Я - тьма - Робертс Джен - Страница 35

Она хотела было идти дальше, как вдруг кто-то кашлянул.

Ариес резко развернулась, не обращая внимания на боль в ноге. В коридоре было пусто. По спине побежали мурашки. Она определенно слышала кашель. Но откуда он доносился? И кто кашлял? Точно не Натан и Джой. Они бы что-нибудь перед этим сказали.

Ариес осторожно пошла вдоль прилавков, тихо ступая, готовая к тому, что в любой момент на нее кто-то набросится. Но ничего не происходило. Она свернула за угол, держа перед собой фонарик, который в случае чего могла использовать как оружие. Но и в главном коридоре никого не было.

Может, ей послышалось? Но тут что-то шевельнулось у витрины, где был выставлен розовый диван с фиолетовыми подушками.

Чья-то тень. Щелкнул фонарик, и луч света ударил в лицо, ослепив ее. Ариес скривилась и попыталась разглядеть, кто там стоит.

Луч метнулся в сторону, человек в черной куртке и рваных джинсах несколько раз качнулся и упал. Фонарик выпал у него из рук. Без единого звука он плюхнулся на живот. Ариес не видела его лица — только черные волосы. Она приблизилась, не зная, стоит ли с ним заговорить, жалея, что у нее нет оружия. Надо было вначале пойти в отдел спорттоваров и взять бейсбольную биту. Почему ей сразу не пришло это в голову?

Ариес подошла к незнакомцу поближе и наконец разглядела его лицо.

У нее перехватило дыхание.

Это был Даниэль.

Кроссовки продырявились. Клементина никогда прежде не изнашивала обувь до такой степени. Сносить подошвы до дыр из-за долгой ходьбы! Такое было немыслимо.

Она устала. Ноги ужасно болели. Ступни горели огнем. Поясница ныла, рюкзак натер плечи. Клементина знала, что надо время от времени останавливаться, но боялась, что если присядет, уже не встанет. Она шла по дороге уже два дня. Целых два дня ей никто не попадался навстречу. На это она, правда, не жаловалась, — хотя Клементине не хватало в новом мире людей, с которыми можно было поговорить.

Дорогой Хит, я в последнее время часто с тобой разговариваю. Это здорово, — правда, жаль, что ты не отвечаешь. Я скучаю по тебе. Кажется, раньше я об этом не задумывалась. Ты всегда был рядом — даже когда только звонил по телефону. Но мы когда-нибудь разговаривали по душам? А должны были. Ты ведь мой брат.

Я надеюсь, что ты жив и ждешь меня. Это будет оправданием всем нашим мысленным диалогам. Я буду знать, что все это время говорила с тобой, а не с тенью.

Она несколько раз прокрутила в голове последнюю фразу. Клементина не хотела верить, но втайне признавала: велики шансы, что в этом мире уже нет ее брата. Она старалась об этом не думать. Ей хотелось сохранять оптимизм. Клементине нужна была цель. Если Хита больше нет, ее путешествие окажется бессмысленным. Куда ей еще идти?

Если ты умер и попал в рай — или в какой-нибудь другой вариант загробного мира, — скажи маме с папой, что у меня все хорошо и обо мне не стоит беспокоиться. Они вырастили сильную дочку-черлидершу. Вперёд!

Клементина остановилась и достала из-за спины бутылку с водой. Сделав большой глоток, едва ощутила на языке холод воды. Теперь у всего на свете был какой-то неправильный вкус. Даже вкусовые рецепторы ей отказали. Когда она ела в последний раз? Клементина не помнила. Но еда ее больше не интересовала.

Настала ночь, но Клементина не обратила на это внимания. Она продолжала идти по асфальту — шаг за шагом. Левой-правой, левой-правой. Раз, два, три, четыре, пять — Гоблины пошли играть! Когда они играют — противник пролетает! Гоблины Гленмура, вперед! В голове роились воспоминания о футбольных матчах и кричалках. Ритм эхом отдавался в каждом шаге. Пару раз Клементина чуть не сошла с дороги — она заметила это, когда под ногами вместо асфальта оказалась трава.

Клементина поняла, что упала, только когда оказалась в воздухе. Она даже не успела выставить перед собой руки. Клементина упала на бок и скатилась по насыпи в канаву. Лежа на спине, пару раз моргнула и осознала, что смотрит в ночное небо.

Оно так и сверкало. Над головой переливались тысячи звезд, сверху смотрела полная луна, идеально круглая. Клементина могла разглядеть кратеры, взрезавшие ее поверхность. Она протянула руку, чтобы коснуться луны, но та была слишком высоко.

— Большая Медведица, — произнесла Клементина. — Кассиопея. Пояс Ориона.

Эти звезды всегда будут на небе. Пройдут сотни миллионов лет, на Земле не останется и следа человечества, а они будут все так же сиять.

На сколько они ее переживут?..

Я схожу с ума, Хит. Я слышала, как это бывает. Недосып творит с людьми странные вещи.

Мне нужен отдых, но я не могу уснуть. Мне так страшно. Я не знаю, как быть. Помоги мне.

Ответа не было. Хит не слышал.

Лежать в канаве было хорошо и спокойно. Клементина знала, что надо встать и идти. Но не могла. Ее ноги решили, что с них хватит.

Я парализована.

Потом страх ушел. Но она ничего не могла сделать. Только закрыть глаза. Как было бы прекрасно!

Так она и поступила.

Вздрогнув, Клементина проснулась. Она резко села и стала оглядываться, соображая, что происходит. Одежда намокла от росы. Клементина не могла вспомнить, как здесь очутилась.

Она выпрямилась, чувствуя, как сильно затекли ноги. Потянулась, вышла на дорогу и осмотрелась. Она стояла в незнакомом месте на дороге, ведущей неведомо куда. Память возвращалась урывками. Клементина вспомнила, как упала в канаву, как лежала и смотрела на звезды.

Солнце стояло на западе. Клементина посмотрела на часы: они показывали четыре с небольшим. Получается, она проспала больше шестнадцати часов. Клементина ничего не помнила — это был глубокий сон без сновидений, долгожданный и блаженный.

Так вот в чем секрет, Хит! Всего-то надо загнать себя до смерти, чтобы наконец закрыть глаза. Что ж, это сработало. Я не умерла. Меня не нашли. Может, теперь мое сознание не будет отчаянно протестовать всякий раз, когда я захочу прилечь.

Она сделала большой глоток из бутылки и пошла вперед.

На магистраль Клементина вышла, видимо, около шести. Она шла по солнцу и свернула направо. Дорога была совершенно пустой — не единой машины, на которой можно было бы продолжить путь. Солнце вскоре начало клониться к закату, окрасив небо в сверкающие пурпурные тона.

Клементина уже не знала, где находится. Может быть, в Монтане. Пейзаж вокруг начал меняться. До гор было еще далеко, но они уже маячили на горизонте — маленькие выпуклые груди земли. Уже скоро она окажется в районе Скалистых гор. Хорошо бы к тому времени найти машину.

Уже спустились сумерки, когда дорога свернула, и Клементина поняла, что поблизости находится город. Между деревьями раскинулась бензозаправка; на стоянке было полно машин. Невдалеке стояла табличка с названием города, но Клементина не могла разобрать надпись.

— Наконец-то, — пробормотала она.

Она осторожно сошла с дороги, чтобы обойти заправку сзади, со стороны леса, и убедиться, что в здании никого нет. Но это оказалось не так-то просто сделать. Клементина выросла среди прерий, она привыкла к просторным пшеничным полям и небу, раскинувшемуся над головой; зайдя в подлесок, она чувствовала себя на чужой территории. Ветки цеплялись за волосы. Клементина расцарапала руки и дважды споткнулась о корни, которые, казалось, задались целью заставить ее упасть.

Впереди замаячил просвет. Клементина, обрадовавшись, прибавила шагу. Она перелезала через камни, обходила огромные пни. Лес поставил перед ней трудную задачу, которая требовала предельной концентрации. Клементина так сосредоточилась на том, чтобы не споткнуться, что чуть не врезалась в чьи-то ноги. Она подняла голову — и увидела тело.

Клементина отшатнулась — и чуть не наступила на другое тело. Оно покачнулась и начала медленно вращаться вокруг оси.

Они были всюду. Дюжины тел, свисавшие с ветвей. У некоторых руки были связаны за спиной. Тела покачивались на ветру. Веревки на шеях уходили вверх, в листву. Клементина сделала еще несколько шагов — и трупы окружили ее со всех сторон. Запах ударил в нос, живот скрутило, и выпитая за несколько часов до того вода подступила к горлу. Клементина натянула на нос рубашку и задержала дыхание.