Наблюдатели - Леранжис (Леренджис) Питер - Страница 54

Мне в нем это как раз больше всего нравилось. Такой бугай, а смущается, как девчонка.

Я удивилась, когда он взял меня за руку.

Но я не стала ее вырывать.

Мы спустились на бак.

Нижняя палуба была расположена под верхней, образующей довольно низкий потолок. Здесь никого не было.

Оно и к лучшему. Я ничего против не имела.

— Что мы здесь делаем? — спросила я.

— Здесь некому просить меня принести лимон или чашку кофе. У меня перерыв.

Ах вон оно что!

Соленый ветерок обвевал мне лицо, и я вдохнула полной грудью. Мы повернулись к борту и глядели на море. Стена облаков как будто стала ближе. Можно было видеть невооруженным глазом кипение и перемещение водяных масс.

— Да и ты сама, похоже, хотела бы сбежать от всех подальше, — заговорил Колин.

— Это называется сбежать?

— А ты хотела бы на тропический остров?

— Само собой.

— «Где ключи из лимонада и холмы из шоколада, — пропел он чуть сиплым голосом, — и где все вечно мо-о-о-ло-ды-ы…» Или что-нибудь в этом роде.

— Это же «Рок Шоколадной горы»! — воскликнула я. — Дедушка Чайлдерс всегда пел мне его.

— Что же нас держит?

— Ты вызвал свой вертолет?

Колин выпрямился. Сбросив ботинки и рубашку, он стал перелезать через поручни.

— Зачем вертолет?

— Колин, что ты делаешь?

— Мы и без него можем попасть туда.

Он вытянул руки и прыгнул головой вниз за борт. Вынырнув из воды, фыркнул и крикнул:

— Вода как парное молоко!

— Ты рехнулся!

— Яхта дрейфует. Винты не работают.

— Но твои джинсы…

— Потом переоденусь. Прыгай!

Безумие!

— Нас могут увидеть!

Он посмотрел на верхнюю палубу.

— Никто не смотрит!

— Мама и папа убьют меня!

— Они и так злы на тебя. Подумаешь! Семь бед — один ответ. Хуже не будет.

— Но мое платье…

— Ну ладно. Как хочешь. Беги переоденься. Только мигом.

Он поплыл прочь. Баттерфляем. По пояс выскакивая из воды и выпуская воду фонтаном.

Мне вдруг стало жарко, я почувствовала, как запарилась в своем платье, будто панцирь сковавшем меня.

Чего бояться?

Была не была!

Жить!

Плыть куда глаза глядят.

Ни о чем не задумываться.

Делать, и все тут.

Я подумала о том, что надо идти на верхнюю палубу. Ко всем. К родителям. Видеть грустное лицо дедушки.

Я сняла туфли.

Перелезла через поручни.

И прыгнула вниз.

5

Номер 209, вы так не уйдете!

Не тратьте силы попусту. Связи нет.

Холод.

Обжигающий холод.

Вода как лед.

Я вошла в воду и вынырнула на поверхность, глотая воздух.

— Ура! — закричал Колин. — Ты это сделала!

Я хотела ответить, но губы словно свело.

Повернувшись к яхте, я бросила взгляд на верхнюю палубу. Я ожидала, что мама и папа смотрят на меня и кипят от злости.

Но их там не было. С десяток гостей оживленно беседовали и не обращали на нас внимания.

Колин бешено колотил руками по воде:

— Тридцать семь, тридцать восемь… Как полагаешь… тридцать девять, сорок… я прошел бы испытание на спасателя на водах?

Я подплыла к нему и обдала его водой:

— Ни малейшей надежды.

— Бррр, — отплевывался он.

Я поплыла прочь от яхты. Быстрым кролем, в этом я мастак.

Я слышала, как он плывет сзади.

Он схватил меня за ногу. Я ушла под воду. Вынырнула, кашляя и отплевываясь, с воплем:

— На помощь, спасатель!

Он послал мне в лицо фонтан брызг:

— Вот, получай!

Я погналась за ним.

Он погнался за мной.

И ни одной душе до этого не было дела.

На верхней палубе все продолжали трепаться, как ни в чем не бывало. Акции-фигации, портфели, набитые бумагами, смазливые дамочки — все как полагается. Все обделывают свои делишки.

— Скука смертная! — кричу я им.

— Сухопутные млекопитающие, — подхватывает Колин.

Умора, да и только.

Умора!

Мы плыли на спине все дальше от яхты. В ярких лучах солнца вода играла всеми цветами радуги и светилась, а небо было прозрачным, как акварель, с тонкими переходами от блекло-янтарного до темно-синего.

— Все еще боишься? — спросил Колин.

— Ни капли. — Я не врала.

Мне жуть как хотелось, чтобы мама и папа увидели нас. Хотелось бы мне посмотреть на их опрокинутые лица, когда они заметят нас, а я сделаю им ручкой и поплыву к горизонту И нырну в облака, чтобы обрести родину своих грез, свой замок…

Облака.

Я перевернулась в воде. Передо мной высилась белая стена. Рукой подать.

Прямо пощупать можно.

Как это так?..

Колин продолжал плыть на спине, вскидывая руки, и вид у него был блаженный, глаза закрыты.

— Назад! — крикнула я.

Он не слышал меня.

Что это за звук?

Шипение. Громыхание.

— Колин!

Не ори! Плыви!

Голова его растворялась в дымке… Потом плечи и грудь…

Облака будто надвигались, как огромный вал.

Колина я уже не видела. А видела…

Белое.

Занавес из белого.

Раскрывающийся. Ширящийся. Манящий.

Поворачивай обратно!

Я перестала плыть и оглянулась.

Яхта казалась отсюда крошечной, словно была где-то невероятно далеко.

А потом при первом же порыве ветра и вовсе скрылась из глаз.

Я почувствовала, как волосы на голове стали дыбом.

Небо было словно из молока.

И все вокруг — и позади и впереди — было белым-бело. Даже воды за этим белым невозможно было разглядеть.

Где он?

— Кооолииин!

Я услышала, как он выкрикнул мое имя.

Я поплыла на звук.

Волны вставали дыбом и заливали меня. Я изо всех сил старалась не наглотаться воды.

— Ты где?

— Здесь!

Слева. Я поплыла налево.

Через некоторое время рука на что-то наткнулась.

— Рейчел! Держись за меня!

Я схватила Колина за руку. Теперь я хоть могла рассмотреть его. С трудом, правда. Он был как призрак. Он греб обеими руками и подталкивал меня вперед.

— Ты плывешь не в ту сторону! — крикнула я, заплыв впереди него.

— Да нет! — отозвался он. — Куда надо!

Да что это на него нашло?

Здесь же ни зги не видать. О каком направлении вообще может идти речь?

Я попробовала плыть рядом, держась Колина, отфыркиваясь от соленой воды. Мы попали в холодную струю, и у меня свело ноги.

— Не колоти меня, Рейчел!

— У меня судорога!

— В каком месте?

— В правой икре!

Он стал поддерживать меня. Приподнял над водой, стараясь удерживать меня горизонтально. И разминал сведенную ногу.

Он явно наглотался воды и барахтался, тяжело дыша.

Плыви!

Плыви сама, а то он утонет.

Я согнула и разогнула ногу. Резко дернула. Вроде отпустило.

— Все в порядке!

Я взяла его за руку и поплыла вперед, но между нами накатила волна, и его рука выскользнула из моей, и нас разделило.

— Где ты? — закричала я.

Ни ответа, ни привета.

Я в панике оглядывалась по сторонам.

Там.

В разрыве облаков.

Он плывет.

В противоположном направлении.

— Неее туудаа!

Но крик мой утонул в тумане, словно в вате.

С каждым вдохом в рот заливалась вода, проникала в горло и легкие.

Не утони!

Я стала плыть аккуратнее. Стараясь держать голову над водой и ритмично работая руками.

Но силы оставляли меня.

Мне не хватало воздуха.

Я начинала сдаваться.

Подняв голову как можно выше, я вдохнула полной грудью.

И тут послышался рев.

Он рос откуда-то сзади и напоминал рычание крупного хищника в клетке. Только он явно был не звериный и не человеческий.

Я почувствовала, как что-то с силой тащит меня. Сама вода.

Подводное течение!

Мне приходилось слышать о подводных течениях.