Еретическое путешествие к точке невозврата - Крюков Михаил Григорьевич "профессор Тимирзяев" - Страница 130

– Да, отец, но вот рядом со мной господин Адам. Он – величайший маг и может открывать Врата Миров в любое время, путь домой не закрыт для меня. Но без твоего позволения мне будет тяжело жить среди людей, я буду чувствовать вину…

– Хорошо, дочь моя, – спокойно сказал Алаэтор, – ты вправе оставаться в мире людей столько, сколько захочешь. Позволение я даю по доброй воле, без принуждения, без гнева и обиды.

Древняя эльфийская формула прозвучала неожиданно торжественно, Алаэтэль склонила голову, и Врата закрылись.

– Я рад, фройляйн, что вы решили погостить у меня. Постараюсь, чтобы вам не было скучно.

Эльфийка тепло улыбнулась.

– Ну вот, а теперь самое время отдохнуть. Пойдёмте, я покажу вам ваши комнаты. Они не совсем такие, к каким вы привыкли на Земле, но это ничего, скоро вы оцените их удобство. Если я вам понадоблюсь, просто подумайте о том, что хотите увидеть меня. Я услышу.

Адам предложил руку эльфийке, и они в сопровождении гнома ушли в лабиринт странного дома, построенного магом неизвестно где. Дверь затянулась, и стало тихо, только журчала вода в маленьком фонтане.

***

К завтраку Алаэтэль переоделась. Одежду мужского покроя, которую эльфийка носила в дороге, она сменила на белое платье без рукавов и с узким глубоким вырезом. На плечах и на груди оно было скреплено изящными фибулами, а на запястья девушка надела золотые браслеты. Густые чёрные волосы она убрала в сложную причёску, слегка подведённые глаза казались глубокими и таинственными.

Увидев эльфийку, простодушный гном хлопнул себя по бокам:

– Ух, ты! Совсем другое дело! Я всегда говорил, что штаны и сапоги – не женская одежда! Жаль Вольфгер тебя не видит, уж он-то оценил бы этакую красоту!

– Ошибаешься, мастер гном, – с некоторой горечью улыбнулась Алаэтэль, – фрайхерр Вольфгер смотрит только на Уту…

– Позвольте выразить моё восхищение, фройляйн, – поклонился Адам, – Рупрехт совершенно прав, я никогда в жизни не видел столь совершенной красоты.

Эльфийка изящно присела, подобрав подол платья, и гном заметил, что её смуглые щёки слегка порозовели.

– А откуда у тебя это платье, Алаэтэль? – спросил он, – раньше ты его не надевала, не видел я его у тебя…

– Я попросила у дома новое платье, и дом подарил мне его, а ещё – туфли, украшения и многое другое…

– Как это – попросила у дома?!

– Этот дом полон магии. Разве почтенный хозяин не объяснял тебе его возможности?

– Вообще-то объяснял, – смутился гном, – но я вчера малость… ну, в общем, устал очень, плохо соображал, вот! Ты уж объясни мне, пожалуйста, ещё раз…

– Да нечего объяснять, всё очень просто. Тебе просто нужно представить себе вещь, которую хочешь получить, и она появится. Не знаю, как это делается. Только нужно представлять во всех подробностях, понимаешь? А то результаты могут быть – как это по-немецки? – неожиданными. В общем, попрактикуйся, только начинай с вещей попроще, потом сам поймёшь.

– Поговорим позже, завтрак стынет, прошу к столу! – прервал их Адам.

Любопытный гном быстро сунул нос во все судки, горшочки и миски. Его внимание привлёк небольшой кувшин с изогнутым носиком. Гном снял крышку и понюхал, из кувшина исходил приятный, незнакомый аромат.

– Что здесь, господин маг?

– Где? А-а-а, так ведь это кофе.

– Что такое кофе?

– Кофе варят из поджаренных и размолотых зёрен особого растения. В Европе он пока неизвестен, а вот арабы и турки без него жить не могут. Попробуй, мастер гном, очень приятный и бодрящий напиток.

Рупрехт, по примеру Адама, который с удовольствием пил кофе, налил себе тёмно-коричневой, почти чёрной жидкости в маленькую чашку и осторожно попробовал.

Пожевав губами, он сморщился, с трудом проглотил кофе и заявил:

– Горько! И… горячо!

– Кофе пьют с сахаром и не торопясь. Со временем ты не сможешь начать день без чашки кофе, поверь мне!

– Где же я его возьму, если его нет в Европе?

– Разве ты передумал идти ко мне в ученики? – вскинул брови Адам, – я думал, мы вчера договорились…

– Конечно, не передумал! – воскликнул гном, – кто же отказывается от такого предложения, я ещё не выжил из ума! Только ведь не вечно же я буду злоупотреблять вашим гостеприимством, когда-то мне придётся жить самому, а если я привыкну пить кофе…

– К этому времени ты станешь достаточно умелым магом, чтобы по своему желанию получать любую еду и питьё, не переживай по этому поводу.

– Правда? – обрадовался Рупрехт, – ух, здорово! Скорей бы!

Адам хотел что-то ответить, но на массивном браслете, украшавшем его левую руку, вспыхнула красная точка, и раздался мелодичный сигнал.

Маг мельком взглянул на браслет и сказал:

– Ну вот, лечение наших друзей окончилось, вы продолжайте завтрак, а я схожу за ними, это не займёт много времени.

***

– Как вы себя чувствуете? – спросил Адам после того, как Ута, Вольфгер и Карл заняли место за столом.

– Странное ощущение… Я как будто помолодел лет на двадцать, – удивлённо ответил Вольфгер. – После того, как я в полынье искупался, привязался ко мне кашель, надоедливый такой, противный, а теперь от него не осталось и следа! И дышится легко…

– А мне такие сны замечательные снились, – мечтательно сказала Ута, – я их, правда, уже не помню, но ощущение свежести и какого-то детского счастья осталось, как будто я во сне летала над цветущим лугом…

– А что с твоей рукой, Карл? – спросил Вольфгер.

– Даже шрама не осталось! Я сначала подумал, что перепутал, и ранили меня не в правую руку, а в левую, но и там его нет, да и старые шрамы куда-то исчезли… Вот это магия!

– Да, мои лечебные машины своё дело знают, – улыбнулся Адам. – Сейчас время завтрака, и я прошу вас пока быть умеренными, потому что сразу после окончания лечения вредно наедаться, но зато вечером мы устроим настоящий пир!

Ута, Карл и Вольфгер принялись за еду, удивлённо поглядывая на роскошную сервировку стола. Гном, который легко осваивался в любом незнакомом месте, старательно ухаживал за ними, предлагая разнообразные блюда и напитки. Вольфгер не утерпел и съел кусок ветчины, которая буквально таяла на языке, Ута намазала маслом ломоть ещё тёплого душистого пшеничного хлеба, а Карл послушно пил бульон.

Когда с едой было покончено, посуда со стола исчезла, остались только графины с напитками и хрустальные бокалы, покрытые чудесной тонкой резьбой.

– Какое у тебя платье, Тэль, – восхищённо сказала Ута, и, хотя девушка говорила искренне, в её голосе прозвучала нотка зависти. Адам мгновенно её уловил.

– Когда мы закончим нашу беседу, фройляйн, я научу вас командовать домом, и вы сможете выбрать себе любой наряд и любые украшения.

– Да я совсем не это хотела сказать… – покраснела Ута.

– Любовь к нарядам – что может быть естественнее для молодой и красивой девушки? – улыбнулся Адам, – пожалуйста, не стесняйтесь, фройляйн. В сущности, это такие мелочи…

Маг повернулся к своим гостям:

– Ну что ж, пришло время вопросов и ответов, верно? Давайте поступим так. Сначала я расскажу вам свою историю, а потом отвечу на ваши вопросы. Должен предупредить, что мой рассказ временами может показаться совершенно невероятным, но, клянусь вам, в нём нет ни слова лжи. Я вообще никогда не говорю неправды. Вместо ответа на вопрос я могу промолчать, но солгать – никогда. Итак, с вашего разрешения, я приступаю.

Маг взял высокий бокал, слил в него соки из нескольких кувшинов, добавил прозрачной жидкости из высокой бутылки, кинул в бокал несколько кубиков льда, перемешал, с явным удовольствием отхлебнул и начал свой рассказ.

– Вам, друзья мои, как я понимаю, приходилось немало путешествовать? Да? Ну, так вот, если вы изберёте начальной точкой своего путешествия Дрезден, то, в зависимости от выбранного направления, можете попасть в страну ляхов, в Богемию, Бургундию или Ломбардию, и так далее. Вы можете подняться на какую-нибудь гору, например, Броккен (Ута вздрогнула) или опуститься в шахту рудника. Всё это доступно любому человеку, не так ли? Влево, вправо, вперёд, назад, вверх, вниз, к этим направлениям движения мы привыкли с детства. Но есть кое-что ещё, ещё одно, если можно так выразиться, направление путешествий, о котором обычно не вспоминают.