Тайная битва сверхдержав - Орлов Александр - Страница 81

Тем временем зоны действий высотных разведывательных полетов расширялись. Осенью 1956 года одно из подразделений У-2 было переброшено в Турцию, на авиабазу Адана. Оттуда в сентябре — октябре этого года Фрэнсис Пауэрс и его коллеги совершили свои первые полеты на У-2. В дни Суэцкого кризиса они вели разведку Египта, Израиля, Иордании, Саудовской Аравии и Кипра. Руководитель этих операций Ричард Биссел добивался от правительства США разрешения на возобновление полетов над СССР. ЦРУ и стратегическое авиакомандование интересовали полигон Капустин Яр, оборонные предприятия и авиабазы на Украине, Кавказе, в Поволжье. Но президент не соглашался на полеты, ссылаясь на напряженность ситуации в мире. Он разрешил лишь неглубокие вторжения в страны Восточной Европы и только в январе 1957 года дал разрешение на полеты над СССР.

Началась новая серия разведывательных полетов. Но теперь они охватывали все более глубинные районы СССР. Самолеты-разведчики проникали в Казахстан и Сибирь, где испытывались новые виды советских стратегических вооружений. С марта по октябрь 1957 года советские РЛС системы ПВО отметили 5 пролетов У-2: 1 — в марте, 2 — в августе, по одному в сентябре и октябре. В отличие от полетов предыдущего года, самолеты У-2 вели теперь разведку районов Закавказья (март, август), Казахстана, Средней Азии, Сибири (август — сентябрь), советского Севера (октябрь). Они заходили в воздушное пространство СССР на 150—1650 километров на высотах 19—21 километр при скорости 700—900 км/ч. И по-прежнему для активных средств войск ПВО СССР (истребительная авиация, зенитная артиллерия) они были недосягаемы.

Между тем 1957-й год стал годом прорыва СССР в Космос. Успехи советских ракетчиков сопровождались шумной пропагандистской кампанией, широко развернутой правительством Н. С. Хрущева. Это еще больше побуждало американцев усилить нелегальное проникновение за «железный занавес» с целью собрать достоверную информацию. Полеты У-2, обеспечивая получение документальных данных, были одним из важнейших источников сведений о советских программах вооружения. В 1960 году «Нью-Йорк геральд трибюн» писала, что с помощью У-2 США стали получать «более надежные (чем раньше. — А. О.) данные для государственной оценки» {396}. Поэтому в 1958—1959 годы разведчики У-2 сосредоточили свои усилия на разведке районов советской Средней Азии, Урала, Сибири и Дальнего Востока. Подразделения У-2 стали базироваться в Японии (аэродром Ацуги) и на Аляске. Поскольку произведенные и в этот период четыре полета (по советским данным) прошли безнаказанно, американцы все более укреплялись в мысли, что Советский Союз не располагает достаточно эффективными средствами ПВО, а следовательно, и в случае войны массированные удары американской стратегической авиации не встретят серьезного противодействия, особенно на северном направлении. Разведка советского ракетного оружия стратегического назначения показала, что в 1957—1958 годы в СССР было произведено 6 запусков межконтинентальных ракет, а это позволяло сделать вывод о малой вероятности ввода в строй в 1959—1960 годы более чем 100 МБР {397}.

Все это происходило на фоне участившихся случаев обострения международной обстановки. В 1957 году разгорелся турецко-сирийский конфликт, в следующем году американская морская пехоты высадилась в Ливане, обострилась обстановка на Дальнем Востоке вокруг Тайваня. Советский Союз неоднократно требовал прекратить «империалистическое вмешательство», заявляя при этом, что в противном случае СССР вынужден будет применить силу. Однако США не реагировали на эти протесты.

С начала выполнения программы полетов У-2 до 1 мая 1960 года, когда был сбит близ Свердловска Ф. Пауэрс, было произведено около 20 вылетов самолетов-разведчиков. Каждый из них заблаговременно, тщательно готовился группой Биссела с участием представителей Белого дома, ЦРУ, министерства обороны, комиссии по атомной энергии, госдепартамента и других заинтересованных ведомств.

Для создания наиболее выгодных условий для разведки объектов в глубинных районах СССР было решено часть разведывательных полетов проводить, используя авиабазы Турции и Пакистана — в частности, Пешавар. Это объяснялось тем, что, по американским данным, радиолокационное прикрытие советского воздушного пространства на границе с Афганистаном, на участке, ближайшем к Западному Пакистану, было весьма слабым. Кроме того, стартуя из Пакистана, самолеты-разведчики могли быстро выходить к самым важным для американской разведки советским объектам — полигонам для испытаний ракетного и ядерного оружия.

Для проведения разведывательных полетов из Пакистана использовали самолеты У-2, в свое время переброшенные из ФРГ в Турцию на авиабазу Адана, расположенную в малонаселенной местности, где легче было скрыть самолеты-разведчики от посторонних глаз. К тому же на юге Турции были благоприятные метеоусловия, позволявшие совершать полеты в любое время годы.

К тому времени советская разведка уже имела достаточно много сведений о технологии программы полетов У-2. Было известно и то, что советские военные объекты фотографировались самолетами-разведчиками, вылетавшими не только из Пакистана и Японии, а также с аэродромов Аляски.

Полученные в результате полетов У-2 аэрофотоснимки тщательно изучались специалистами ЦРУ. Эти снимки, по мнению американских разведчиков, представляли собой большую ценность. Они позволили вскрыть многие узлы системы советской ПВО, установить местонахождение аэродромов истребителей-перехватчиков, позиции зенитных ракет, многих радиолокационных станций и другие компоненты противовоздушной обороны, особенно вокруг крупных городов СССР. Снимки с У-2 показали, что в СССР развернуто широкое строительство атомных подводных лодок, способных нести баллистические ракеты. В то же время воздушная разведка документально показала, что в СССР не ведется сколько-нибудь значительного строительства стратегических бомбардировщиков. Снимки, выявив места расположения авиационных заводов, позволили сделать выводы о возможностях производства стратегических бомбардировщиков (они, по американским меркам, оказались весьма скромными), получить сведения о примерной численности стратегической авиации и аэродромах ее базирования.

Получение данных о ракетной программе СССР потребовало больших усилий и времени. Только через несколько лет после начала полетов У-2 американское руководство располагало обширной информацией о советских ракетах стратегического назначения. Удалось установить, что на полигоне Капустин Яр испытываются ракеты средней дальности (900—4600 километров), предназначенные главным образом для действий на Европейском театре войны. Испытательный полигон для межконтинентальных ракет был обнаружен летом 1957 года, вскоре после того как У-2 стали производить полеты из Пакистана. Он находился близ населенного пункта Тюратам (Байконур), расположенного на железнодорожной магистрали возле Аральского моря. Отсюда ракеты запускались в восточном направлении по учебным целям на Камчатке, а позднее в Тихом океане. По своему оборудованию и размаху работ Тюратам был сопоставим с американским полигоном на мысе Канаверал, где испытывались межконтинентальные ракеты США. При фотографировании объектов в Тюратаме камера У-2 запечатлела советскую МБР на пусковой установке. Там же было обнаружено оборудование для запусков искусственных спутников Земли.

Вскоре достоверность разведывательных сведений стала подтверждаться на практике. В августе 1957 года с полигона Тюратам была успешно запущена межконтинентальная ракета, а в октябре и ноябре того же года — первые советские ИСЗ. Сомнений в том, что Советский Союз обладает межконтинентальными ракетами, больше не было. Более того, разведка США пришла к выводу, что советские ракеты этого класса по размерам и мощности двигателей превосходят американские МБР.

Сопоставив это с рядом успешных испытаний ядерных бомб, которые были проведены на Новой Земле в последние годы, американцы пришли к выводу, что в области ракетно-ядерного оружия СССР обгоняет Соединенные Штаты.