Час печали - Паркер Т. Джефферсон - Страница 46

Хесс удивился, почему Камала сразу не заметила сходства.

– Вы думаете, что видели в супермаркете Колеску?

– Да. Я, конечно, поклясться не могу, как меня просила Мерси во время просмотра фотографий. Но это мог быть он! После двух его появлений в кадре я словно очнулась. А потом, ночью, мне приснился сон, будто я снова в супермаркете и вижу его, насильника из новостей! Те же глаза! Грустные, задумчивые, но вместе с тем насмешливые.

– Значит, вы сравнивали его с человеком из сна, а не с тем, кого художница рисовала по вашим описаниям?

– Да.

– Понятно.

Хесс вздохнул, взял пульт и включил Си-эн-би. Шел сюжет о пожаре в каньоне Трабуко. О кастрированном насильнике ни слова. Хесс убрал звук.

– Камала, у Колеску темные короткие волосы. У парня из супермаркета, по вашим словам, светлые и длинные. Мы полагаем, что он не надевал парик. В салоне нашли его волос, и он оказался настоящим, человеческим, а не синтетическим.

– Сейчас делают парики из натуральных волос!

– Наверное.

– Знаю, вы с Мерси считаете меня чокнутой, но я не такая! Просто мне всегда нужно время, чтобы информация утряслась в голове.

Хесс вспомнил о выпитых ею коктейлях и о том, как она забыла о них рассказать. Безответственность? Нечестность? Глупость?

Слегка навеселе, "повернутая" на журналах о моде, на старом кино и телевидении. Каждый человек напоминает ей кого-то с глянцевой картинки. Вот такая у нас свидетельница! И та не может выступать в суде из-за гипноза.

– Камала, а вы тогда не заметили, что у парня на голове парик?

– Нет.

– Но ведь ваша профессия связана с внешностью, красотой, модой, не так ли?

– Может, парик был очень качественный. Я специализируюсь по косметике. Но скажу вам одно – классный парик от натуральной гривы отличить очень трудно! А если правильно надеть и грамотно постричь, то вообще невозможно! Особенно на расстоянии.

Хесс хмыкнул. Девушка была права. К тому же она дала довольно точное описание, если водитель ночного автобуса, ла Лонд и продавец из магазина сразу узнали человека с рисунка. Да и сам Тим заметил некоторое сходство во взгляде Колеску и предполагаемого убийцы.

Но если это Колеску, то почему она не обратила особого внимания на его фотографии? Или снимки в газете?

С другой стороны, ее версия была логичной: ранее осужденный насильник скрывал свое настоящее лицо и вновь совершал преступления. Колеску был уже довольно известен, и общественность вполне ожидала от него подобных действий. Он может стать для многих козлом отпущения. Хесс представил его с усами и светлой шевелюрой.

До среды они с Мерси имели полное право допросить Колеску и обыскать его дом. Пока парень находился на условном сроке, он не имел никаких прав. Но послезавтра закончится курс его лечения и формально он станет свободным гражданином. Если Колеску хранит парик, сани и прибор для бальзамирования, то Хессу и Мерси останется только найти их и взять убийцу.

Хесс смотрел на экран – крутили рекламу автомобилей марки "мерседес". Сексапильная блондинка садилась в красную блестящую машину. В машинах женщины чувствуют себя в безопасности. А зря!

– Камала, и еще один вопрос. Мой телефон вам дала Мерси?

– Да, на тот случай, если не смогу ее найти. Ладно, пусть убивает меня. Зато я поступила по совести.

– Конечно. Вы молодец, Камала.

– По телевизору сказали, что этого парня кастрировали. А врачи заявили, что изнасилование – это "скорее не сексуальный акт, а акт агрессии".

– Так принято считать.

"И если бы ты видела, что можно сделать с женщиной при помощи бутылки, биты или дула!"

– Его совсем недолго показывали, – сказала Камала. – Но один раз хорошо было видно, когда он высунулся из-за двери. Его выдают глаза! Точно вам говорю, мистер Хесс! Влажные, грустные, как у Омара Шарифа в фильме "Доктор Живаго" или у Лона Чейни в "Оборотне", ну, до того как он превратился в волка. Этот насильник выглядел таким напуганным, как загнанный зверь.

– Он и вел себя по-зверски!

– Да, конечно. Он убил тех женщин...

– И видимо, не только их.

– Я теперь боюсь доверять мужчинам!

– Нужно просто быть осторожной.

– Буду. Спасибо.

Попрощавшись с Камалой, Хесс набрал номер Мерси.

28

Следующим утром Колеску смотрел по телевизору, как копы подходят к его дому. Всю информацию он черпал из "ящика" – выходить за дверь ему не хотелось.

Те самые, что ищут Похитителя Сумочек! Колеску узнал о них из прессы. Сразу ясно, что за сволочи этот Хесс, похожий на фашистского генерала, и его верная сучка доберман Рэйборн! Богатая фантазия Мороса моментально превратила их в единого монстра с четырьмя ногами.

Ритм его сердца участился. По лицу побежали мелкие мурашки. Колеску сидел и ждал, когда полицейские постучат в дверь. Чего им надо?

Он очень вымотался за эти дни. Толпа отнимала у него последние силы, а тот телевизионщик, прикинувшийся адвокатом, добил окончательно. Сейчас Колеску был готов сдаться и пустить себе пулю в лоб.

Помни, кто ты такой! Не забывай! Колеску – безобидный. Колеску – оступившийся. Колеску – кастрированный.

– Оградим детей от соседа-насильника! Оградим детей от соседа-насильника!

Может, и вправду убить пару местных ребятишек, чтобы еще больше накалить атмосферу? Все равно они считают его чудовищем, так хоть будет за что! Точно, прирезать детей и развесить их головы по улице Медоуларк! К сожалению, детишки, которых Колеску видел в последние дни, очень ему понравились – они сияли счастьем, испорченностью и милым эгоизмом. Маленькие твари! Не стоит тратить на них время.

По телевизору показали, как коп стоит у его двери. В ту же секунду Колеску услышал звонок. Старая добрая Америка!

Он решил сразу не открывать, а выждать минутку-другую. Интересно, как они все поведут себя? Конечно же, Труди Пауэрс сразу же заголосит как резаная. Толпа подхватит ее вопли. Разве это не подтверждение его невиновности? Многочисленные соседи Колеску всегда знают, где он и чем занят. Свидетели! Подобного унижения Колеску не испытывал никогда.

Доберман, в солнцезащитных очках похожая на пилота, оглянулась на толпу. Ее темные волнистые волосы слегка развевались на ветру. Крепкая псина, с сильными ляжками и мускулистой задницей! Колеску представил себе, как Мерси едет с ним в золотистой "кобре". Вообще-то он предпочитал более женственных и утонченных дам, хотя и оценил не лишенную привлекательности Рэйборн. Вот только, наверное, у нее желтые зубы. Колеску представил, как расправляется с женщиной-копом, словно мстя за ее подлую сущность.

В дверь снова позвонили.

– Иду! – крикнул он.

Колеску усмехнулся: на экране лица полицейских выглядели более чем глупо. Хесс и Рэйборн в упор смотрели на дверь, будто это она им ответила. Очень забавно!

– Да? – Колеску слегка высунулся из-за двери. И тут же у него перед носом оказалось два сверкающих значка. За ними – две пары темных очков и хмуро сдвинутых бровей.

– Мистер Колеску, я сержант Рэйборн, а это лейтенант Хесс. Мы из полиции и хотели бы поговорить с вами.

– Добро пожаловать!

Колеску впустил их. Вопли толпы усилились.

Доберман зашла первой, за ней последовал Фашист. Колеску бросил беглый взгляд на Труди. Та, как всегда, находилась в первых рядах с плакатом в руках. Милое личико! Труди посмотрела на Мороса в упор. На ее лице было все то же выражение снисходительности, понимания и достоинства. Труди выполняла все ту же сакральную миссию. Бог призвал ее бороться с отбросом общества по имени Колеску, и оружием Пауэре было милосердие.

Колеску захлопнул и запер дверь. Копы уже сняли очки и стояли, упершись руками в бедра.

– Проходите, пожалуйста, присаживайтесь.

– Спасибо, – ответил мужчина.

Сучка глядела подозрительно.

– Не хотите ли чего-нибудь выпить?

– Нет, – буркнула псина.

– Спасибо, не надо, – вторил ей Фашист.