Отчаянные - Стивенс С. К. - Страница 69

Гриффин маячил следующим, и я буквально задымилась, когда он облизнул губы и послал мне воздушный поцелуй. От смеха было не удержаться. Хамло, как всегда, но не такая скотина, какой казался раньше. Едва перед ним возникла Анна, втолкнувшая меня в строй дожидавшихся Келлана, Гриффин простер руки:

– Стоп, брюхатая цыпочка, я хочу с тобой сфоткаться!

Анна закатила глаза, но подыграла и вынула из сумочки миниатюрный фотоаппарат.

– Я подготовилась, – промурлыкала она.

Брови у Гриффина взметнулись столь откровенно, что я покрылась мурашками.

– Держу пари, ты всегда приходишь… подготовленной.

– Кроме одного разочка, – хрипло хохотнув, погладила живот Анна.

Взглянув на своего будущего ребенка, басист разнежился:

– Повезло же ходоку, кто бы он ни был!

– Ходок и есть, – фыркнула Анна, невозмутимо пожав плечами, – но я его люблю.

Никто в толпе не осознал важности того, чему я стала свидетельницей. У меня бешено билось сердце, пока я смотрела на сестру, взиравшую на Гриффина. Тот встретил ее взгляд, неловко сглотнул и собрался ответить, но фанаты позади Анны заволновались.

– Фоткайся и уматывай!

Поведя плечами, сестра вздохнула, вручила мне свою камеру и встала рядом с Гриффином. Тот уже выглядел не таким наглым. Он даже не обнял ее, не высунул язык и не сделал козу, как поступал с некоторыми фанатками. Он просто смотрел на нее сверху вниз и молчал. Я и не думала, что доживу до этого дня.

До Келлана я так и шла потрясенная. Тот снимался с Сиенной, и это меня слегка удивило. Они не касались друг друга, но она уставилась на него, когда фанат просочился с камерой, а в самый последний момент положила голову Келлану на плечо. Келлан мгновенно дернулся прочь, но поздно: везучий поклонник поймал момент.

Келлан отступил от Сиенны и раздосадованно вздохнул. Заметив, что следующей в очереди маялась я, он изумленно моргнул.

– Привет! – изрек он игриво. – На чем расписаться?

Зыркнув на Сиенну, я помотала головой.

– Фанат умолял! – объяснил Келлан, нахмурив брови. – Я не хотел обидеть.

Я понимающе кивнула. Фанаты стояли долго, их гнали вперед, как скот. Келлан был просто любезен, а Сиенна воспользовалась этим себе во благо. Глянув на Тори, которая была занята выпроваживанием отстрелявшихся поклонников, я подала Келлану знак, чтобы он подошел ближе. Он пригнулся, и я помедлила, вдыхая его обворожительный запах. Как только мы очутились вплотную друг к другу, я указала на фанатку, вручившую мне свой особенный сувенир. Она была в двух переходах за мной и хихикала над татуировками, которые показывал ей Эван.

– Она передала мне нечто невиданное. Можешь поблагодарить ее за меня?

– И что же она тебе дала? – чарующе изогнул бровь Келлан.

– Потом узнаешь, – улыбнулась я.

Келлан кивнул, и тут меня оттолкнула неистовая поклонница, обогнавшая Анну, чтобы добраться до Келлана.

– Постараюсь, – бросил он мне вслед, сильно заинтригованный.

Очутившись перед Сиенной, я перестала улыбаться. Она же, узнав меня, просияла и стала сама любезность.

– Кира! – рассмеялась Сиенна. – Тебе же незачем стоять в очереди, чтобы поговорить со мной!

«Я в курсе. А тебе незачем из кожи вон лезть и убеждать планету в том, что ты спишь с моим мужем».

Пусть мне и хотелось высказаться, но я подавила это желание, улыбнулась ей не менее вежливо и вышла из помещения. Я не могла с ней разговаривать. И уж точно не здесь. Возможно, наедине и получится. Я могла предложить ей подумать вместе над тем, как затушить пожар, полыхавший в связи с ее воображаемым романом с Келланом. Уведомить ее, что домыслы публики били все рекорды абсурда, а преданность фанатов идее об этих вымышленных отношениях граничила с одержимостью. Скажи Сиенна хоть слово, накал стал бы снижаться. Но оба альбома возглавляли хит-парады, и я понимала, что она не раскроет рта. Сплетни, будучи враньем от начала и до конца, в финансовом смысле все же играли на руку обоим, а потому Сиенна продолжала сыпать двусмысленными комментариями: «Он замечательный мужчина», «С ним я радуюсь каждому дню», «Я в восторге от его мастерства» и «В нем все прекрасно: лицо, ум, харизма, талант и тело, от которого замирает уличное движение».

Это было невыносимо. Мне хотелось держать мужа за руку на глазах у всех и не бояться, что нас застукают папарацци или одолеют фанаты. Я также хотела, чтобы Келлан носил кольцо не снимая. И мне решительно не улыбалось, чтобы в следующем месяце какая-нибудь одержимая поклонница пары Келл-Секс сорвала бы мою свадьбу.

Глава 19

Отрицание

Когда явление публике завершилось, Келлан отвел в сторону Бельевую Фанатку и ее подружку. От счастья обе были готовы описаться. Тори негодовала из-за сбоя в ее расписании, но эта величавая блондинка всегда оставалась чем-то недовольна. Сверкнув наплевательской улыбочкой, Келлан проигнорировал ее кислую мину и устроил поклонницам частную экскурсию за кулисы.

Поскольку я считалась «личной ассистенткой» мистера Кайла и сама организовала это скромное мероприятие, мне было бы странно не пойти следом. Келлан шагал впереди и показывал разные площадки, инструменты и людей, фанатки же вцепились друг в дружку, словно боялись за свою жизнь. Они тряслись как осиновый лист. Я опасалась, что они грохнутся от избытка эндорфинов – порознь или вместе. Всякий раз, когда Келлан смотрел на них, они издавали писк, сопровождавшийся залпом неуемного хихиканья. Неужели и я так психовала в обществе Келлана? Навряд ли.

Келлан завершил экскурсию тем, что взобрался на сцену. Он протянул руки, принимая фанаток, и лица у тех сделались обморочно белыми. Я напряглась, готовая ловить любую, если отключится. Господи боже, да он же просто человек – несказанно симпатичный и одаренный, но все-таки человек.

Потешаясь над ними, Келлан втянул их на сцену и нагнулся за мной.

– Могу ли я предложить вам руку, миссис Кайл? – спросил он тихо, чтобы девушки не расслышали.

Его глаза коварно сверкнули.

Помотав головой, я взобралась на сцену сама.

– Справилась, мистер Кайл. – Встав рядом, я добавила: – Держите руки свободными, чтобы поймать девчонок, если лишатся чувств. Не хочу, чтобы вас засудили.

Я указала на девиц, которые откровенно пожирали глазами Келлана с тыла и хихикали, прикрываясь ладонями. Он оглянулся, и над сценой разлился слаженный визг. Обе запрыгали, как горошины.

Келлан посмотрел на меня с кривой ухмылкой, исполненной нахального веселья:

– Хорошо, что ты не визжишь под моими взглядами. – Он подался ко мне, коснулся меня рукой и шепнул: – Рад, что мне пришлось этого добиваться.

Он вновь занялся фанатками, а я приоткрыла рот и зарделась. Я стала обмахиваться, чтобы остудить разгоряченную кожу. Устно ли, письменно, Келлан умел излагать свои чувства.

Когда частная экскурсия подходила к концу, на сцене нарисовалась Сиенна. Телохранители отирались поблизости, держась на почтительном расстоянии. Фанатки пришли в неописуемое возбуждение при виде суперзвезды. Сиенна уже переоделась для выступления в свой облегающий комбинезон, оставлявший открытой большую часть загорелой спины. Волосы были собраны в элегантный хвост, позволявший оценить ее изящную шею и безупречные скулы. Она предстала греческой богиней, подступившей к моему Адонису, – пара оживших прекрасных существ из древних мифов.

Как только золотая чета сошлась достаточно близко, чтобы уместиться в кадре, фанатки выхватили из карманов фотоаппараты. Сиенна послала им голливудскую улыбку и указала на местных сотрудников безопасности:

– Пора, мой милый!

Теплый и хрипловатый выговор намекал на массу вещей, для которых пришла пора.

Едва Келлан приготовился ответить, фанатки набрались-таки смелости. Их прорвало.

– Сиенна, мы от тебя в восторге! Ты классная! И как же здорово, что вы с Келланом полюбили друг друга в ходе записи песни! Вот бы снять про вас кино!

– Это было бы прекрасно! – просияв, поспешила ответить Сиенна. – Я могла бы даже сыграть саму себя!