Выбрать книгу по жанру
Фантастика и фэнтези
- Боевая фантастика
- Героическая фантастика
- Городское фэнтези
- Готический роман
- Детективная фантастика
- Ироническая фантастика
- Ироническое фэнтези
- Историческое фэнтези
- Киберпанк
- Космическая фантастика
- Космоопера
- ЛитРПГ
- Мистика
- Научная фантастика
- Ненаучная фантастика
- Попаданцы
- Постапокалипсис
- Сказочная фантастика
- Социально-философская фантастика
- Стимпанк
- Технофэнтези
- Ужасы и мистика
- Фантастика: прочее
- Фэнтези
- Эпическая фантастика
- Юмористическая фантастика
- Юмористическое фэнтези
- Альтернативная история
Детективы и триллеры
- Боевики
- Дамский детективный роман
- Иронические детективы
- Исторические детективы
- Классические детективы
- Криминальные детективы
- Крутой детектив
- Маньяки
- Медицинский триллер
- Политические детективы
- Полицейские детективы
- Прочие Детективы
- Триллеры
- Шпионские детективы
Проза
- Афоризмы
- Военная проза
- Историческая проза
- Классическая проза
- Контркультура
- Магический реализм
- Новелла
- Повесть
- Проза прочее
- Рассказ
- Роман
- Русская классическая проза
- Семейный роман/Семейная сага
- Сентиментальная проза
- Советская классическая проза
- Современная проза
- Эпистолярная проза
- Эссе, очерк, этюд, набросок
- Феерия
Любовные романы
- Исторические любовные романы
- Короткие любовные романы
- Любовно-фантастические романы
- Остросюжетные любовные романы
- Порно
- Прочие любовные романы
- Слеш
- Современные любовные романы
- Эротика
- Фемслеш
Приключения
- Вестерны
- Исторические приключения
- Морские приключения
- Приключения про индейцев
- Природа и животные
- Прочие приключения
- Путешествия и география
Детские
- Детская образовательная литература
- Детская проза
- Детская фантастика
- Детские остросюжетные
- Детские приключения
- Детские стихи
- Детский фольклор
- Книга-игра
- Прочая детская литература
- Сказки
Поэзия и драматургия
- Басни
- Верлибры
- Визуальная поэзия
- В стихах
- Драматургия
- Лирика
- Палиндромы
- Песенная поэзия
- Поэзия
- Экспериментальная поэзия
- Эпическая поэзия
Старинная литература
- Античная литература
- Древневосточная литература
- Древнерусская литература
- Европейская старинная литература
- Мифы. Легенды. Эпос
- Прочая старинная литература
Научно-образовательная
- Альтернативная медицина
- Астрономия и космос
- Биология
- Биофизика
- Биохимия
- Ботаника
- Ветеринария
- Военная история
- Геология и география
- Государство и право
- Детская психология
- Зоология
- Иностранные языки
- История
- Культурология
- Литературоведение
- Математика
- Медицина
- Обществознание
- Органическая химия
- Педагогика
- Политика
- Прочая научная литература
- Психология
- Психотерапия и консультирование
- Религиоведение
- Рефераты
- Секс и семейная психология
- Технические науки
- Учебники
- Физика
- Физическая химия
- Философия
- Химия
- Шпаргалки
- Экология
- Юриспруденция
- Языкознание
- Аналитическая химия
Компьютеры и интернет
- Базы данных
- Интернет
- Компьютерное «железо»
- ОС и сети
- Программирование
- Программное обеспечение
- Прочая компьютерная литература
Справочная литература
Документальная литература
- Биографии и мемуары
- Военная документалистика
- Искусство и Дизайн
- Критика
- Научпоп
- Прочая документальная литература
- Публицистика
Религия и духовность
- Астрология
- Индуизм
- Православие
- Протестантизм
- Прочая религиозная литература
- Религия
- Самосовершенствование
- Христианство
- Эзотерика
- Язычество
- Хиромантия
Юмор
Дом и семья
- Домашние животные
- Здоровье и красота
- Кулинария
- Прочее домоводство
- Развлечения
- Сад и огород
- Сделай сам
- Спорт
- Хобби и ремесла
- Эротика и секс
Деловая литература
- Банковское дело
- Внешнеэкономическая деятельность
- Деловая литература
- Делопроизводство
- Корпоративная культура
- Личные финансы
- Малый бизнес
- Маркетинг, PR, реклама
- О бизнесе популярно
- Поиск работы, карьера
- Торговля
- Управление, подбор персонала
- Ценные бумаги, инвестиции
- Экономика
Жанр не определен
Техника
Прочее
Драматургия
Фольклор
Военное дело
Твори в 4-х томах. Том 4 - Хемингуэй Эрнест Миллер - Страница 123
— То святе діло, — сказала вона. — Гаразд, я запам'ятаю цю побрехеньку і скрізь повторюватиму її. Томе, ти справді нічого до неї не почуваєш?
— Анічогісінько.
— І досі кохаєш мене?
— Хіба я не виявив ніяких ознак цього?
— А може, ти знову граєш роль. Такого собі непохитно вірного закоханого, хоч би з якими повіями я тебе заставала. «Не. був ти, Сінаро, й по-своєму вірний мені».
— Я завжди казав, що надмірна освіта тобі не на користь. Ці вірші я переріс ще в дев'ятнадцять років.
— Атож, а я завжди казала, що якби ти більше малював І ставився до свого діла як належить, а не вигадував собі химер і не закохувався в кого попало…
— Ти хотіла сказати: не одружувався з ким попало.
— Ні. Що одружувався — це теж погано. Але ти закохувався направо й наліво, і я вже не могла тебе поважати.
— Впізнаю милу давню пісеньку: «І я вже не можу тебе поважати». Признач ціну, я заплачу скільки хочеш, аби тільки вилучити її з обігу.
— Я поважаю тебе. А її ти не любиш, правда ж?
— Я люблю тебе і поважаю тебе, а її я не люблю.
— От і чудово. Я страшенно рада, що захворіла й спізнилася на літак.
— А знаєш, я таки справді поважаю тебе, і всі твої бісові дурниці, колишні й теперішні, теж поважаю.
— І прекрасно зі мною поводишся, і виконуєш усі свої обіцянки.
— Яка була остання?
— Не пригадую. Та коли й була якась, ти її однаково не виконав.
— Чи не обминути нам цю тему, голубонько?
— Та я б залюбки обминула.
— То, може, і обминемо. Ми ж багато чого обминали.
— Ні, неправда. І на те є наочні докази. Ти вважаєш, що жінці досить любощів у ліжку. А не думаєш про те, що їй хочеться пишатися тобою. Що їй потрібно й трохи звичайної собі ніжності.
— І не вдаю з себе дитини, як оті чоловіки, що з ними ти так любиш няньчитись.
— Якби ж то я була тобі справді потрібна і знала, що ти без мене не можеш, а не тільки чула оті твої «дай», та «візьми», та «забери, я не хочу їсти».
— Навіщо ми сюди приїхали? Вичитувати мораль?
— Ми приїхали, бо я люблю тебе і хочу, щоб ти був гідний самого себе.
— І тебе, і господа бога, і всіх інших абстракцій. А я навіть як художник не абстракціоніст. Ти б, напевне, умовляла Тулуз-Лотрека не ходити по борделях, Гогена — не хворіти сифілісом, а Бодлера — рано повертатись додому. І хоч мені до них далеко, але ну тебе к бісу.
— Я ніколи така не була.
— Була, була. А ще ота твоя клята робота. Скільки годин на добу вона забирала?
— Я б перестала зніматися в кіно.
— Еге ж, я знаю. І співала б по нічних клубах, а мене взяла б за викидайла. Пригадуєш, як ми укладали такі плани?
— Що чути від Тома?
— У нього все добре, — сказав він і відчув, як по черепу в нього перебіг той дивний колючий біль.
— Я вже три тижні не маю від нього листів. Здавалося б, матері можна вже написати. Він завжди був дуже акуратний щодо цього.
— Ти знаєш, як воно буває з хлопцями на війні. А може, десь затримали всю пошту. Часом таке роблять.
— Пригадуєш ті часи, коли він ще не вмів говорити по-англійському?
— А яку збив ватагу в Гштаді? І в Енгадіні, і в Цузі.
— Ти маєш його нові фотографії?
— Тільки ту, що є і в тебе.
— Чи не могли б ми чогось випити? Що ти тут п'єш?
— Все. що завгодно. Зараз піду знайду свого хлопця. Вино в льоху.
— Тільки, будь ласка, не йди надовго.
— Трохи смішно нам казати таке одне одному.
— Будь ласка, не йди надовго, — повторила вона. — Ти чуєш? І ніколи я не умовляла тебе рано повертатися додому. Не в тому була біда, сам знаєш.
— Знаю, — сказав він. — Я ненадовго.
— Може, той твій хлопець приготує нам і щось попоїсти.
— Може, й приготує, — відказав Томас Хадсон. Тоді мовив до кота: — Побудь з нею, Бойзе.
Ну от, подумав він. Навіщо я таке сказав? Навіщо збрехав їй? До чого всі ці перестороги? Чи я справді хочу зберегти своє горе для себе самого, як каже Віллі? Невже я справді такий?
Збрехав то й збрехав, подумав він. А як сказати матері, що її син загинув, одразу ж після того як ти знову ліг з нею до ліжка? Як сказати собі самому, що твого сина вже немає? Ти завжди мав на все відповідь. То дай мені відповідь і на це.
Немає на це відповіді. Тобі слід би вже знати, що немає. Ніякої відповіді.
— Томе, — почув він її голос. — Мені нудно самій, а кіт — це все-таки не ти, хоч він і уявив себе тобою.
— Прожени його на підлогу. Хлопець пішов до селища, то я дістаю лід.
— Я обійдуся й без вина.
— Я теж, — сказав він і повернувся до кімнати, ступивши з кахляної підлоги на мату. Подивився на неї і побачив, що вона сидить де й сиділа.
— Ти не хочеш говорити про нього, — мовила вона.
— Не хочу.
— Чому? По-моєму, так буде краще.
— Він надто схожий на тебе.
— Не в тому річ, — мовила вона. — Скажи мені. Він загинув?
— Так.
— Будь ласка, обніми мене міцніш. Тепер я справді захворіла.
Він відчув, що вона вся тремтить, і став на коліна перед кріслом, і обняв її, відчуваючи, як її тіпає дрож. Потім вона сказала:
— Ох ти ж бідолаха. Бідолаха ти мій… — А трохи згодом додала: — Пробач мені за все, що я будь-коли робила чи казала.
— І ти мені пробач.
— Бідолаха ти, і бідолаха я.
— Бідолахи ми всі, — сказав він, але не додав: «Бідолаха Том».
— Що ти можеш мені розказати?
— Нічого. Оце все.
— Сподіваюся, ми навчимося жити з цим.
— Можливо.
— Мені б тепер заридати, але всередині тільки якась млосна порожнеча.
— Я знаю.
— Таке може спіткати кожного?
— Мабуть, що так. Але нас воно більше не спіткає.
— Тепер ми тут наче в домі, де лежить небіжчик.
— Пробач, що я не сказав тобі одразу, як ми зустрілися.
— Нема за що, — мовила вона. — Ти завжди все відкладав. Я тобі не дорікаю.
— Мене так нестримно потягло до тебе, і я повівся як себелюбний дурень.
— То не було себелюбство. Ми завжди любили одне одного. Тільки багато помилялися.
— А найгірше я.
— Ні. Ми обоє помилялися. То хоч тепер не сварімося вже ніколи. — І в ту ж мить з нею щось сталося, і вона врешті заридала й промовила крізь сльози: — Ой Томмі, я оце раптом відчула, що не витримаю цього.
— Я знаю, — сказав він. — Мила моя, люба, рідна, хороша, мені теж несила це витримувати.
— Ми були такі молоді й дурні, і обоє такі гарні, і Томмі був такий гарнющий…
— Викапана мати.
— А тепер від усього того й сліду видимого не залишиться.
— Бідолашна моя, рідна, найдорожча.
— Що ж нам далі робити?
— Те, що й досі робили: ти своє, я своє.
— Чи не могли б ми хоч якийсь час пожити разом?
— Тільки поки дме цей вітер.
— То нехай дме і дме. Як по-твоєму, любитися нам не соромно?
— Думаю, що Том не осудив би нас.
— Ні. Я певна, що не осудив би. А пам'ятаєш, як ти садовив його на плечі і ми йшли кататися на лижах, і як ми співали, спускаючись присмерком униз через садок за готелем?
— Я все пам'ятаю.
— І я, — сказала вона. — Ну чого ми були такі дурні?
— Бо, навіть кохаючи одне одного, залишалися суперниками.
— Знаю, от у тому-то й наша біда. Але ж ти нікого більше не любиш, правда? Бо тепер це єдине, що в нас лишилося.
— Ні. Правда.
— І я нікого. А чи не повернутись нам одне до одного, як ти гадаєш?
— Не знаю, чи вийде з того щось путнє. Можна спробувати.
— Довго ще триватиме війна?
— Спитай того, хто має над нею владу.
— Кілька років?
— Років зо два напевне.
— І тебе теж можуть убити?
— Ще й як.
— Тоді це ні до чого.
— А якщо не вб'ють?
— Не знаю. Може, тепер, коли Том загинув, ми вже не будемо такі запеклі й лихі, як раніш?
— Я міг би спробувати. Запеклості в мені немає, а лихе я навчився придушувати. Можеш мені повірити.
— Справді? Це на тебе повії так вплинули?
— Мабуть. Та якщо ми житимемо разом, вони мені будуть непотрібні.
- Предыдущая
- 123/196
- Следующая
