Избранное - Петров Сергей - Страница 18

18

(«Вкруг пагоды висит осенняя погода»)

Вкруг пагоды висит осенняя погодана черных сучьях и на тусклых клочьях туч.У колеса времен совсем не стало хода,и бронзовый баран — как позабытый ключ.И мнится, белый свет ни сладок и ни горек,а в вечный будень он обыденный обед.В буддийской тишине лежит мощеный дворик,и снится кирпичам заоблачный Тибет.Стоит на Севере большой и косоротыйиз камня сложенный кроваво-серый мрак,как древней мудростью, скудея позолотой, —и нет вокруг него ни горсточки зевак.Только вывеска из тениизвещает вдруг, что тутморфологии растений(неподвижный) институт.

октябрь 1972

(«Когда живется мне, и я тогда живусь»)

Когда живется мне, и я тогда живусь,переживаясь от стены к обрыву.А то скачу себе, не дуя даже в ус,зато уж — до горы, и в хвост, и в гриву!И, погоняя своего коня,без шапки, без креста, без чекменяя еду от меня ко мне через меня.И, каждой Божьей вере изменяи ничего вокруг не присеня,я думаю, как бы остаться живу.Воистину, я круглый дурачинапосередине своего ума!А жизнь — одна сплошная кортома.Срядилась жить — готова котома,и догорай, моя лучина!Сильней всех истин — смерть. Но то-то и кручина,что истина сама и есть кончина,иначе ведь она и не сама.

1972

ТРЕТЬЯ РОЖДЕСТВЕНСКАЯ ФУГА

Возсия мирови свет разума

Свет раскромсал полтьмы, как добрый каравай.Свет полоснул тебя. Не прячься в плечи!Горячего нутра во мраке не скрывай,последний хлебец, вынутый из печи!Да плачут по тебе горячим воском свечи!Она была одна, орлиная звезда!Она сияла, как исчадье мысли.(Беспомощней птенцов из темного гнездадругие звезды падали и висли).Бог с вами! — жалобно вопила благостыня.Ласкал владычной лапой агнца лев.И по прямой дороге шла пустыняв загон коровий и в овечий хлев.Помилуй сираго,наполни праздного!Возсия мирови(эхма!) свет разума.И над землей стояло Рождество,как бы вселенная у черного причала.А крохотное Божествоеще не плакало и не кричало.Добру по мелочи недолго наблошниться.(Тем паче во хлеву). Добра везде что блох.Вселенная моя, ужели ты божница?Моленная моя, ужели ты блажница,где колобродит лекарь-знахарь Бог?Помилуй сираго,наполни праздного!Возсия мирови(эхма!) свет разума.Блажному Мирушке свет разума сиял,огромный пламенный кулак,и весь народ земной завопиялна радостях от сих невыносимых благ.Седея, мудрецы учились у звездыи в хлевушок добрались до зари,вещая, как пророки и цари,с текучего престола бороды.И небо и земля дорогою предлиннойвытягивались за звездой орлиной.С похода Кировадо боя Крассовавозсия мирови(эхма!) свет разума.Свет разума сиял, как праздничная ель.Блистал хрусталь в слезах от водки.Земля ложилась в зиму, как в постель,и слушала рождественские сводки.А сводки пели, жили, просто былии, будто волки на овечек, выли.И разум электрический сиялво всей вселенной, как в пустой гостиной(иль во хлеву). И на столе зиялогромной раною фиалс непретворенною в мадеру кровью...И гнал мужик предлинной хворостинойораву кроткую коровью,не зная сам куда.И шла над ним орлиная звезда,и шла за ними нищая планида.От света разума зажегся мир ночнойи погорел! И плакала обидатурбинным воем станции речной.Любила милого,дошла до разного!Возсия мирови(эхма!) свет разума.У мудрецов росла в запруде борода,орлиная звезда болталась при петлице,и как галактики горели города,бочком пристраиваясь к небылице.Как гусь рождественский, свет разума сиял,товарищ поросенку с хреном,и вдохновенным девкам-иппокренамвливали в глотку ярости фиал.Свет разума сиял. Кружилось Рождество.Трегубый труд пришел на торжество,и рыла высунули из мечей орала,а крохотное Божествов хлеву истошным голосом орало.

7 января 1973

(«Аз усумнитель есмь. Попробуй-ка, сомни»)

Аз усумнитель есмь. Попробуй-ка, сомнив комок, зажми в кулак метрическую справкуи дни горбатые, как спину, гни да гни!А если вздумается, отдохни,пристроясь на кладбищенскую травку.Зима болит, как зуб с огромною дырой,зима валит морозней доброй шубы,и ноет голый дуб над черною норой,и потчует беда забавой в зубы.Клянусь, что дальняя любовь благоуханна!А рядом сыплется рождественская смерть.Шертую я во имя Бога-хана,но мне не по шерсти такая шерть.И так и сяк верчу в когтях присягукровавой грамотой баскачьего ума.Пока присяду вскачь, а там и вслепь полягу,перекрестясь сумнением. Эхма!