Книга Небытия (СИ) - Филатов Вадим Валентинович - Страница 18

Звёздный миг Франка Кабеле

«Даже бессмысленная смерть – смерть, которая не принесет ни цветов, ни

плодов, – обладает достоинством Смерти Человека».

(Юкио Мисима. «Хагакурэ нюмон»).

Недавно 35-летний христианский проповедник из Габона сообщил своей пастве о том, что во сне ему было видение – Бог сообщил, что он сможет повторить одно из чудес Христа, хождение по воде, если достаточно сильно в это уверует. В присутствии многочисленных свидетелей Франк Кабеле вошёл в воду реки Комо, однако чуда не случилось. Тем не менее, проповедник продолжал упрямо входить в реку, пока вода не покрыла его с головой. Франк Кабеле до последнего верил, что Бог ему поможет, но Бог ему не помог. Когда удивлённые зрители попытались вытащить его из воды, было уже поздно.

Вера в идею превращает бессмысленную, с точки зрения глупой толпы, смерть человека в миг его наивысшего торжества. Это победа человеческого Духа, который способен двигать горы и с помощью нескольких костяных ножей взрывать языческие капища Всемирного торгового центра. Я приветствую звёздное мгновение жизни и смерти истово верующего фанатика, которое самой своей бессмысленностью полностью отрицает и делает абсолютно ничтожной нескончаемую череду лет растительного прозябания мелочно-жадных и суетливых обывателей.

Я мысленно вижу, как Франк Кабеле идёт по воде – если не в этом, то в лучшем мире. Ведь для истинной веры не может быть ничего невозможного.

Мистерия Пустоты

Думаю, что лучшие детские игрушки – это калейдоскоп с напоминающими тибетские рисунки на песке изменяющимися цветными узорами и жидкость для пускания мыльных пузырей.

Мыльный пузырь – тонкая плёнка мыльной воды, которая формирует шар с переливчатой поверхностью. Подобно людям, мыльные пузыри обычно существуют лишь в течение очень короткого промежутка времени и лопаются при прикосновении или самопроизвольно. Их часто используют в своих играх дети, но использование пузырей в развлекательных шоу показывает, что и взрослым они тоже нравятся. Можно сказать больше: пускание мыльных пузырей – это самое осмысленное занятие человека.

В силу своей недолговечности мыльный пузырь может считаться символом всего, что на первый взгляд, достаточно привлекательно, но на самом деле бессодержательно и недолговечно. Например, символом человеческой жизни.

Каждый человек стремится увеличить свою значимость соразмерно своим желаниям и возможностям. Некоторым удаётся раздуть себя до размеров Наполеона. Но всё равно пузырь достигает предела и лопается.

Поэтому пускание мыльных пузырей – это лучший способ медитации на Пустоту.

История жизни, которой не было

Моё стремление к социальному неуспеху

(Из книг Петра Иванова)

«Я люблю того, кто стыдится, когда игральная кость выпадает ему на счастье, и кто тогда спрашивает: неужели я игрок – обманщик? – ибо он хочет гибели». (Фридрих Ницше).

Я – религиозный проповедник родом из Пензы Пётр Иванов – возглавил группу ушедших в подземный затвор отшельников. После этого печатные тиражи моих книг были уничтожены. В течение полугода мирские власти и отравители человеков – журналисты – стремились прекратить предпринятый нами подвиг отшельничества, но мы сохраняли спокойствие. Источник этого пугающего спокойствия и убийственной радости – свобода. Свобода от имущества, от всякого земного попечения, от страха. В конечном счете, от смерти. Ведь, как отмечал ещё Лев Толстой, только радикалы и фундаменталисты соответствуют своим философским и (или) религиозным взглядам. «Выносить обо всём, включая смерть, непримиримые суждения, это единственный способ обойтись без обмана», – вторит ему Эмиль Чоран.

«Они обитают в своих пещерах, – писал в 4 веке, рассказывая о жизни «пустынных отцов» пресвитер Руфин, – рассеянные и разделённые по кельям, но объединённые мировоззренчески. Соединив ум, каждый в своём месте, ожидают кончины мира – как воины в своём лагере ждут прибытия императора»

Человек, отвергнувший ценности толпы, предпочитает жить для смерти и умирать для жизни. Как писал Бодрийяр, «радикальный отпор власти и единственная возможность ее упразднения – только в том, чтобы отдавать свою жизнь, отвечая на отсроченную смерть смертью немедленной». Существует вопрос, который волновал философов во все времена: – это: вопрос о смысле жизни и обо всём, что с ним связано: вечна ли жизнь, существует ли смерть, что происходит, когда мы оставляем мир? И есть вопрос, который весьма занимает лично меня: дело в том, что все, кто живет сегодня, обречены на смерть. Мы – покойники в отпуске, потому что мы все должны умереть. Большинство людей стремится не особо об этом и обо всём остальном размышлять, но меня – как философа – не устраивает игнорирование или заговаривание вопросов о сущности и смысле жизни. «Если человек начинает интересоваться смыслом жизни или ее ценностью – это значит, что он болен». (Зигмунд Фрейд) И действительно, обычно «простой человек», стремящийся «быть как все», человек толпы воспринимает рефлексию о смысле жизни как диагноз или, в лучшем случае, в качестве проявления «синдрома неудачника». Однако философское размышление становится возможным, как правило, тогда, когда человек стремится мыслить самостоятельно и отвергает монополию ценностей толпы. Не случайно, что философы древности (например, Гераклит, Диоген Синопский, Сократ) – это очень часто «неудачники» и маргиналы. Их жизнь была неотделима от страдания, которое и помогало им убить в себе человека толпы. «Древние с недоверием относились к успеху не только потому что боялись ревности богов, но и потому, что опасались внутреннего дисбаланса, которым сопровождается любой успех. Поняв эту опасность, как высоко они поднялись над нами!», – заметил в этой связи Эмиль Чоран.

Что такое «успешный человек»? В общепринятом представлении – это тот, кто ставит перед собой цели и достигает их. При этом подразумевается, что поставленные цели должны быть теми, к которым стремится большинство, поэтому те, кто не ставит перед собой общепринятых целей, причисляются к «неудачникам». Но множество конечных целей никогда не смогут удовлетворить дух с его бесконечными устремлениями. Как правило, получается так, что мы достигаем противоположного тому к чему стремились, поскольку пытаемся настичь иллюзию, которую сами себе придумали. Поэтому на практике понятия «неудачник» и «успешный человек» – это не более, чем проявления оценочной зависимости. Но ведь оценивать что бы то ни было ошибочно и бессмысленно, поскольку всё, что есть, является случайным извращением Ничто, т.е. в итоге сводится к абсолютному нулю. Поэтому ничто, кроме самого Ничто не имеет никакого значения и все различия между людьми сводится к возведению в ту или иную степень всё того же изначального нуля. Очевидно, что ноль во второй, третьей или десятой степени – это не более, чем всё тот же ноль, а само возведение в степень материального изобилия, известности или власти – утешительная иллюзия для больших детей.

Чтобы избавиться от заблуждений, связанных с «успешностью» или «неуспешностью», необходимо уяснить, что никакие удачи или неудачи невозможны в принципе, а, следовательно, не бывает неудачников или, тем более, успешных людей. Точнее, существуют неудачники как люди, которые страдают психологическими комплексами, постоянно сравнивая себя с окружающими. Неудачник – это человек, который ощущает себя неудачником – и не более того. Как говорится, если хочешь быть счастливым – будь им, и наоборот. Единственной, доступной человеку удачей является отсутствие иллюзий относительно возможности достижения удачи. Достаточно вспомнить эпизод из шекспировского «Гамлета» и философски поразмыслить над воображаемым черепом Йорика, например о том, что внутреннее пространство черепа как «успешного» так и «неудачливого» человека, в котором помещается орган, продуцирующий мысли о необходимости достижения «успеха», по истечении более или менее незначительного времени заполнится землёй. В сущности, сам момент биологического зачатия человека является для него фатальной неудачей, которую приходится безуспешно исправлять в течение всей жизни. Отсюда название одной из книг Эмиля Чорана – «Несчастье родиться». «Все эти дети, которых я не захотел иметь – если бы только они знали, каким счастьем они мне обязаны!», – говорил он. Человек, выступающий во мнении толпы в качестве «неудачника», но которого правильнее было бы назвать «аутсайдером», то есть «посторонним», не видит смысла в погоне за вечно удаляющейся линией горизонта, потому что любая дистанция заканчивается неизбежным падением в яму. Он не желает ничего делать всерьёз, в том числе, не желает серьёзно жить, ибо понимает, что жизнь – это всего лишь фарс. В то же время аутсайдер отнюдь не презирает окружающих людей толпы, которые стремятся чего-нибудь достичь, рассматривая их усилия как вполне оправданный способ не видеть всепроникающего трагизма жизни – ведь, как говорит поэт и мистический философ Azsacra Zarathustra, «чистая пустотная мудрость Сверхноумена (Ничто) есть страшная мудрость». Поэтому человеку постоянно приходится выбирать между убийственной истиной и дающими возможность внутренней отсрочки иллюзиями. Почему бы и нет? – имитация деятельности в офисе, служебный рост, собирание вещей, наряду с химической радостью мозга – алкоголем, всё это даёт человеку ощущение значимости его ежедневной сизифовой деятельности и даже, временами, некоторую иллюзию счастья. Но честность мысли и расхожие представления об успехе несовместимы. «Я узнал, – говорит герой романа Сартра «Тошнота», – что проигрыш неизбежен всегда. Только подонки думают, что выиграли». Инаковость аутсайдера заключается в его осознанной устремлённости в Ничто: лучше быть всеми убитым, чем всеми признанным. Моё счастье прекрасно и глубоко трагично.