Смертник в серой шинели. Трилогия - Конторович Александр Сергеевич - Страница 80

— Совсем никого? — удивляется он. — А торговые караваны?

— Вы же сами сказали, что им нечем торговать. Или я не прав?

— Торговцы к ним не ездят — это факт. Но они сами часто ездят на рынки и…

Тут он замолкает и несколько минут сидит в размышлениях. Лексли осторожно толкает меня ногой и указывает взглядом на барона. Тот чем-то сильно озадачен. Наконец, морщины на его лбу разглаживаются, и он поднимает голову.

— Вы правы, милорд, я действительно не знаю, что они там продают. Никто не залезал к ним в мешки.

— Большие хоть мешки-то?

— Приличные.

— Ну так вот, барон, больше никто никуда не поедет. Пешком — милости прошу! Далеко все равно не уйдут и назад особенно не притащат ничего. С сего дня и до особого распоряжения — хрен им, а не рынок! А вот когда на переговоры попросятся — тогда и приведете их ко мне!

Глаза барона вспыхивают довольными огоньками.

— С превеликим удовольствием, милорд! А если кто-нибудь спросит, на основании чего закрыты проходы?

— Во-первых, они не закрыты. Пешком ходить можно. Во-вторых, ссылайся на меня. Так и говори — приказ лорда. Эти горы ведь не входят в мои владения? — поворачиваюсь я к Лексли.

— Они и в наше королевство не входят. Вообще никуда.

— Чего так?

— А кому они нужны? Ничего интересного там нет, даже пастбищ нормальных всего ничего. Ими владели наши короли, потом эти земли захватили у нас соседи, но быстро об этом пожалели. Нервов и крови им это стоило прилично, а вот прибытка они не получили никакого. Даже в армию обитателей тех мест стараются не брать. Вояки они так себе, больше пограбить мастера. Делать же что-то иное им, по их понятиям, неприлично. Поэтому, воспользовавшись какой-то очередной смутой, соседнее королевство вывело оттуда свои войска… да так и забыло их туда вернуть. Обрадованные горцы подняли было очередное восстание, но быстро обнаружили, что воевать с ними никто не собирается, а выходы на равнину перекрыты стенами и башнями. С тех пор они и варятся в своем котле. Периодически воюют друг с другом за пастбища, за угнанный скот, еще за что-то…

— И как давно?

— Да уж лет тридцать.

— Тридцать шесть, — поправляет барон.

— Прилично! — качаю я головой. — И много их там?

— Кто знает? По приблизительным подсчетам — десять-пятнадцать тысяч войска они выставить могут. Из них около трети — конные, остальные пехота.

— И как?

— Полку латников и полку пехоты с арбалетчиками — на два часа работы, — наливая себе квас, проворчал Лексли.

— Три, — не соглашается барон.

— Ну, пусть будет так.

— Интересно, — берусь за баклагу с квасом и я, — их что же, всегда так мало было?

— Отчего же? — пожимает плечами Лэн. — Пока пусть и номинально, но имелась верховная власть, было получше. Войну из-за косо брошенного взгляда не затевали — все-таки коронные войска там стояли и шутить они не любили. Какие-то дороги строились, более-менее торговали с ними, даже и на заработки часть людей выезжала на равнину. Тогда мы оценивали их военные возможности гораздо выше. У них только конных было около пятнадцати тысяч. Ну а как начали они жить по-своему… так быстро друг друга поперерезали. Да и лошадей стало меньше — мы же перестали выпускать их табуны на выпас в предгорные равнины. Тем более что и предлог для этого был — они перестали быть подданными нашего королевства. Опять же — только травою лошадь кормить или еще и овсом, разница есть! А овес у них почти не растет — и сажать негде, да и не занимаются горцы таким делом, с их точки зрения, это не мужское занятие. Чуток выращивают, конечно, но лошадей этим не прокормить. И запрет на торговлю оружием с ними соблюдался неукоснительно. А сами они многого не накуют — некому, да и не из чего.

— Соблюдался?

Барон мнется.

— Ну… последнее время стали мы замечать у горцев доспехи неплохие, опять же мечи у них появились наши. То есть нашей ковки, их кузнецы так не делают.

— А соседи? Не могут они с ними оружием приторговывать?

— До такой степени сумасшествия там еще никто не дошел. Это все равно что раненого волка в своем хлеву выхаживать. Встанет на ноги — тебя же и сожрет!

Интересные тут дела происходят… Все больше и больше знакомых моментов проявляется! Или это общее для всех миров? А бардак в управлении — такой же, как и у нас? Да ну… быть того не может, наш бардак — вещь исключительная и неповторимая! И, слава богу, откровенно говоря…

Глава 17

Заморив червячка, наша команда спускается вниз. Появляется Норн, и я тут же отсылаю Лексли спать. В приказной форме и не менее пяти часов. Обновившимся составом обходим замок. Баронские солдаты уже на постах, совлом не торгуют, службу несут грамотно.

Заглядываем и в казарму. Тут тоже все в ажуре, народ распределили правильно, не в тесноте, благо места хватает, но компактно. Опять же — все друг у друга на виду. Выставили и посты — это уже заместители Лэна подсуетились, мы таких команд не давали.

Вообще надо отдать должное — барон оказался дядькой неплохим. Вояка опытный и дело свое знает добре. Вот таких-то в мирное время и задвигают, куда Макар телят не гонял. Зато во время войны на их горбу выезжает все верховное руководство. Мне даже становится неловко, что я к нему на «ты» обращался. По нашим-то меркам, он почти подполковник — а я кто? Тихонько консультируюсь на эту тему с Норном. Он меня успокаивает — по местным понятиям, это серьезный знак доверия со стороны сюзерена. Оказывается, даже тот факт, что я сам поднял барона с колен, а не просто приказал ему встать — уже серьезно выделяет его из прочих. Впредь надо лучше башкою думать, вот так кого не того поднимешь — а он и нос задерет на полном серьезе. И ведь прав будет, стервец!

Блин, надо будет епископа попросить, чтобы советника какого-нибудь знающего дал, что ли? Со здешними обычаями шутить — все равно что на минном поле плясать!

Кстати говоря, а чего это у нас городской голова не чешется? Тут его родной лорд пашет, понимаешь, как раб на галерах, а от него ни слуху ни духу!

Озадачиваю на этот счет Норна, пускай пошлет кого-нибудь в город — накрутят там хвоста некоторым товарищам…

Интересно, мелькает у меня мысль, а вот полки, что в город вошли, — они-то что сейчас делают? Нет, в замок я их, ясен пень, не пущу, хватит тут и баронских солдат. Но все-таки?

Ну, ладно — в городе солдаты эти проходом были. Куда, кстати, они после этого пошли? Лес-то и здесь есть?

А разбойники?

Они-то тут как — водятся?

А куда ведет дорога из баронского поместья, та, которую охраняют его стражники? Самый что ни на есть — торговый путь.

Как это в моем мире говорилось? «Было бы болото, а черти напрыгают!»

Дорога есть, купцы присутствуют. Даже стража есть. Стало быть — и разбойники наличествуют. Помимо отмороженных горцев — ну да это другая статья… отчего же полк сюда не пошел?

А хрен его знает!

В общем, день оказался насыщен заботами и хлопотами. Хотя, конечно, барон со своими солдатами оказался очень даже к месту. По крайней мере, головная боль с охраной замка немного отошла на второй план. И даже сидящие где-то в тайниках злодеи не казались мне настолько опасными.

Смеркалось, когда мы наконец закончили обход замка и возвратились на свой командный пункт. Тут уже горели фонари, и вместо тента был установлен походный шатер, что сразу сделало это место каким-то уютным и домашним. Даже еду нам принесли не солдаты, а две симпатичные девчушки. Впервые за все это время удалось пожрать горячей пищи.

Сижу в кресле и просто-таки чувствую, как из ног понемногу уходит усталость. Однако же и поспать охота — просто сил нет! Надеюсь, что хоть сегодня ко мне не будут приходить воспоминания о военных временах. Так хочется просто подрыхнуть в мягкой постели!

Прощаюсь со своими собеседниками и топаю вниз.

Как я добрался до кровати и оказался под одеялом — откровенно говоря, не помню до сих пор…