Торнсайдские хроники - Куно Ольга - Страница 61

Я одобрительно кивнула. Это было умно. И приступила к работе, попросив Джона подержать над замком факел.

— Даже страшно подумать, что ты прячешь в своей сумке, — насмешливо заметил Рауль.

— Склянки с ядом, стилет, щипцы и плетку, — не отрываясь от работы, отрапортовала я.

Охранник, тот самый, что грубо обратился ко мне пару минут назад, подавился и закашлялся. Похоже, в нем пробудилось страстное желание немедленно обыскать мои вещи. Он даже вытянул руку в сторону моей сумки, но Кентон недвусмысленно шагнул ему навстречу.

— Перебьешься, — заявил он. — Если тебе понадобится плетка, просто вежливо попросишь.

Я хмыкнула, продолжая ковыряться в замке. Защищать мою сумку от всяких мужчин с загребущими лапами Кентон точно умеет, это уже было проверено все в том же «Хмельном охотнике»…

— Готово, — провозгласила я, распахивая дверь. — Теперь можно приступить и к плетке, если кому-то очень неймется.

Я устремила недобрый взгляд на охранника.

— Это может подождать, — отрезал Рауль. — Уходим.

Выбравшись из камеры в темный коридор, мы гуськом зашагали вперед. Первым шел Джон, державший в одной руке факел, а в другой — обнаженный меч, за ним — тот телохранитель, с которым мы определенно не поладили, дальше Рауль, Айрин, Рональд и последний охранник. Пес сперва прихрамывал на одну лапу, но постепенно стал двигаться более уверенно. Замыкали шествие мы с Кентоном (я впереди, он следом), и мы же закрыли дверь потайного хода, надавив на обнаружившийся на стене рычаг.

— Абигайль, — недоуменно шепнул мне Кентон, пока мы нагоняли остальных, — ты заметила, как отреагировала Айрин, когда увидела собаку? То, что Рейвен своей выходкой чуть не убил ее саму и ее короля, не привело ее в такое бешенство. И только за волкодава она пообещала его придушить!

— Что ты хочешь, она же Говорящая! — прошептала я в ответ. — Они буквально помешаны на своих псах. Ну… — продолжила я, по-прежнему видя недоверчиво-недоуменное выражение у него на лице, — логика такая, что Айрин может за себя постоять и Рауль тоже, а вот пес не может.

— Это при таких зубах и такой физической силе? — фыркнул Кентон.

— Против человеческого оружия и человеческой изощренности любой зверь — как ребенок. Во всяком случае, так к этому относятся Говорящие.

— Откуда ты все это знаешь?

— А я, между прочим, не только про грабителей и аферистов пишу, — язвительно сообщила я.

Коридор оказался коротким и вскоре закончился, встретившись с другим, перпендикулярно идущим тоннелем. Продолжать двигаться прямо было нельзя, приходилось свернуть либо направо, либо налево. На этом перекрестке наш маленький отряд остановился. Охранник, шедший последним, посторонился, пропуская нас с Кентоном ближе к королю.

— Абигайль, ты уже была здесь раньше, — сказал Рауль. — Помнишь, куда ведет этот ход?

Я осмотрелась в свете факела, высоко поднятого Джоном.

— Мне кажется, что это — основной коридор. С одной стороны он заканчивается в замковой тюрьме, в той камере, из которой мы тогда выбрались вместе с Рейвеном. Здесь трудновато ориентироваться, но, думаю, мы попадем туда, если двинемся налево.

— Это может быть небезопасно, — заметил Джон. — Рейвен мог позаботиться о том, чтобы там нас поджидали.

— Что с другой стороны? — спросил меня Рауль. — Куда ведет этот ход?

Я нерешительно пожевала губами. Вам не понравится мой ответ, ваше величество. Но вряд ли при сложившихся обстоятельствах это можно считать поводом для того, чтобы промолчать или солгать…

— В Стонрид, — коротко ответила я.

— Ну конечно, — почти рассмеялся Рауль. — Куда же еще?

Айрин бросила на него тревожный взгляд. Кажется, смех короля ей вовсе не понравился.

— Что будем делать? — спросила она.

— Пойдем в Стонрид, разумеется, — жестко сказал Рауль, и на сей раз в его голосе не было ни тени веселья. — Формально тюрьма не находится под контролем Рейвена. Она принадлежит не графу, а короне. И даже если на деле у него там прочные связи, я сильно сомневаюсь в том, что начальник тюрьмы и его подчиненные готовы пойти на государственную измену. Так что мы идем в Стонрид, и уже оттуда ударим по Рейвену.

— В таком случае нам следует идти направо, ваше величество, — почтительно произнес охранник, который только что пропустил нас с Кентоном вперед. — Стонридская башня именно в этом направлении.

Как он мог говорить об этом с такой уверенностью здесь, под землей, я не знала. Его слова совпадали с моими предположениями, но я бы поставила в лучшем случае два против одного на то, что не ошиблась. Ориентироваться в подземелье — задача не из легких.

— Значит, идем направо, — кивнул Рауль.

И мы пошли. Двигались в том же порядке, что и прежде, только на этот раз последний телохранитель так и остался позади, так что я шла сразу следом за Айрин, вернее, за ее собакой.

— Ты говорила, моя мысль нематериальна, — на ходу бросил Рауль, обращаясь к Говорящей, — а между тем не далее как вчера я высказал пожелание, чтобы Торнсайд провалился сквозь землю. И что мы получили сегодня?

— М-да, тебе стоит быть поосторожнее со своими желаниями, — пробурчала в ответ Айрин.

Когда свет факела выхватил по правую руку от нас пустоту еще одного поворота, я резко остановилась.

— Ваше величество! — позвала я. Остальные тоже остановились, следуя моему примеру. — Не могу говорить об этом с полной уверенностью, но не исключено, что нам необязательно идти до Стонрида. Я точно знаю, что есть еще как минимум один выход на территории замка. Где-то должна быть лестница, выводящая в замковый парк. Помнишь, — повернулась я к Айрин, — я говорила, что через этот ход сюда повели Бриджа.

— Главу купеческой гильдии, — пояснила Говорящая в ответ на вопросительный взгляд короля. — Я рассказывала тебе об этом вкратце.

— Если бы мы сумели найти ту лестницу, — продолжила я, — то могли бы выбраться наружу, не уходя далеко. Вряд ли там караулит кто-то из людей Рейвена. Никто не подозревает, что я знаю про этот выход.

Рауль немного помедлил с ответом, раздумывая.

— Это может сэкономить нам минут двадцать, а то и полчаса, — сказал он наконец. — Имеет смысл попробовать. Если не найдем этот выход достаточно быстро, вернемся на основной маршрут. Ник! — Последний телохранитель вытянулся по струнке. — Остаешься караулить здесь и сообщишь нам, если заслышишь чьи-нибудь шаги.

Сделав знак Джону, он решительно шагнул в прилегающий тоннель. Мы последовали за ним.

Короткий коридор быстро вывел нас в просторную комнату вытянутой формы с низким потолком. На стене висел продетый в специальное кольцо факел, и Джон зажег его от собственного светильника. Огонь с радостью перебрался на новый пьедестал и запылал с удвоенной силой. Хотя, должно быть, то зрелище, которое теперь так хорошо освещалось, было бы лучше навсегда оставить в темноте.

Комната была заполнена всевозможными орудиями пыток. Именно всевозможными, от мелких инструментов до огромных тяжеловесных конструкций. Если назначение некоторых из них было для меня очевидно, другие оставляли в полном недоумении. Конечно, я человек, к счастью в таких делах неискушенный. Однако мне показалось, что даже король, которому, несомненно, доводилось время от времени наведываться в пыточную, находился под впечатлением от увиденного и откровенно морщился, глядя на некоторые «экспонаты». Говорящая и вовсе побледнела и смотрела вокруг с нескрываемым отвращением. Джон принялся обходить комнату в поисках выхода наружу, параллельно задерживая взгляд и на некоторых инструментах.

Я прошла мимо топора и огромного молота, прислоненных к стене, и остановилась возле первого прибора. Дыба, тут все понятно. Хотя…

— А это правда, что при помощи дыбы можно вытянуть человека в длину на тридцать сантиметров? — осведомилась я, извлекая из сумки лист бумаги, перо и чернильницу.

Айрин передернуло. Рауль бросил в мою сторону короткий пронзительный взгляд.

— Никогда не проверял, — пожал плечами он. — Обычно допрашиваемый уже на первых двух сантиметрах отвечает на все вопросы.