Вспоминай меня ночью... (СИ) - Карр Анна "Karkar" - Страница 29

– Холодно… – комментирую я свои действия под ее удивленным взглядом и натягиваю толстовку на нее.

И теперь она целует меня в нос.

Открываю дверцу. Спрыгивает с моих колен на улицу, цокнув каблуками.

Не оглядываясь, идет к двери. Каблуки заставляют ее попку раскачиваться при ходьбе еще сильнее, чем обычно, и я ухмыляюсь, наслаждаясь зрелищем. Словно почувствовав, она одергивает немного задранную на талии толстовку, скрывая от меня такой чудесный вид. Иду за ней следом.

У лифта Феликс.

Твою мать… Он знает, кто я. Главное, чтобы без неуместного стёба! В нерешительности я немного торможу, и он начинает разглядывать Беллу. А я представляю, как сейчас выглядит ее возбужденное и прекрасное лицо, обрамленное растрепанной мной копной волос. Его взгляд съезжает с лица на ее грудь, голый живот и открытые ноги, упирается в блядские сапоги.

Ебать!

– Привет! – улыбается он.

– Привет… – неуверенно отвечает Белла.

Не надо, блять, так смотреть на мою девочку!

Подхожу и прижимаю ее к себе, обвивая руками за талию. Как раз в момент, когда открываются дверцы лифта.

Он заходит первым, не сводя с меня любопытного взгляда. Мы – следом.

– Привет, Алекс!

Я киваю, не отрывая рук от Беллы.

– Здорово, Феликс.

Жгу его взглядом, предупреждая, но он любит потупить…

– Та самая фея? – Белла напрягается.

– Феликс… – качаю я в раздражении головой.

Двери открываются на пару этажей ниже, чем нам нужно – у Феликса здесь подружка.

– Порекомендуй меня девочке… – выходя, подмигивает он, и я почти срываюсь, чувствуя, как ее тело натягивается, словно струна в моих руках.

– Прости за это! – шепчу я, сжимая ее сильнее. Молчит, но не отстраняется.

Не включая свет, сажусь у порога на колени, помогая стянуть сапожки. Подчиняется моим рукам, опираясь на закрытую дверь.

Снимаю с нее толстовку и, подхватывая на руки, уношу сразу на кровать, и оставляю там. Сам линяю на кухню. Наша игра, начатая в машине, сбилась… Чувствую, что что-то не так. Что ее накрыло от всего, что случилось сегодня.

Открываю окно, чтобы покурить и успокоиться. Пытаюсь найти слова, чтобы успокоить ее, но их нет. Меня и самого накрыло.

Блять, все же так хорошо было! Вот какого хера?

Но я понимаю, что дело не в Феликсе, а во мне…

Одна эта мысль начинает топить меня в океане бессилия и безнадеги. И я понимаю, что еще пара секунд, и я опять съеду в свою черную тоску с осознанием того, что у меня нет никакого права втягивать ее в мою дерьмовую жизнь.

Но мой ангел опять чувствует, что я подыхаю, и обвивает меня сзади руками, стирая память и разум.

– Обними меня… – шепчет она.

Выкидывая сигарету в окно, я разворачиваюсь и впиваюсь ей в губы. Хочу ей дать то единственное, что умею – удовольствие. Успокоить единственным доступным мне способом.

Она неуверенно замирает, но я, не позволяя опомниться, настойчиво целую, захватив ее лицо в плен руками. Что-то мычит сквозь поцелуй, но я уверен, что еще чуть-чуть, и она сдастся. Так и есть. Ее рот расслабляется, принимая меня, и руки уже обвивают шею.

– Хочу тебя… – шепчу я сквозь поцелуй, и она немного оседает в моих руках.

Это – «да».

Стягиваю с нее через голову топ, наблюдая, как красиво качнулась освобожденная грудь – даже близко не сравнить с силиконовой! Совершенство… Она вся сплошное совершенство. Прижимаю ее к подоконнику, чтобы иметь возможность ласкать двумя руками.

Пробегаясь пальцами по чувствительным ребрам, накрываю ладонями мягкие полусферы, пропуская сосочки между пальцами, и сжимаю. И, блять, получаю в подарок такие долгожданные хриплые стоны! Наконец-то!

Подхватываю за талию и тяну второй рукой вниз маленькие черные шортики, они мягкие и эластичные, поэтому поддаются легко. Под ними ничего нет, и я зверею от ревности и возбуждения.

– Какого хрена ты без белья?! – грубовато кусаю ее рядом с сосочком. Ее кожа солоноватая, и я всасываю в себя сосок, желая почувствовать больше ее вкуса. Она вскрикивает и, постанывая, смеется. – Тебе смешно?

Мои интонации угрожают, и это определенно возбуждает ее еще сильнее. Рывком разворачиваю ее к себе спиной, разводя бедра. Нагибаю, вынуждая опереться на локти. Блять, хочется ворваться прямо сейчас! Но ей будет больно…

Усилием воли сдерживаю порыв и решаю оттрахать для начала ее невинные ушки.

– Я мог бы отшлепать тебя за это… – шепчу я ей, и моя рука спускается ей между ног. Она сжимает губы, чтобы скрыть стон, но у нее плохо получается. – Но для начала… – я сжимаю ее мокрую, шелковую плоть, – ты просто кончишь для меня, маленькая… Я так скучал по этому… Ты такая мягкая… Тугая… Горячая… Кончи для меня…Я хочу посмотреть… Хочу почувствовать это пальцами… твое давление… твою пульсацию…

Мои хриплые пошлые нашептывания заставляют ее дрожать в моих руках, а я в это время, мягко покусывая ее чувствительную спину вдоль позвоночника, прохожусь медленными круговыми движениями по ее клитору. Со стоном она опускает голову на подоконник, и я, очерчивая ее вход, толкаю в ее теплое, узкое лоно два пальца – резко и неожиданно.

Вскрикивая, выгибается и начинает пульсировать на моих пальцах.

Рычу от нетерпения, прикусывая пирсинг… Блять, я уже и забыл, как она ошеломительно на меня действует, когда кончает!

Сгорая от возбуждения, несильно тяну ее за волосы и обхватываю за талию, разворачивая к себе. Ее глаза закрыты, и тело еще не успокоилось – она послушна, как кукла, каждому моему движению...

Прижимаю ее за бедра к своей уже болезненной эрекции и прохожусь по ее губам измазанными в ней пальцами, тут же облизывая все поцелуем, а потом еще раз… и еще… пока она не открывает послушно рот, чтобы облизать их вместе со мной. Ее губы горячие и послушные, сладкие, мягкие и немного солоновато-терпкие из-за моих прихотей. Идеальные…

– Вкусная? – шепчу я, задыхаясь от возбуждения.

– Только на твоих пальцах… – стонет она в ответ, и ее губы трутся об мои. – Возьми меня…

Я мечтал услышать это от нее…

Подхватываю ее на руки и возвращаюсь в комнату. Ее губы замирают на моей ключице, и мне хочется, чтобы она укусила меня. Опускаю на ноги перед кроватью, вдыхая запах ее волос.

Присаживается передо мной на кровать и дергает за пряжку ремня, я помогаю ей справиться... Ее ножки разведены, и она полностью обнажена передо мной. Пальчики тянут вниз замок, освобождая мой член, белые зубки терзают губу – где, блять, мой телефон? – хочу запечатлеть это в мою коллекцию! Это охуительно горячо…

Стягивает с меня джинсы, оставляя в одних боксерах, и я перехватываю нетерпеливые руки, когда они вцепляются в их резинку. Хотя ОЧЕНЬ хочется ощутить ее рот на своем члене…

Но понимаю, что им надо познакомиться в более расслабленной обстановке. Не уверен, что в прошлый раз она была в состоянии видеть и осознавать его некоторые особенности.

– Подожди… – сажусь перед ней на колени и развожу шире бедра, поглаживая их внутреннюю сторону. – Хочу еще парочку твоих оргазмов перед этим…

Закрывает глаза и с улыбкой хмурится.

- Просто возьми меня… – обняв за шею, увлекает меня за собой на кровать. – Я чувствую, как тебе хочется…

И, блять, мне ТАК хочется, как никогда в жизни!

– Давай еще разок, маленькая, – уговариваю я. – Я слишком большой для тебя… Давай, расслабим тебя еще…

Она стонет и вздрагивает от каждого слова, снося остатки моей адекватности, и я опять вхожу в нее пальцами.

Сначала двумя, а потом под ее жалобный и возбужденный стон добавляю еще один. Немного напрягается, но я глубоко и жадно целую ее, покручивая ими внутри.

– Так хорошо, маленькая… – хриплю я, и те звуки, которые я слышу в ответ… Ммм…

И уже нет никаких, блять, сил играть с ней…

А она опять на грани – вся дрожит и цепляется за мои плечи.

Кусаю за сосочек, и она кончает, выгибаясь в моих руках. От ее сладких воплей по спине идут волны удовольствия, заставляя прикрывать глаза и сжимать челюсти.