Красным по черному - Огнев Александр - Страница 14

Отношения не ограничивались только спортом. Сергей был значительно старше ребят, притом даже для своего возраста очень начитан и довольно широко эрудирован. С ним всегда можно было интересно, с пользой пообщаться, пошутить, а при необходимости — и посоветоваться. Сам обычно предельно вежливый и корректный, он довольно строго и избирательно относился к людям, с которыми сходился. Так что Ивану с Николаем где-то даже льстило, что он — их добрый товарищ. Почти все девчонки, которых они знали, становились жертвами демонического карминовского обаяния, однако, увы — без надежды на взаимность. У Сергея было несколько бурных романов, но все — вне стен института и, как правило, вне поля зрения друзей. Он как-то умел охранять мир своих интимных отношений и честь своих избранниц. Пожалуй, только его однокурсник Олег Подкаминов, с которым они дружили чуть не с самого раннего детства, был посвящён в его сердечные тайны. Поэтому все были удивлены и даже заинтригованы, когда Кармин, против обыкновения, явился на первомайскую демонстрацию не один, а в обществе удивительно привлекательной девушки.

— Разрешаю вам представиться… — в своей обычной манере обратился Сергей к присутствующим.

Так неожиданно и просто произошло их знакомство с молодой артисткой драматического театра Ниной Осининой.

Колонна демонстрантов Васильевского острова свернула со Съездовской линии на Университетскую набережную, где сразу приняла в свои дружные ряды сплочённый коллектив студентов и преподавателей Юридического института[7], а также примкнувших к ним друзей и подруг. Лёгкий невский ветерок лениво трепал флаги и транспаранты, из громкоговорителей доносилась музыка, кругом раздавался смех, то и дело громко лопались или взмывали в голубое весеннее небо разноцветные воздушные шары…

После демонстрации они всей компанией зашли в кафе, а на прощанье Нина пригласила их на спектакль. В новой постановке «Бесприданницы» она играла Ларису.[8]

Однако Лиза, работавшая в то время операционной сестрой в Институте скорой помощи, пойти в театр не смогла — её вызвали на дежурство. Иван тоже решил не ходить, но жена настояла: в кои-то веки исполнительница главной роли пригласила на спектакль, на который и билеты купить невозможно! Мало ей огорчения от того, что сама пойти не может, так ещё и он своей глупостью хочет расстроить её окончательно!..

Иван сдался, тем более присутствовавший при разговоре Николай напомнил, что им так или иначе нужно заехать за Олегом, с которым ещё накануне договорились об этом.

Подкаминов жил с родителями на Каменном острове, в квартире, занимавшей второй этаж небольшого особняка. И надо же, чтобы отец Олега — сдержанный и немногословный полковник Семён Подкаминов, вышедший незадолго перед этим в отставку, — оказался начальником того самого секретного отдела, в котором служил отец Бовкуна!

Когда сын их знакомил, полковник задержал руку Николая:

— Ты очень похож на отца. Он был одним из лучших у меня.

Это всё, что он счёл нужным сказать. Николай невольно перевёл взгляд на орденские колодки полковника. Олег как-то вскользь упомянул, что родитель его всю блокаду провёл в своём кабинете на Литейном. И вот за эту кабинетную работу он был награждён, помимо прочих (поражённый Никола пересчитал планки дважды), пятью орденами Боевого Красного Знамени…

Потом, когда они уже ехали в трамвае, Бовкун спросил Олега, сможет ли ещё встретиться и побеседовать с его отцом.

— Конечно, — ответил тот. — Отец — ходячая энциклопедия. Он с удовольствием поговорит с тобой об истории, о поэзии, об изобразительном искусстве… — Олег многозначительно взглянул на Николу. — Но и только! Кстати, об искусстве: нам сейчас выходить — нужно прихватить вон ту девицу с букетом, что ждёт нас на остановке…

«Девицей с букетом» была Ольга — очень миловидная и внешне хрупкая невеста Подкаминова, с которой они собирались вскоре пожениться. Она держала в руках удивительные по красоте, настоящие чайные розы. Это был сюжет для кисти большого художника: то ли букет оттенял привлекательность девушки, то ли она дополняла собой прелесть свежих цветов.

— Ваня, — шутливо «посуровел» Олег, — я вот всё Лизе расскажу — как ты на чужих невест заглядываешься!

И тут же сам, взглянув на Олю, не удержался, добавил:

— А они тебе, действительно, к лицу.

— Жаль, что ты заметил это только сейчас, дорогой, — вздохнула она и слегка улыбнулась. — Как говорится, и трёх лет не прошло.

— Ну, видишь ли… — не сразу нашёлся Олег, — не у всех же подруги работают в оранжерее!

— Да, — на сей раз улыбка была подчёркнуто ироничной — в отличие от своего суженого Ольга в карман за словом не лезла. — Но эта моя подруга никогда бы не отказала тебе в просьбе. Было бы желание. Господи, ребята, — обращаясь к Ивану с Николой, девушка состроила страдальческую гримаску, — и что я в нём нашла?

— Кучу огромных достоинств на фоне отдельных малозначимых недостатков, — «скромно» заявил Подкаминов и, взяв Ольгу под локоть, увлёк за собой. — Идёмте, опоздаем… Во! — кивнул он в сторону приближающегося троллейбуса. — Наш! Бежим…

— А где Сергей? — спросил Иван, когда они уже шли по улице Росси к Фонтанке, по очереди отстреливаясь кратким «нет» от атакующих их вопросами о «лишнем билетике».

— Он ждёт нас всех дома, — многозначительно ухмыльнулся Олег. — После спектакля забираем премьершу и едем к нему.

— Как? Он не пошёл? — удивился Николай, вспомнив, очевидно, разговор Ивана с Лизой.

— Коленька, — доходчиво пояснила Ольга, переглянувшись со своим всезнающим женихом, — неужели ты думаешь, что он ещё не видел этой постановки? Успокойся, дорогой! Видел и наверняка не однажды. Вот то, что Лиза не смогла пойти, действительно жаль. Но ничего, Ваня сходит с ней второй раз. Правда, Вань? Сводишь жену в театр?

— Обязательно. А вот к Сергею сегодня, наверное, езжайте без меня.

— И без меня, — эхом откликнулся Николай, — у нас сессия, как-никак.

— Тоже мне, причина! — фыркнул Олег. — У нас — госы! Ну и что? Проигнорировать приглашение к маме Мусе на фаршированную щуку можно только раз в жизни. Это — во-первых. А во-вторых, неужели вы оставите друга в трудную минуту без посильной поддержки?

— Ты — о чем?

— О том самом! Думаешь, Кармины часто принимают гостей в столь поздний час, пусть даже накануне праздника? Поверь, Серёге стоило больших трудов исхитриться сделать так, чтобы ритуал знакомства родителей с Ниной был не особо растянут во времени. И лишь нашего с Олей присутствия при этом может оказаться недостаточно. Непредсказуемость Марии Яковлевны известна, так что я не шучу.

Олег действительно не шутил. Мать Сергея на самом деле была женщиной особенной, можно сказать, эпохальной.

Рождённая в девятнадцатом веке, причём не в самом его конце, она оставалась верна ему и теперь. Мария Яковлевна была знакома с Шаляпиным, дружила с Верой Холодной, встречалась с Куприным. Рассказывая о каком-нибудь эпизоде своей богатой биографии, она могла запросто повергнуть слушателя в шок, ввернув фразочку: «Я как-то сказала Пастернаку…».

Родив долгожданного ребёнка уже после сорока и посвятив всю себя сыну, она очень трепетно и в то же время строго относилась к его окружению.

— Мне иногда кажется, — признался как-то Олегу Сергей, — что Фаина Георгиевна не шутила, когда сказала, что мама вполне могла бы составить ей конкуренцию.

— Конкуренцию — в чём и какая Фаина Георгиевна?

— Раневская, — уточнил Сергей спокойно, как если бы сказал «соседка этажом ниже». — Представляешь, звонит телефон, мама берёт трубку, затем зовёт меня. Потом спрашивает: «Кто это звонил?» — «Одна девушка», — отвечаю. «Это я сумела расслышать. И не только это…» — «Господи! А что ещё, мама?» — «Серёженька, — тоном трагической актрисы выносит мама вердикт, — она нам не подходит!» — «Но ты же её ни разу не видела!» — «Боже упаси! И не хочу, и не буду!» — «Да что такое она тебе сказала?» — «Сказала? В том-то и дело, что не сказала! Она даже не поздоровалась!»

7

Юридический институт им. М.И.Калинина располагался в Меньшиковском дворце.

8

Получившая тогда заслуженную известность режиссёрская работа Ильи Шлепянова.