Код Атлантиды - Павлоу Стэл - Страница 72

72

– Пребудь со мной…

Солнце

Гелий получил свое название от имени греческого бога Солнца, Гелиоса.

В центре солнечного ядра, диаметр которого составляет 320 000 километров, под невообразимым давлением, огромное количество разогретого до 14 миллионов градусов по Цельсию водорода превращалось в ходе термоядерных реакций в гелий.

Окружающий ядро радиоактивный слой водорода всегда готов поставить необходимое топливо. И именно там, в самых глубинах солнечного сердца, случилась беда, положившая начало целой цепи событий.

Дело в том, что ядро Солнца вращается вокруг своей оси быстрее, чем окружающий его слой водорода. И сдерживающие массивное тело щупальца магнетической силы уже растянулись, переплелись и напряглись.

Реагируя на магнитную интерференцию снизу, восходящие и нисходящие потоки конвекционной зоны в находящемся выше слое радиоактивного водорода тоже начали меняться. На поверхности ядра стали появляться огромные пузыри, в два-три раза превосходящие размером Землю. А поскольку само ядро продолжало вращаться, эти пузыри начали выполнять роль лопастей в блендере, перемешивая внутреннюю массу солнца и тем самым нарушая сложившееся равновесие.

Одни участки конвекционной зоны оставались ненормально горячими, другие быстро остывали. Конвейерный пояс конвекции лопался, распадался. А в фотосферу и корону полетели сравнительно холодные массы плазмы.

Первые появились в 40-х широтах – относительно холодные темные пятна, известные как тень, и окружающие их более светлые – полутень. Вместе взятые они получили название солнечных пятен. Они виднелись уже по всей поверхности Солнца, там, где температура упала до 7200 градусов по Цельсию. Что касается самих солнечных пятен, то они еще холоднее – до 2000 градусов.

Некоторые из них были маленькие, до 1500 километров в поперечнике. У других этот показатель достигал 5000 километров. Однако напряжение их магнитного поля колебалось от 100 до 4000 гауссов по сравнению с 0,5 гаусса на Земле.

Сейчас солнечные пятна собирались вместе, стягиваясь постепенно к солнечному экватору. Из-за этого нарушалось естественное восприятие солнечного света, а само оно как будто мигало.

Магнитное поле и гравитация, видимый свет и ядерные силы, все они были вовлечены в семейный спор, как живущие вместе братья и сестры. Спор перешел в ссору, которая шла как на видимом, так и на невидимом уровне. Как цари природы, они стучали кулаками и потрясали свой дом, не замечая, что их ярость разрушает космос.

Сохо-3

На гало-орбите, в полутора миллионах километров над Землей, в точке, где уравновешивают друг друга силы притяжения Солнца и Земли, батареи двадцати одного телескопа и многочисленных сенсоров, размещенных на борту разведывательного спутника «Солар гелиосферик-3», внезапно активировались, уловив всплеск активности на поверхности находящейся на расстоянии девяноста двух миллионов миль от них звезды.

Появившиеся вдоль восточного края солнечные пятна выглядели необычайно темными и крупными, каждое из них в триста раз превышало размеры Земли. И между ними, то растягиваясь, то свиваясь в петли, прыгали, точно попавшие в бутылку мухи, щупальца сверхраскаленной плазмы. В какой-то момент звезда стала похожа на огненный шар, болтающийся на ниточке галактических весов.

Ошибки быть не могло – знаки прочили беду. Как трубы герольдов, возвещающие о начале гонки на колесницах.

Солнце находилось на грани взрыва.

После того как оно повернулось, стало ясно, что речь идет не об одной, а о восьми вспышках. Сначала внутри солнечных пятен стали видны пятнышки поменьше и поярче, потом, распространяясь со скоростью лесного пожара, они разрослись, охватив сотни тысяч квадратных миль. И вдруг начали выстреливать, выбрасывая в пространство миллионы тонн вещества. Само же Солнце, словно захваченное врасплох, как будто дрогнуло…

А на самом деле оно испустило еще одну гравитационную волну.

ИНИЦИАЦИЯ ПРОТОКОЛА БЕЗОПАСНОСТИ НОМЕР ОДИН

Такая команда была загружена в компьютеры спутника несколько дней назад. Теперь благодаря бортовым ионным двигателям «Сохо-3» мог оставаться на гало-орбите каждый раз, когда его приборы фиксировали гравитационную пульсацию.

Тот факт, что спутник зафиксировал выброс, означал, что гравитационная волна, распространяющаяся со скоростью света, прошла через него.

Спутник уже сбился с орбиты. Он должен был срочно вернуться на место. Восстановить связь. Передать предупреждение.

Самая быстрая из ранее отмеченных ударных волн распространялась со скоростью два миллиона миль в час.

Эти доселе невиданные волны преодолевали за то же время десять миллионов километров.

До подхода первой оставалось чуть более девяти часов.

И она была огромная.

Распространение

Их называли продольными волнами, волнами давления или Р-волнами. Именно их первыми обнаруживали сейсмографы, когда начиналось землетрясение.

Включившиеся по всей планете мониторы сравнения и подтверждения синтетической сейсмограммы подали звуковой сигнал тревоги, сообщая о самом худшем сценарии развития событий при глобальной сейсмической катастрофе. Поступающая отовсюду действительная информация соответствовала теоретическим расчетам.

Планета Земля вляпалась в дерьмо по самые уши. Как ни греби – не выберешься.

Собранные за весь двадцатый век статистические данные говорили о том, что если свести воедино силу всех подземных толчков, то менее чем за час такого землетрясения на планете погибнет два миллиона человек.

Сейсмическая активность последних трех дней продолжалась пятнадцать минут и уже стоила жизни пятистам тысячам.

В данный момент двадцать один процент земной поверхности испытывал на себе силу подземных толчков и их последствий. Семь процентов этих землетрясений приходилось на перенаселенные области. Из восьми миллиардов обитателей Земли девятьсот миллионов жили в городах, расположенных в сейсмически опасных областях.

В Сан-Франциско разлом земной поверхности сопровождался резким звуком, напоминающим ружейный выстрел. Земля просто раскололась – бум! – и ушла вниз на пятьдесят футов.

В течение следующих тридцати секунд лопнули магистральные водопроводы, взорвались газопроводы, стекла треснули и разлетелись во все стороны, осыпая осколками разбегающихся туристов. По всему городу вспыхнули пожары, а пожарные вдруг обнаружили, что у них нет воды. Эстакады рухнули. Прохождение сейсмической волны отозвалось резонансом в зданиях определенной высоты, и они, содрогнувшись, развалились.

Через полминуты от большей части района залива Сан-Франциско остались только воспоминания, а пронесшийся по руинам необычайный силы ветер превратил пожары в бушующие огненные бури.

В Национальной лаборатории по изучению торнадо в Нормане, штат Оклахома, сигнализация сработала одновременно за всеми столами, как будто компьютеры превратились в игровые автоматы, выдавшие джек-пот. Только выдали они не серебряные доллары, а сообщения о мощных торнадо, обрушившихся на все штаты Среднего Запада, причем ширина некоторых смерчей достигала мили.

В Новой Зеландии зашевелилась гора Руапеху, добавив себя во все возрастающий список внезапно пробудившихся вулканов. Но в отличие от других, где дело ограничилось сходом нескольких лавин, здесь грохотнуло так, что звук был слышен на расстоянии трех тысяч миль. Нечто похожее произошло в 1883 году, когда вулкан Кракатау похоронил целый остров. Выброшенная в воздух пыль распространилась на сто шестьдесят миль во все стороны и превратила день в ночь.

На станции Мак-Мердо люди приготовились к тому, что их вот-вот затопит вода, собравшаяся в огромном ледяном резервуаре у основания Эребуса.

Но потоп так и не наступил.

Как будто их молитвы были услышаны. Беда прошла стороной, и у Скотта появилась возможность поговорить со своим старым другом, Фергюсом.