Мой личный чародей (СИ) - Анненкова Ирина - Страница 74

Становилось тяжело дышать. Перед глазами поплыл белесый туман. Где-то вдалеке я услыхала голос Зорана "Дар, уже пора!", и через мгновенье мои зубы клацнули о край тяжелой кружки. В моё пересохшее горло потекло что-то тягучее, горько-соленое. И тут же я почувствовала, как с каждым глотком сгусток злобы в моей груди съеживается и слабеет — зелье уверенно и деловито брало верх над моей второй сущностью. Несмотря на неприятный вкус напитка, мне он показался невероятно вкусным, просто вкуснее не бывает! Когда на мой язык упали его последние капли, я разочарованно застонала и недовольно зажмурилась.

— Всё, всё, — хмыкнул рядом со мною никуда не ушедший Радош, — хватит с тебя на сегодня! А ну-ка, отдай посудину, обжора! Ну всё, Дар, ты попал! Теперь твоя нареченная всю твою кровь выпьет, до капельки! В общем, спать тебе отныне вполглаза.

В комнате кто-то сдержанно засмеялся, а голос Дара невозмутимо ответил:

— Пусть пьет. Лишь бы на здоровье.

— Э-э-э, братишка, — хмыкнул Гордята, — это ты по молодости да по неопытности так говоришь. Все бабы из нас горазды кровушку сосать, а твоя-то ещё до свадьбы во вкус войдет! Потом не угомонишь!..

— Интересно было бы послушать, что думает на этот счет твоя ненаглядная Северина, — постным голосом сообщил мой чародей. Гордята сразу что-то такое забормотал, неловко захмыкал — вряд ли бабы-кровососки широко обсуждались в семье наследника престола.

— Дар, Зоран, она ещё долго так будет? — а это снова Радош. — Может, все-таки, отнести ее наверх?

— Не трогай пока, — голос Зорана звучал настороженно. — Дар, а ты с нее глаз не своди. Мало ли, в каком виде она сейчас очнется? Может, ей твою кровь придется ещё месяца два пить, пока не подействует? А до тех пор…

— А может, ее на всякий случай связать? — подал голос один из ратников.

— Вот я вам сейчас свяжу, — отозвалась я, не открывая глаз. — Между прочим, я всё слышу. И про баб-кровопийц тоже слышала. Ох, смотрите, Гордята Велимирыч, поженимся мы с Даром, а я своей невестке, вашей супруге, все и расскажу! По женской дружбе…

Впервые за несколько месяцев мне было так хорошо, так легко! Меня больше не терзали ни тревога, ни тоска — лишь в самой глубине груди пульсировал крохотный пузырек боли. Но сейчас это казалось такой ерундой!

— Вот, братик, — наставительно проговорил мой будущий деверь, — а ты на этой коварной особе жениться собрался. Подумай…

И неожиданно совершенно несолидно гоготнул. От удивления я тут же вытаращилась. В Преславице князь Гордята держался надменно, ходил важно, при встрече слегка кивал, и мне ни разу не доводилось с ним беседовать. Здесь, вдалеке от двора, он вел себя куда как проще.

Облегченно вздохнув, Дар рухнул рядом со мною на лавку. Как оказалось, все это время (а прошло его немало — к высоким окнам уже начали подбираться первые сумерки) я просидела, не пошевелившись. Морщась от неприятных ощущений, я принялась разминать затекшие руки и ноги. Засмеявшись, Дар втащил меня к себе на колени и начал массировать мои плечи. Время о времени его теплые пальцы мягко пробегали по моей шее, ныряя в ямку между ключицами. Я зажмурилась от удовольствия.

— Дар… Дар?

— Что? — рассеянно ответил парень, перебирая прядки волос, выбившиеся из моей косы.

— Ты хочешь сказать, что это всё?

— Что именно — всё?

— Ну-у… исцеление?

— А что бы ты хотела? — хмыкнул чародей. — Кровавый ритуал с жертвоприношениями и пару дней в беспамятстве?

— Да нет, не хотела, конечно… но как-то всё подозрительно тихо прошло! Уж больно легко! Может, не подействовало? Процесс обращения в змеевиху был куда как внушительнее…

Дар подозрительно посмотрел на меня — не смеюсь ли? Я старательно разглядывала его плечо. Шутки шутками, но некоторая неуверенность меня не оставляла.

— О, Славка! — засмеялся Радош, — да тебе не хватило сильных ощущений! Ну, хочешь, я тебя покусаю, чтобы было больше похоже на то, что вытворяли змеевихи? Ты только скажи, мне в волка или в лиса обернуться? Тебе как больше нравится?

— Радош, — надулась я, — да я тебя сама сейчас покусаю! И съем!

— Приятного аппетита, любимая, — безмятежно пожелал Дар. — И не волнуйся: и противоядие, и зелье подействовали точно так, как нужно.

— Слушай, а вы в меня что, всё-таки целую кружку крови влили? — спохватилась я. В общем-то, сейчас мне уже было всё равно. Так, любопытно…

— Размечталась, — поцеловал меня в ухо парень. — Этак на тебя не напасешься! Я же говорил, что будешь пить зелье, в которое собственно крови добавляется всего несколько капель. Так что, можешь не волноваться — тебе надолго хватит.

— А почему вкус был такой… кровавый? Всего с нескольких капелек-то?

— М-м-м… вот ты лучше даже не спрашивай, из чего это зелье варилось! — посоветовал мой любимый чародей. — Не то не дай-то Боги потом пить откажешься.

— А что, такая гадость? — лениво уточнила я.

— Не то слово…

— Так, может, и на самом деле больше не пить? Я себя сейчас чувствую так, будто только что на свет родилась!

— Славка, даже не думай! — Дар всполошился, словно образцовая наседка. — Каждое утро по полкружки, и чтобы без дураков! Зелья тебе Зоран с Тешеном наварили — хоть в нем топись. Я — вот он, — парень поболтал у меня перед носом рукой — должно быть, для наглядности. — И не рассчитывай на то, что за один раз можно полностью избавиться от второй сущности! Чуть расслабишься — и она тут как тут.

— Да знаю, — вздохнула я. — Никуда она не делась, и я ее чувствую. Не так, как прежде, но…. Дар, и что же, меня теперь каждый день так будет мотать?!

— Не-ет, — засмеялся чародей. — Тебя ж не от крови мотало, а от Зоранова противоядия.

Входная дверь негромко скрипнула, приоткрываясь. Я обернулась. В образовавшуюся щелку ловко втянулся Степка.

Полет с высоты в полдесятка саженей никак не сказался на моем котике. Напротив, морда у него была многозначительная и важная. Ну-ну, похоже, сейчас нас чем-то повеселят…

— Сидите? — сухо осведомился он, усаживаясь посреди комнаты. — Сидите тут и ничего не знаете?

— А что мы, собственно, должны знать? — прищурилась я.

Степка перевел на меня взгляд, нахмурился и грозно пропыхтел:

— Ты… ты что это делаешь-то?! А ну-ка, немедленно слезь с колен этого нахала!

— Степ! — я попыталась сохранить серьезное выражение лица. Мне было непросто, поскольку Дар, вредина, уткнулся мне в шею и затрясся от беззвучного смеха. Похоже, он здорово соскучился по Степкиным выходкам… — Это не нахал. Это мой жених. У меня завтра свадьба, ты помнишь?

— А нам наплевать! — сверкнул глазами кошак. — Вот завтра и сиди там, сколько пожелаешь! А сегодня будьте любезны!.. Князь Гордята, сделай милость, укороти своего братца!

Мой будущий деверь, прежде не сталкивавшийся с усатой хитромордой дуэньей, смотрел на Степана во все глаза. Ратники весело переглядывались между собой. Радош млел от удовольствия.

— Степа, — я слегка пошевелила пальцами, и кот, оторвавшись от ковра, завис в локте от пола. Какое это, все-таки, наслаждение — колдовать без оглядки на злобную чешуйчатую тварь! — Летучих мышей я прежде встречала. А вот летучих котов до сегодняшнего дня — нет. Ты, друг мой, станешь первым.

— Ну ладно, ладно, угомонись, — скороговоркой пробормотал мигом присмиревший кошак. Его лапы болтались в воздухе, и выглядел он преуморительно. — Положи меня на место. Я больше не буду…. Уф-ф! Ну, Славка, ты даешь! Это лучшего-то друга! — Отпущенный кот мягко шлепнулся на пол, проворно юркнул за тяжелое кресло и оттуда проорал: — А ну, пересядь немедленно, я тебе говорю!!

Я сложила дулю и показала его наглому креслу. Дар и Радош дружно заржали. Гордята фыркнул, с удовольствием рассматривая охамевший предмет мебели — несмотря на Степкины шуточки, закончившиеся бесславным полетом из окна, кот князю явно нравился.

— Степ, — первым отдышался Радош, — так чего мы там не знаем-то? Ты что нам хотел сказать, а?

— А вот ничего! — злорадно отозвалось кресло. — Ничего я вам теперь не скажу! Так и помрете в невежестве!