Охотник - Олдридж Джеймс - Страница 22

Стало жарко, Самсон вскочил и распахнул дверь.

— Тут с тобой задохнешься! — закричал он.

— Снеговик Самсон! — пожаловался Рой. — Ты еще когда-нибудь до смерти замерзнешь. Вероятнее всего, у себя в хижине.

В противоположность хижине Роя, у Самсона была убогая, сквозная хибарка. Самсон намеренно держал ее в таком состоянии. Скотти, который делил с ним хижину, находил, что зимой в ней совершенно невыносимо, но Скотти никогда не жаловался, потому что, по его убеждениям, он должен был считаться с правами другого. Оба страдали от этого, но Рой знал, что оба довольны тем, как и почему страдают.

— Как это ты не задохнулся в своем танке на фронте? — сказал Рой Самсону. — Ты, должно быть, буравил дырочки в броне, чтобы дышать свежим воздухом.

— Когда становилось жарко, — сказал Скотти, — он выпрыгивал и бежал рядом.

Фронтовые дела было единственное, чем Скотти и Самсон друг друга поддразнивали. Они вместе пошли на фронт и служили на одном танке, так же как сейчас жили в одной хижине. Они дрались у Арнгема, освобождали Данию, переправлялись через Рейн, а потом возвратились домой, к охоте; один еще более загрубелый, другой с идеями. Между собой они сохраняли мир тем, что никогда не спорили, хотя Рой за последние два года много раз пытался стравить их. Друг к другу они относились уважительно, разве что когда спорили о военных делах, но и тогда в их перекорах не было едкости, вовсе нет.

— Знаешь, я уже почти достроил хижину в заповеднике, — спокойно заявил Мэррей, отставив свою оловянную тарелку и облокотившись о стол.

— Тебе бы лучше не рассказывать об этом в присутствии таких законопослушных граждан, — заметил Рой, наливая всем по большой кружке кофе.

— А я думал всех вас пригласить туда с собой, — сказал Мэррей.

— Зел уже приглашал меня, — отозвался Рой.

— А как вы двое? — спросил Мэррей остальных.

— Там норка водится? — спросил Самсон.

— Чего только там не водится, — ответил Мэррей. — Всего на всех хватит. Там можно наловить столько, что на много лет вперед хватит, особенно бобра. Нигде не видел столько бобровых хаток. Рой.

— Так как же, Самсон? — осведомился Рой. — Пойдешь туда?

— А ты? — спросил Самсон.

— Может быть, — поддразнил его Рой. — Особенно если ты пойдешь.

Скотти знал, что Рой может подстрекнуть Самсона на любое, самое безрассудное предприятие. В прошлом году, перед самым ледоставом, он поспорил с Самсоном на пятьдесят долларов, что тот не переплывет озера. Самсон переплыл, но после этого едва выжил. Теперь Рой подзуживал Самсона на затею, еще более смехотворную и опасную, и Скотти ждал беды.

— Если вы, ребята, вздумали стать миллионерами, — сказал он, — почему бы вам не ограбить банк? Ничуть не рискованнее, чем охотиться в заповеднике.

— Да там тебя никто и не увидит, в заповеднике, — сказал Мэррей.

— Легче легкого! — заявил Рой.

— А еще легче попасться, — предостерег Скотти.

— Его преподобие, отец Скотти Малькольм, — сказал Рой. — Ты чего, собственно, боишься? Инспектора?

— Никого я не боюсь, и инспектора тоже, — сказал Скотти. — Вам, ребята, просто не терпится нарушить закон. Только и ждете случая. А как же можно без закона? Чем была бы без него наша страна?

— Тем же точно, что и сейчас, — ответил за всех Рой.

— Надо же во всем различать добро и зло, — настаивал Скотти.

— Ну, так это зло, — сказал Рой. — Пойдешь, Самсон?

На бородатом лице Самсона ясно видно было, как ему трудно устоять против этого явного подвоха.

— Скотти? — воззвал он. — Что ты об этом думаешь?

— Нет уж, меня увольте!

Самсон пожал плечами, и это было достаточно выразительным отказом, но Рой уже не знал удержу и приставал к Скотти до тех пор, пока Мэррею это не надоело.

— Ладно, один или все, — сказал он. — Но только каждый со своими капканами.

Скотти почувствовал, что, пожалуй, хватил через край со своими нравоучениями, он порылся в брезентовом мешке и вытащил бутылку водки.

— Мечта зверолова, — сказал он Рою. — Починай!

— За ваше преподобие! — с восторгом воскликнул Рой и тут же припал к бутылке, как человек, умирающий от жажды.

До сих пор Рой несерьезно относился к предложению Мэррея охотиться в заповеднике. Разыгрывал он на этот счет и Самсона. Но сам-то в глубине души знал, что разжигает Самсона потому, что сам разожжен Мэрреем; дразнит Самсона рискованной затеей потому, что она и самого его раздразнила. Всегдашняя история. Давешний вызов Самсону переплыть озеро возник из насмешливого замечания Самсона, что Рой стареет. Он обратил насмешку на самого Самсона, и вышло так, что вместо сорокатрехлетнего мужчины поплыл через озеро молодой двадцатисемилетний человек. В тот раз выручило Роя то, что Самсон едва выдержал это испытание, и Рой с удовлетворением убедился, что молодые тела могут быть менее выносливы, чем стареющие. Но теперь Мэррей предлагал всерьез, и Рою приходилось в одиночку бороться с искушением и самостоятельно делать выбор.

— Длина того озера около десяти миль, — рассказывал Мэррей, пока все четверо допивали водку. — Со всех сторон в него впадают речки, и на каждой — бобровые плотины, так что все кругом заболочено. На всех запрудах, вероятно, не меньше трехсот бобровых хаток. А это значит не меньше девятисот взрослых бобров. Так ведь, Рой?

— А почему же никто их там не охраняет? — спросил Рой.

— Понятия не имею, — сказал Мэррей, — но только уже больше пяти лет туда ни один обходчик и носа не совал. Нам надо только перекинуть туда один из твоих челноков еще до морозов; тогда можно будет облавливать одну речку за другой. И вся эта первосортная пушнина на одном пятачке!

Один из челноков Роя! Мэррей требовал многого и знал это, как знали и Рой, и Самсон, и Скотти. Но Мэррей умел просить, не считаясь с тем, о чем просит, умел просить с небрежным безразличием. Рой уклонился от прямого ответа.

— А почем ты знаешь, что обходчики туда не заглядывали? — спросил Мэррея Скотти.

— Да они всегда ставят свои отметины, — сказал Мэррей. — Вбивают столбы, клеймят деревья, вехами отмечают дорогу. А вокруг этого озера никаких следов или меток; я там все кругом облазил. Во всяком случае, до ближайшего кордона там не меньше трехсот миль, и это на самом краю заповедника.