, высокий мужчина с проседью, вышел им навстречу и провел их к себе.

Мастерская была устроена в старом сарае, где сделали бетонный пол. Он был безукоризненно чистым, и повсюду на нем лежали кипы шерсти. У стены, посередине, стоял огромный механический ткацкий станок, расположенный так, чтобы свет из окна падал на него из-за плеча мастера. Когда они приехали, ткач как раз сидел за работой, и намотанный на бобину под станком рулон красно-сине-темно-зеленой ткани был уже в пядь толщиной.

– Держите руки подальше! – приказал ткач, садясь на свое место, и включил станок. Шесть челноков, рассаженных на колесе, точно ряды зерен на кукурузном початке, по очереди заметались взад-вперед.

Они смотрели, как работает ткач, время от времени задавали вопросы, не сводя глаз с его рук и растущей под ними ткани. Холл уже чертил схему станка и вписывал кое-какие примечания насчет технологии. Он из кожи вылезет, но к зиме у них будет свое ткацкое оборудование! Мастер поймал его взгляд, повел морковно-рыжей бровью и одобрительно кивнул.

– И что, вы всю шерсть сами красите? – спросила Нарит, стараясь держаться подальше от скрежещущей машины.

Мастер сделал паузу, и грохот затих.

– Да не-ет, красить теперь все возют на материк.

– Что, в Европу?! – изумился Кейт.

– В Шотландию, – ответил ткач таким тоном, словно это должно быть ясно любому идиоту. Кейт пожал плечами и смущенно улыбнулся. – Тут овец стригут, шерсть собирают и увозют. А обратно привозют уже чистенькую и крашеную.