Криминальный пасьянс - Овчаренко Александр - Страница 91

Рулевой фелюги, следуя указаниям Перепёлкина, на малом ходу сделав аккуратный поворот, выключил двигатель и осторожно подошёл к борту сейнера. С сейнера что-то покричали на английском языке, и Перепёлкин тоже по-английски прокричал в ответ условную фразу. После этого с борта сейнера сбросили лестницу, по которой Перепёлкин неумело, но решительно вскарабкался на борт японского судна. Его встретила группа японцев, которые были одеты так же, как и вся команда сейнера, но по чистым холёным лицам и аккуратным причёскам было видно, что они такие же рыбаки, как и Перепёлкин.

Среди встречающих выделялся пожилой японец с коротким седым ёжиком волос на почти квадратной голове и неотступно следовавший за ним стройный и гибкий, как стебель молодого тростника, юноша. Это были господин Хасимото-сан и его переводчик. Переводчик говорил по-русски чисто и почти без акцента, что значительно упрощало ведение переговоров.

– Хасимото-сан интересуется, не утомительным ли было для Вас путешествие по ночному морю, и привезли ли Вы обещанный груз, – уважительно произнёс переводчик, обращаясь к Перепёлкину.

– Поблагодарите господина Хасимото за беспокойство, и передайте, что сегодня судьба благоволит ко мне, поэтому путешествие было лёгким, а обещанный груз находится на борту моего маленького судёнышка в полной сохранности, – так же уважительно произнёс Сашка и даже обозначил движением корпуса лёгкий поклон.

Переводчик, почтительно склонив перед хозяином голову, быстро залопотал что-то на японском.

– Хай! – коротко произнёс пожилой бизнесмен и, подумав, приказным тоном добавил ещё несколько коротких фраз.

– Господин Хасимото-сан предлагает не ждать появление богини утренней зари, а начать обмен прямо сейчас, под серебристым светом хозяйки ночи.

– Переведите господину Хасимото, что у русских есть поговорка – «время – деньги», поэтому я полностью согласен с его предложением и, не тратя попусту время, предлагаю начать сделку, а каким светом она будет озарена – солнечным или лунным, для меня не имеет значения.

Переводчик снова вполголоса что-то стал быстро говорить хозяину. Внимательно выслушав перевод Сашкиного спича, Хасимото улыбнулся и гортанным голосом выдал очередную недлинную, но судя по тональности, заключительную фразу.

– Господин Хасимото говорит, что Вы деловой человек и с Вами приятно иметь дело, – произнёс молодой переводчик и, поклонившись, указал рукой на рубку, куда направился хозяин. Перед тем, как последовать за японцами, Сашка быстро подошёл к борту и дал команду поднимать груз на борт сейнера.

Вскоре все десять контейнеров с золотым песком были подняты на борт и доставлены в кают-компанию. Здесь всё было готово к проведению сделки: в центре кают-компании на столе установлены и готовы к работе электронные весы, а рядом стояли металлические контейнера с резьбовыми крышками, чем-то напоминавшие банки из-под консервированных ананасов. Господин Хасимото и гости уселись вокруг стола, а юркий японец в белом халате и в марлевой повязке на лице всем видом выражал готовность к действию.

Сашка, не торопясь, открыл первый контейнер и жестом предложил дальнейшие действия выполнять принимающей стороне. Хасимото молча кивнул, и японец в белом халате торопливо схватив первый кисет с золотым песком, вышел из каюты.

– Сейчас будет проведён экспресс-анализ золотоносного песка, – успокоил Сашку переводчик, который поймал встревоженный взгляд Перепёлкина. – Не беспокойтесь! Это не займёт много времени.

В ответ Сашка молча кивнул. Тем временем Хасимото достал тонкую чёрную сигару, а его переводчик умудрился в мгновенье ока, чиркнув зажигалкой, оказаться возле босса. Не обращая внимания на присутствующих, Хасимото глубоко затянулся и с наслаждением выпустил в потолок струю ароматного табачного дыма. Тем временем в кают-компанию вернулся японец в белом халате, которого Перепёлкин мысленно окрестил Лаборантом и что-то прошептал на ухо хозяину.

– Хай! – вновь с довольным тоном произнёс Хасимото и кивнул головой.

– Господин Хасимото доволен качеством товара, – быстро пояснил переводчик. – Ваше золото оказалось очень высокой пробы. Господин Хасимото выражает надежду, что Вы не будете настаивать на изменении условий сделки, и цена на товар останется прежней!

Сашка понял, что качество золотого песка оказалось лучше, чем ожидал покупатель, и поэтому он вправе повысить цену за унцию.

«Жадность фраера сгубила!» – припомнил он знаменитую воровскую поговорку, но вслух произнёс:

– Передайте господину Хасимото, что я питаю надежду на наше долговременное сотрудничество, поэтому первая партия товара пойдёт по ранее оговорённой цене. Условия дальнейших поставок мы оговорим позже.

Японец остался доволен Сашкиным ответом и от избытка чувств крепко пожал ему руку.

На этом активная фаза переговоров закончилась, и к делу приступил Лаборант. Юркий японец аккуратно развязывал горловину кисета и ловко высыпал содержимое в металлическую чашу электронных весов, после чего на электронном табло рубиновым цветом загорались цифры, обозначающие вес золотого песка вплоть до десятой доли грамма. Записав на листе мелованной бумаги вес, Лаборант так же ловко пересыпал золото из чаши в металлическую банку, после чего плотно закручивал крышку и брался за следующий кисет. Процедура была долгой и однообразной, но, как ни странно, не утомительной. Все, кто находился в кают-компании, заворожённо смотрели на манипуляции Лаборанта.

«Имеет золото над человеком необъяснимую власть», – решил про себя Сашка, пытаясь при этом стряхнуть с себя наваждение.

Когда последняя золотая песчинка упала на чашу весов, богиня утренней зори уже вовсю властвовала на небосклоне. Хасимото подмахнул золотым пером банковский чек и, передавая Перепёлкину, на прощанье произнёс на японском языке короткую фразу.

– Господин Хасимото говорит, что после этой сделки Вы стали очень богатым человеком, – уважительно произнёс молодой переводчик. – Если все заработанные Вами сегодня деньги перевести в йены и погрузить на сейнер, то они бы заняли весь трюм.

– Предпочитаю доллары, – серьёзно ответил Перепёлкин. – Они надёжней и места меньше занимают.

Окончание сделки обозначили глотком саке из предложенных Хасимото крохотных чашечек.

«Вряд ли они будут меня травить, – подумал Сашка, делая глоток подогретого напитка. – Сейчас я для них курица, несущая золотые яйца».

На фелюгу Перепёлкин вернулся в состоянии лёгкой эйфории.

– Ну, золотые мои, держите! – радостно произнёс Сашка и, вынув из нагрудного кармана пять заполненных банковских чеков, широким жестом бросил их на стол. Дружинники сначала робко потянулись к бледно-жёлтым прямоугольникам бумаги, но после того, как увидели проставленную сумму, их лица расплылись в радостной улыбке.

– Это дело надо отметить! – завёлся Сашка. – У кого есть выпить?

Выпивки не было ни у кого.

– Как, даже спирта нет? – удивился Сашка. – Как же вы на операцию собирались? А если, не дай бог, ранение?

После этих слов Крепыш вздохнул и отцепил от пояса солдатскую фляжку.

– Я тут взял немного, – несмело промямлил дружинник. – Как Вы сказали – для медицинских целей, – и протянул фляжку Перепёлкину.

– Вот это другое дело! – крякнул Сашка, утирая рот после большого глотка спирта. – Ты чего раньше молчал?

– Да я думал, Вы ругаться будете, – сознался Крепыш и, последовав примеру Перепёлкина, приложился к фляжке.

Когда фляжка опустела, и в глазах дружинников появился хмельной блеск, Перепёлкина неожиданно потянуло на откровение.

– После того, как стану губернатором, сформирую из вашей «золотой роты» подразделение для выполнения особо важных поручений! – размечтался Сашка. – Неофициально, конечно, но деньги будете получать от меня наличными за каждое выполненное поручение. Я жадничать не привык! Ну что, согласны?

– Согласны! – нестройно загудели дружинники. – Чего же не согласиться, коли живые деньги платят. А насчёт секретности можете, Александр Владимирович, не сомневаться! Мы же понимаем, что каждое Ваше поручение – дело государственной важности.