Le prisonnier du souverain sombre (СИ) - "Emerald" - Страница 154

- Хозяин! — С восторгом воскликнул один из младших поваров и кинулся было на шею Изьявеллу, но забыл про разлитое масло и неуклюже завалился на бок, утаскивая за собой ругающихся товарищей по несчастью.

- Угомонись, Асмэт! — Повысил голос Изьявелл, помогая парню подняться. — Что вы, бездельники, сотворили с моей кухней?

- Это эльфы… — выдохнул ученик, осторожно присаживаясь на край стола, так как целых скамеек поблизости не наблюдалось. Остальные повара и поварята столпились вокруг, благоговейно взирая на вернувшегося главного. — Они вели себя как хозяева, вечно вваливались, искали вино, тискали парней и не давали прохода девчонкам… Все было ничего, пока поблизости был гарем, — парень помрачнел, вспомнив страшную судьбу всегда столь надменных с кухонными служками наложников. — Знали бы вы, господин Мантор, — повернулся он к бывшему главному евнуху, — что эти захватчики там творили! Пользовались рабами повелителя как захочется! А потом… — тут кто-то из самых маленьких поварят всхлипнул.

- А потом, когда гарема не стало, — хмуро продолжил другой повар, непревзойденный мастер мясных блюд, — эти типы повадились к нам. Неделю назад они схватили несколько мальчишек покрасивше и куда-то их уволокли. Парни так и не вернулись. А мы с тех пор стали прятать самых маленьких и девчонок. Так что рук едва хватало справляться с готовкой, куда там убираться!

- И даже никакой гадости не сыпанешь!.. — раздосадовано проворчала одна из стряпух. — С магами всю еду проверяли!

- Тише. Тише. — Главный повар упер руки в круглые бока и обвел грозным взглядом толпу вокруг себя. — Теперь время эльфов кончилось! Вернулся повелитель. И в этот самый момент разбирается с этими паразитами… — из-под стола, где лежали связанные эльфы, раздался заковыристый мат, но его тут же заглушили радостные вопли обитателей кухни. — Да замолчите вы, горлопаны! — Взревел, наконец, Изьявелл, пытаясь перекричать подчиненных. — Кого вы кормить будете в такой помойке?! Живо, взяли ноги в руки и занялись уборкой. Сбегайте к мясникам, зовите на помощь слуг из внутренних покоев, но кухню надо прибрать и обед приготовить! Живо!..

Подстегнутые его ревом, повара прыснули в разные стороны. Кто-то уже волок ведра с водой, кто-то споро отмывал заляпанные столы, кто-то быстро сгребал в кучу испорченную еду. Самые сильные вынесли прочь ругающихся эльфов.

В конце концов, Изьявелл с Мантором остались в одиночестве: вся работа кипела в соседних залах, этот же остался на потом.

Грузно повернувшись к другу, главный повар тоже не удержался на скользком полу и с руганью повалился на спину, уляпавшись грязью по самые уши. Кинувшийся было поднимать приятеля Мантор тоже не удержался на ногах и рухнул сверху, выбив из крякнувшего повара воздух.

Сумев, наконец, сесть Изьявелл подобрал один из раскатившихся по всей кухне персиков. Плюнув на чистоту и сидя на полу в окружении разбитой или разбросанной посуды и рассыпанной муки, главный повар запустил крепкие зубы в румяный бочок и тут же скривился — слишком перезрелый.

- Только для сиропа и сгодятся, — недовольно проворчал он, на глазах удивленного подобной небрежностью Мантора отбрасывая в груду полураздавленных фруктов так и не съеденный персик. — И какой придурок принял подобный заказ для кухни!

- Не ворчи, — отозвался главный евнух осторожно поднимаясь на ноги: каменный пол, залитый всевозможными жидкостями, превратился в откровенный каток. — Для этих эльфов и такое было слишком хорошо! Вставай, давай! Чего расселся! Император скоро очистит дворец от всякой швали, так что надо готовить обед!

- А ты что будешь делать? — С интересом спросил Изьявелл друга, все так же восседая на полу. Тот смущенно пожал пухлыми плечами.

- А не знаю, — отозвался бывший главный евнух. — Гарема больше нет. И, судя по высказываниям императора, вряд ли будет.

- Нуууу… — протянул Изьявелл скептически. — Твой труд всегда был и будет востребованным. Неужели ты не понадобишься супругу императора? С твоим то опытом?

Но друг только печально головой покачал.

- Не думаю, что король Рауль будет рад меня видеть, — хмуро выдал он, найдя более-менее чистое полотенце и принимаясь оттирать измазанную одежду. — Слишком у него неприглядные воспоминания, связанные со мной. Ну, да ничего! Средств у меня достаточно — уеду куда-нибудь… Или даже поселюсь в столице. Буду к тебе иногда в гости заглядывать.

- Слууушай! — С азартом подскочил на полу внезапно загоревшийся пришедшей идеей Изьявелл. — А давай ко мне на кухни!.. Хозяйство у меня большое, и ты как помощник будешь просто незаменим! А еще лучше — выходи за меня замуж!

Обалдевший от подобного предложения Мантор выронил скомканное полотенце.

- Ты это… того… не того?.. — осторожно уточнил он у друга, опасливо кося на него выпученным глазом. Но Изьявелл только решительно замотал головой. — Да неее! Я серьезно! Сам подумай, сколько лет мы уже знакомы: века полтора?.. А ведь не надоели друг другу!.. Да и нравился ты мне всегда. Хозяйственный такой… надежный. А что до твоего статуса евнуха… Ну, так яйца-то тебе не отрезали. И не говори, что не испытывал ни разу возбуждения! А то я с тобой в одной купальне не купался!..

Смущенный Мантор, не ожидавший подобного откровения, внезапно залился густым румянцем, беспомощно раскрывая рот словно выброшенная на берег рыба.

Изьявелл поглядел на его потуги и, кряхтя, поднялся.

- У меня внучатые племянники остались без родителей, — деловито сообщил он. — Двое парней и три девки. Так что будет кого воспитывать. Родители погибли, как и сестра с мужем. Давно хотел забрать их к себе. Да все голову ломал, как и с ними управляться, и с кухней. А ты мне давно уже глянулся, только никак не мог признаться. Все-таки главный евнух — это фигура! А тут такая оказия, просто грех не воспользоваться!

- Я подумаю!.. — пискнул Мантор, от растерянности дав откровенного петуха.

- Ладно, — согласился новоявленный жених, деловито оглядываясь. — А теперь, давай, займемся кухней…

…Натаниэль с окружившими его гвардейцами очутился в заснеженном парке вблизи своих покоев. Галереи и террасы, заметенные снегом, были пусты. Правда, по выбегающим из портала воинам попытались было ударить сверху какой-то гадостью, но имперские маги были начеку и быстро подавили сопротивление.

Сметая со своего пути немногочисленные эльфийские заслоны, гвардия императора растеклась по пустым залам и комнатам, некогда принадлежавшим к семейной части дворца. Покои Эльданы были безлюдны.

Натаниэль холодно усмехнулся: отчего-то он ни на миг не сомневался, что «женушка» потешит свое самолюбие, переселившись в более роскошные покои или его матери, или его собственные. Так и оказалось. Подбежавший гвардеец сообщил, что мятежная императрица обнаружена в бывшем кабинете повелителя.

Но Натаниэль не спешил проведать супругу: ничего, потерпит.

Его неудержимо тянуло на половину Рауля.

За резными дверями Натаниэля встретило полное запустение. Часть мебели отсутствовала, оставшаяся была накрыта магическими пологами, как в давно нежилом помещении. Часть стекол в столь любимой Раулем витражной гостиной оказалась выбита, и мелкая поземка заметала окаменевшие на морозе ковры и заиндевевшие драпировки.

Хрустя сапогами по разноцветным осколкам, император вышел на террасу: что-то яркое привлекло внимание Натаниэля. Какой-то огненно-золотой всполох.

Среди высоких сугробов в керамическом вазоне с неряшливо отбитым краем цвела горная роза. Три тугих бутона с яркой ало-золотой каемкой на белоснежных лепестках словно праздничные фонарики сияли в снежной круговерти сумрачного дня. «Символ супружеского счастья…» — пришли на ум Натаниэлю слова старого дракона. Император невольно улыбнулся, вспомнив, как ревновал Рауля к этому колючему кусту.

Погладив крошечные темно-зеленые резные листья, Натаниэль тут же ойкнул и засунул в рот уколотый до крови палец. Розовый куст напоминал своего хозяина: такой же яркий, ершистый и колючий.