Сталинградская Богородица - Шамбаров Валерий Евгеньевич - Страница 71

Собственные достижения Англии и Америки по сравнению с русскими пока выглядели бледновато. Но все-таки и они начали одерживать победы. Японцев губила чрезмерная жадность. Они хотели захватить все сразу и побольше, раскидав силы по разным направлениям. Уж на что худо приходилось Чан Кайши! Оккупация Бирмы перекрыла дорогу для поставок британских и американских грузов, не хватало оружия и боеприпасов. Не хватало еды, голодные солдаты дезертировали. В марте 1943 г. Чан Кайши издал указ о мобилизации в армию женщин от 18 до 45 лет. Но японцы оказались не в состоянии окончательно разгромить китайцев и захватить их временную столицу Чунцин. Ограничивались «рисовыми наступлениями». Прикидывали, в каких районах вызрел урожай, и бросали туда войска – подкормить своих солдат и заставить голодать китайских.

А после сражения у атолла Мидуэй к нехватке войск у японцев добавилась нехватка авианосцев. Американцы и англичане сообразили, какое преимущество у них появилось. Теперь их авиация отгоняла японские эскадры, тем самым обеспечивая господство не только в воздухе, но и на море. Воспользовались этим для удара в самой южной точке продвижения японцев. Их 18-й армии, высаженной на Новой Гвинее, отрезали морское сообщение с родиной, оставили без пополнений, без подвоза боеприпасов. В это же время американцы и австралийцы завозили побольше войск, артиллерии, танков. В начале 1943 г. навалились на 18-ю армию и нанесли ей тяжелое поражение, она потеряла 20 тыс. человек убитыми.

Второй удар последовал в самой северной точке японских захватов на Алеутском архипелаге. На острове Атту у них располагалось 2,5 тыс. солдат. 11 мая подошла американская эскадра. Взревели крупнокалиберные орудия, с палуб авианосцев взмыли самолеты. Остров перепахивали снарядами и бомбами в течение двух недель. Но когда к берегу устремились баржи и амфибии с десантниками, затрещали японские пулеметы и винтовки, остатки гарнизона с криками «банзай» ринулись в штыки. Американский огонь покосил их. Погибли почти все, в плен попало лишь 28 раненых. Но и десантникам досталось, потери достигли 4 тыс. человек.

На острове Киска укрепился более крупный отряд – 8,5 тыс. японцев. Однако американское командование тоже поднатужилось, готовило новый удар целых 2 месяца. Собрало 100 боевых кораблей, 236 самолетов, 40 тыс. морской пехоты. Но в Токио поняли, что гарнизон обречен, приказали эвакуировать его. Пользуясь туманами, эскадра адмирала Кимуры сумела мастерски проскочить через вражеское оцепление, 28 июля сняла всех защитников и так же скрытно удалилась. Американцы пребывали в уверенности, что японцы на месте. Киску они завалили взрывчаткой и сталью еще и похлеще, чем Атту. Бомбардировали три недели, потом начали хитроумную операцию. На восточном берегу высадили ложный десант, на западном – настоящий. Двинулись вперед, расчищая каждый шаг огнем. Во время прочесывания перестреляли друг друга, погибло 56 человек. И лишь на третий день обнаружили, что неприятеля нет.

Ну а в Африке немцы с итальянцами напрягали все усилия, как бы удержать Тунис. Не просто последний плацдарм в Африке – отсюда еще и пролегал весьма удобный «мост» на Сицилию и в Италию. Мобилизовывались под ружье местные жители, копались линии траншей. Да как тут удержишь! Средиземное море покрылось армадами британских и американских кораблей, на африканские аэродромы стягивались тучи авиации. Перекрылось и морское, и воздушное сообщение с Тунисом. А в апреле 1943 г. на оборонительных позициях забушевала огненная буря. Пришла в движение масса союзных войск.

Защитники под командованием фон Арнима отбивались две недели. Но они были рыхлыми и разношерстными. Остатки растрепанных немецких дивизий, итальянцы, французы, местное арабское ополчение. Фронт стал расползаться и рухнул. 7 мая союзники вошли в города Тунис и Бизерту. Перемешавшиеся толпы противников бежали на полуостров Бон. Но ждать помощи было неоткуда. Союзные линкоры, крейсера и бомбардировщики превратили полуостров в полный ад. Окруженные стали сдаваться. Насчитали 230 тыс. пленных, хотя для многих из них плен стал недолгим. В западных армиях старались использовать любые контингенты.

Англичане зазывали к себе попавшихся среди солдат вермахта поляков, чехов, греков, русских «хиви». Жиро и де Голль подгребали вчерашних вишистов.

Между тем Италия совсем пала духом. Дурман о возрождении Римской империи оборачивался слишком тяжким похмельем. Одна армия погибла в России, еще одна в Африке! Военные, сановники, промышленники, банкиры засуетились, не пора ли сменить курс? У союзников в Италии нашлась и неплохая опора в лице мафии, разгромленной Муссолини. Ведь крестные отцы потянулись в 1920-х гг. за океан именно от фашистских преследований. Американская разведка установила с ними самую теплую дружбу. Через гангстеров и по масонским каналам наводились мосты с высокопоставленными итальянскими заговорщиками. Возглавил их сам король Виктор Эммануил, ему давно надоел дуче, подмявший под себя всю власть. К королю примкнули даже ближайшие помощники Муссолини, Большой фашистский совет.

А уж Сицилия была вотчиной мафии, крестные отцы сохраняли здесь огромное влияние. Остров обороняло 340 тыс. солдат, из них лишь 40 тыс. немцев, остальные итальянцы. Войска здесь стояли второсортные, плохо вооруженные – имелось лишь 147 танков устаревших моделей и 220 орудий. Союзники выделили против них две армии, 7-ю американскую и 8-ю британскую общей численностью 470 тыс. солдат и офицеров. Сперва предлагалось высадить армии в разных местах, взять неприятельскую группировку в клещи, отрезать от Италии и пленить. Но сочли – слишком опасно. Вдруг разобьют поодиночке? Решили высаживать рядышком.

5 июля грянула битва на Курской дуге. Это был наилучший момент – немцы не могли подкрепить итальянцев ни единым взводом. 10 июля весь горизонт вокруг Сицилии закрыли россыпи кораблей, а небо застлал ковер самолетов. За шквалами огня и осколков к побережью заскользили стаи десантных барж, с воздуха посыпались парашютисты и десантные планеры. Некоторые защитники принимали неравный бой, метко поражали атакующих. Другие ошарашенно бросали позиции. Но и у союзников хватало неразберихи. Английский десант на планерах выбросили неточно, ветром его снесло в открытое море. Многие десантники утонули. А американские воздушные эскадры, летевшие к Сицилии с парашютистами, британский флот принял за немецкую авиацию. Накрыл зенитным огнем, да так метко, что посшибал 23 самолета, наполненных людьми. Потери при высадке составили 25 тыс. человек.

Но превосходство союзников было подавляющим. Флотская артиллерия и авиация стирали в пыль форты и батареи, осмелившиеся отвечать огнем. Мафия подготовила почву среди населения, оно встречало незваных гостей дружески. А решение не окружать противника оказалось мудрым. Пути к отступлению лежали свободными, и итальянские войска хлынули спасаться. Сказали свое слово и заговорщики в Риме. 25 июля король вызвал к себе Муссолини и неожиданно объявил, что отстраняет его от должности премьер-министра, назначает маршала Бадольо. Едва дуче вышел от Виктора Эммануила, как был арестован.

Гитлер, узнав о перевороте, был взбешен. Порывался немедленно ударить на Рим. Но его охладили – ударить-то было нечем! Все силы увязли под Курском. Причем измена гнездилась не только в Италии, но и в самом Берлине. Начальник абвера Канарис поддерживал весьма плодотворные контакты с маршалом Бадольо, посылал своих представителей на переговоры итальянцев с западными державами. Но от фюрера сведения об этих переговорах скрывал. Лгал, что в Италии произошли только персональные перестановки. Бадольо тоже пытался вешать лапшу на уши, будто отставка Муссолини не скажется на политике итальянцев, они остаются верными союзниками Германии.

В Берлине ему не верили, но и что-либо предпринять было невозможно. В Италии у немцев располагалось всего 8 дивизий. Слишком мало по сравнению с итальянской армией, флотом, карабинерами. С правительством Бадольо обменялись вежливыми реверансами, изображали, будто в восторге от его обещаний. Старались хотя бы потянуть время, не подтолкнуть к открытой измене. Меры предосторожности принимались только исподволь. До сих пор объединенной группировкой в Италии командовали итальянские военачальники, только авиацией руководил фельдмаршал Кессельринг. Теперь все германские части на здешнем театре вывели из подчинения итальянцам, передали под начало Кессельринга.