Сюрприз судьбы - Хейтон Пола - Страница 18

9

— Да, и это мы тоже возьмем, — небрежно кивнул Роджер, удобно устроившись в глубоком кожаном кресле. Он потягивал кофе из чашечки, которую ему услужливо поднесли, и наблюдал, как Линда примеряет наряды. Они находились в самом шикарном бутике Сиднея. С того момента, как Роджер вошел сюда, ведя за собой Линду, ему оказывали повышенное внимание. Видно, сразу раскусили, что он за птица.

Линда похолодела от мысли, что костюм из золотой парчи, который она примеряла, стоил целое состояние — много больше, чем вечернее черное бархатное платье, которому она только что отдала должное. Линда ничуть против него не возражала, поскольку стоило оно не намного дороже, чем ее зеленое шелковое, которое испортил вчера вечером Роджер. Когда же он предложил ей примерить выставленный в витрине парчовый костюм, она так и сделала, полагая, что он предлагает ей альтернативу бархатному.

По правде говоря, она предпочла бы костюм. Прямая облегающая юбка и приталенный жакет подчеркивали стройную фигуру, а глубокий треугольный вырез между атласными лацканами интригующе приоткрывал ее красивую грудь. Линда не могла отвести глаз от этого костюма, пока в примерочной не взглянула на ценник.

Все еще хмурясь, она подошла к Роджеру и наклонилась, чтобы прошептать на ухо:

— Роджер, этот костюм слишком дорогой. Я не могу принять такой подарок.

Он поставил чашечку на блюдце, коротко вздохнув.

— Можешь, — сказал он тихо, но твердо. — Ты можешь делать все, что захочешь, Линда. Иметь все, что захочешь. Ты сегодня со мной, а я очень богатый человек. Прости меня, любимая, но я настаиваю! Мне очень нравится одевать тебя — почти так же, как понравится раздевать сегодня вечером, — заметил он, бросив игривый взгляд на ложбинку между ее грудями.

Линда резко подняла голову, их взгляды встретились, и она отчаянно покраснела.

— Ты… не должен так говорить, — сказала она, потрясенная тем, что Роджер назвал ее своей любимой, а еще больше — теми образами, которые вызвали эти слова. Греховный жар воспламенял ее кровь, горячил кожу. Желание забилось в ее жилах.

В его же взгляде читалось ликование.

— Наверное, не должен, — проговорил он. — Но не могу этому противиться. Я никогда не встречал женщину, которая повела бы себя так, как ты только что. И это значит, что ты — само очарование, милая Линда. Во всех отношениях…

— Я… я просила тебя не называть меня гак, — сказала она, тщетно пытаясь быть непреклонной.

— Но почему, если это определение так тебе подходит?

Он озорно улыбнулся, и Линда не смогла справиться с собой.

— Ты порочный тип, Роджер Ллойд, — улыбнулась она в ответ.

— Ну, ты многого хочешь, любимая. Богатство и добродетель вместе не ходят.

Это она уже поняла. Не собирается ли он сделать меня своей постоянной любовницей, подумала Линда. Возможно, он уже покупает ее, давая возможность привыкнуть к вещам, которые она никогда не смогла бы себе позволить, ради того, чтобы снова и снова получать то, что она даст ему сегодня.

— Я не собираюсь становиться твоей любовницей, Роджер, — предупредила она в надежде, что, сказав это вслух, предотвратит неизбежное.

Похоже, эти слова ошеломили Роджера.

— Так вот что ты об этом думаешь… — Он провел рукой по ее дорогому наряду.

— Я не права? — спросила она.

— Не права, — отрезал он, но не стал продолжать.

Удивление Линды быстро перешло в замешательство.

— Тогда что же все это значит?

— Это развлечение, Линда. — Он улыбнулся игривой, но загадочной улыбкой. — Как раз то, чего ты хотела сегодня.

— Развлечение, — медленно повторила она, пока вдруг не постигла смысл его слов. Да, конечно! Как глупо с ее стороны! Какая там любовница! Быть любовницей — унизительно для ее гордости, а поиграть в нее — ну что ж, придется.

Сегодня, что бы ей Роджер нежно ни нашептывал, будет лишь краткое свидание. Роман на одну ночь, только оформленный как нечто большее. В самонадеянных словах, что он отвратит ее от всех мужчин, не было ничего, кроме высокомерия. Они не сулили никакого продолжения, лишь одну незабываемую ночь.

Но, боже, как она стремилась к этой ночи! Даже сейчас, стоило ей посмотреть на этого красивого мужчину, элегантно расположившегося в кресле, как она готова была умолять прекратить этот фарс и немедленно отправиться в номер для новобрачных. Она не хотела тратить короткие мгновения, которые ей суждено провести с любимым, на то, чтобы наряжаться, словно кукла Барби, не хотела, есть этот дурацкий ланч…

— Знаешь ли, я не нахожу в этом ничего забавного, — раздраженно начала она. — Не лучше ли вернуться… то есть, я бы предпочла… я хочу, чтобы ты…

Голос Линды сорвался. Она не могла набраться мужества, чтобы признаться в терзавшем ее желании. Но все было ясно без слов — румянец, блеск глаз, приоткрытые губы выдавали трепет ее учащенно бьющегося сердца.

Роджер посмотрел на спутницу поверх чашки, опалив откровенным взглядом. Желание, вспыхнувшее в синей глубине глаз, заставило Линду, задрожать. Словно сбивчивое признание девушки сорвало с него маску любезного джентльмена, и стало ясно, что значит для него ночь любви с ней. Ее невероятно тронуло и взволновало это.

— Роджер. — Дыхание ее дрожало, перед глазами все плыло. Как и накануне, она видела только его.

— Да, — выдохнул он. — Я знаю, чего ты хочешь.

Чашечка вновь звякнула о блюдце, и, перед тем как неторопливо подняться на ноги, ему пришлось отвести взгляд от нее.

— Леди уйдет в этом платье, — резким командным тоном приказал Роджер суетящейся вокруг продавщице. — Она не будет переодеваться в прежнюю одежду. Заверните ее оранжевое платье вместе с черным. Вот моя кредитная карточка.

Когда он повернулся к Линде, нервное возбуждение охватило ее. Она томилась в предвкушении того, что должно было произойти. В неизвестности было что-то невероятно захватывающее. И вместе с тем невероятно пугающее.

Она пронзительно посмотрела на Роджера. Он крепко взял ее под руку и подвел к прилавку. Пять минут спустя он уже усаживал ее в такси. Предстояла недолгая поездка к отелю.

Казалось, Роджер знал, что не стоит прерывать молчание во время этого короткого путешествия, ни в роскошном холле отеля, ни даже в лифте, который поднимал их в номер для новобрачных. Линда была благодарна ему за молчание — вряд ли она была способна сейчас вести осмысленную беседу.

Дверь лифта отворилась, и не успела она оглянуться, как уже стояла перед тяжелой деревянной дверью, а Роджер вставлял ключ в сиявший медью замок. Впервые Линда задумалась, как может выглядеть номер для новобрачных. В любом случае она не ожидала того великолепия, которое открылось ее глазам, когда Роджер провел спутницу внутрь.

Белый, кремовый и золотой цвета ослепили Линду. Белые стены и мебель, кремовый ковер и шторы, золотые светильники и подушки. И еще немного стекла. Все столы были стеклянные. И одна стена. Сквозь нее открывался великолепный вид на гавань, мост и окрестности. Огромная хрустальная люстра с позолотой свисала с высокого белоснежного потолка.

— О! — только и сказала она, войдя. Все плотские желания на мгновение отступили. — Какая прекрасная комната!

Это было нечто большее, чем просто прекрасная комната. Этот номер для новобрачных должен был превзойти все подобные номера. Изящный. Просторный. Трогательно романтический. Как в тумане Линда миновала гостиную и вступила в грезу спальни. Она смотрела на огромную белую кровать с кружевным балдахином в оборках, разглядывала перламутровое атласное стеганое покрывало и множество маленьких кружевных подушечек, пристроенных напротив четырех обтянутых атласом подушек. Это воистину была постель для новобрачных.

— Тебе нравится? — нежно спросил Роджер, подходя сзади и обнимая Линду за плечи.

— Это… Это — совершенство, — с трудом вымолвила она. У нее перехватило горло. Боже, она не готова к этому… Она думала, что готова, но нет… Она окаменела. Почти в буквальном смысле. Чувствовала себя как мерзлое полено. Или холодная мраморная статуя.