Под Знаком Исцеления - О'Донохью Ник - Страница 114

— Разве мы избавились от колдовства? — Но на самом деле Бидж тоже была в приподнятом настроении: ведь совсем не исключено, что эта вечеринка окажется последним празднеством на Перекрестке…

Когда Кружка вручил ей кружку эля, Бидж подняла ее, повернулась в сторону очага и крикнула:

— Твое здоровье, Б'ку! — Тот кивнул ей, улыбаясь. Девушка повернулась к трактирщику:

— Если сейчас начнется игра в ловилки, гостиницу потом снова придется отстраивать заново.

— Сегодня никаких ловилок. — Кружка потер руки. — Давайте развлекаться и наслаждаться угощением.

Накрытый стол занимал целиком один конец зала; Б'ку, должно быть, трудился целый день после их ухода. Он наготовил невероятное количество мясных блюд — даже учитывая, как много овец оказалось зарезано во время последнего нападения Морганы, изобилие было фантастическим: шашлык на шампурах, приправленные мятой отбивные, рагу, даже арни скордостумби по рецепту Хриса.

Мясоеды были на седьмом небе. Кружка же с опасением взглянул на дверь, ведущую на кухню:

— Страшно подумать, какую уборку предстоит мне делать после всей этой бойни. — Он решил пойти посмотреть на то, что его ожидает, но почти сразу вернулся — довольный и удивленный. — Ничего! Он умудрился каким-то образом избавиться от всех отходов — потрохов, костей, шкур — всего!

Филдс слушал его, молча улыбаясь. Бидж подумала, что эта улыбка кажется очень печальной.

Мясоеды организовали что-то вроде оркестра: принесли деревянные флейты, барабаны из натянутых на деревянные рамы шкур. даже примитивную волынку из тростинки и желчного пузыря овцы. Дохнрр назвал этот инструмент «фахнзз».

Даже Фиона спустилась из своей комнаты и посидела вместе со всеми, прихлебывая сидр и слушая музыку.

Кружка взялся за фахнзз и начал дуть в нее. Скоро его лицо стало красным, как помидор, и через пять минут трактирщик сдался; мясоеды бурно аплодировали, а Бидж смеялась так, что у нее заболели бока.

На скорую руку обучив музыкантов мелодии и ритму, Кружка пригласил Мелину на танго. Заметив, с какой завистью на них смотрит Фнона, трактирщик с поклоном протянул ей руку; после нескольких па Фиона извинилась и ушла, чтобы прилечь. Бидж с благодарностью вспомнила, как когда-то в школе ее учили народным танцам: они с Кружкой блеснули в рилеnote 35 , а потом трактирщик настоял, чтобы они попробовали станцевать еще и польку. К ним присоединились все, и гостиница наполнилась топотом и смехом.

Всю первую половину вечера Б'ку был вездесущим — наполнял кружки, подпевал музыкантам, размахивал руками и по третьему или четвертому разу накладывал на тарелки угощение. Он не забыл никого — всем пожал руки или обнял.

Поздно вечером Бидж почувствовала себя обессиленной: под руководством мясоедов она уже более часа осваивала охотничий танец. Извинившись, она присела отдохнуть и только тут заметила, как притихли гости; вечеринка заканчивалась, как гаснут прогоревшие в очаге дрова.

— Спасибо тебе, — обратилась она к Кружке. — Это было именно то, в чем мы все нуждались.

— Скажи это не мне, а хозяину. Б'ку! — Никто не отозвался. — Б'ку!

Бидж открыла ведущую наружу дверь. Издалека донесся вой и рычание — там делила добычу стая волков. Бидж бросилась в гостиницу, схватила ловилку и свою куртку и снова выбежала за дверь.

Кружка бежал за ней следом, с ловилкой в одной руке и факелом в другой.

— Что это? Что случилось? — Он повернулся в ту сторону, откуда доносилась грызня. — Ох, только бы не Б'ку…

Они вдвоем продолжали бежать на шум. Бидж замерла на месте, обнаружив перед собой кровавый след, усеянный обгрызенными костями и полусьеденными внутренностями.

На взрытой земле отпечатались следы копыт и волчьих лап.

Лицо Кружки стало мрачным.

— Теперь мы знаем, куда делись потроха и кости. — Он двинулся вдоль кровавого следа, Бидж — за ним. Звуки драки за добычу становились все громче.

Бидж схватила трактирщика за руку:

— Оглянись. — Кружка быстро посмотрел назад и замер на месте. Они больше не видели огней в окнах гостиницы, да и ландшафт вокруг изменился.

Впереди внезапно наступила тишина, как будто выключили звук у телевизора. Бидж и Кружка увидели, что к ним приближается Филдс, стирая за собой кровавый след.

— Не стоит идти за ним.

— Он сказал нам правду, верно? — спросила Бидж. — Это действительно была вечеринка по поводу избавления от колдовства. Теперь он уже никогда не столкнется с Морганой.

Кружка посмотрел на Филдса так, будто тот его предал:

— Ты все знал. Он для того и устроил праздник, чтобы мы ему не помешали.

— Не совсем так, — возразила Бидж. — Я думаю, он устроил праздник, чтобы мясо не пропало. — Кружка непонимающе посмотрел на нее. Бидж продолжала: — Все эти потроха, кости и шкуры. Он таким образом проложил дорогу для вир, использовав в качестве приманки собственных овец.

Филдс грустно кивнул:

— Это не была просто уловка. Он на самом деле надеялся, что вы получите удовольствие от вечеринки. Кружка наклонился, рассматривая следы на земле:

— Он забрал с собой половину отары. — Он задумался. — Отары Стефана… Впрочем, нет, это было бы несправедливо: Б'ку ухаживал за животными и заслужил, чтобы половина овец стала его. — Трактирщик поднял глаза на Филдса. — Он погнал своих овец — в одиночку — в мир, где теперь будут жить вир? Почему он это сделал?

— Он слышал твои разговоры и понял, что ему скоро придется покинуть Перекресток. И он знал, что вир нуждаются в пище, а им тоже предстоит переселение. Он их понимает, — просто добавил Филдс. — Никто не понимает охотников на овец лучше, чем пастух. Он думает, что сможет жить в одном мире с ними.

Бидж посмотрела на кровь на земле:

— А не убьют они его? Филдс улыбнулся девушке:

— Человек, всю жизнь пасший овец в местности, где водятся львы, волков не боится. И еще он просил передать, что в твоем мире вир представляли бы большую опасность.

— Я не стал бы побуждать его к этому, — сказал Кружка, медленно возвращаясь на Перекресток, подгоняемый Филдсом, который стирал последние следы кровавой черты. — Но все равно я должен быть ему благодарен.

Note35

Рил — быстрый шотландский танец.