Красный Лондон - Хоум Стюарт - Страница 33

— Мама желает, чтобы ты, как примерный мальчик, выпил все лекарство, — сказала Мэлоди, опускаясь на корточки над физиономией яппи.

Стивен ошарашенно наблюдал за Траш, писающей клиенту в рот. Он глазам не верил. Яппи, должно быть, еще тот ублюдок с вывертами, если его возбуждает такое абсурдное извращение. Клоун жадно глотал порции мочи, излишки выплескивались из пасти, стекали по щекам на полиэтилен. Траш облегчилась, гость, булькнув, вобрал в себя остатки урины.

— Замечательно, — обратилась к Принсу Мэлоди, — он платит три тысячи, ты получаешь бесплатный сеанс, если не возражаешь против зрителя.

Стивен не верил своей удаче. Вот бы поскорее рассказать все парням на работе. А мамочке будет сюрприз, когда через пару недель ей доставят новую стиральную машину! Ликующий Принс разделся. Траш легла на кровать. Стивен вскарабкался на нее и через несколько секунд отбивал в топях незамысловатый ритм.

Скосив глаза направо, Мэлоди увидела, что яппи томно уставился на них, занятых извечным ритуалом воспроизведения себе подобных. Стивен слишком увлекся половым актом и не замечал, что богатый извращенец восторженно дрочит. Чувствуя приближение оргазма, дядька вскочил на койку и пристроился так, что выстрел размазался по заднице Принса. Ритм Стивен не изменил. Траш принялась размышлять, заметил ли он вообще, что в его анальное отверстие проникла жидкая генетика.

Если бы Траш не знала, что Принс кончает, она бы подумала, что у него припадок. Забавно, рассуждала проститутка, в оргазме мужики ведут себя как сраные эпилептики. Женщины, как убедилась она на примере Клеопатры Вонг, в сексе гораздо изящней. Траш отогнала мысль о Клео. Она старалась не вспоминать свою подругу, пока обслуживала клиента. К счастью для продажных женщин, большинство мужиков так по жизни задерганы, что, оказавшись в пизде, спускают минуты через две.

— Ты чувствуешь? — спросил Стивен.

— Да, да-а, о да-а, — отреагировала Мэлоди.

— Врешь, сука! — забузил Принс. — Почему тогда ноги не подбрасываешь в воздух?

Траш еле сдержалась. Ей хотелось расхохотаться Стивену в лицо, но из профессиональной гордости Мэлоди взяла себя в руки. В народе гуляет столько мифов о сексе, что их подсчет довел бы любого здравомыслящего человека до слез. Принс не умел поддерживать постоянные отношения, поскольку от каждой пизды требовал, чтоб она подкидывала ноги в воздух всякий раз, когда он кончает. Стивен искренне верил в естественность этого способа показывать ему, что он выеб даму на славу!

— Хочешь кончить еще? Пятьсот, — отрезала Мэлоди.

— Да ты меня разоришь! — загундосил Стивен. — Ты итак не отработала деньги этого яппи!

— Дети! Дети! — вмешался вуайерист. — Не ссорьтесь. Я добавлю еще пятихатку.

Пока яппи занимался отсчетом и вручением Траш денег, Принс привел себя в боевую готовность. Мэлоди запихала деньги под матрас и легла, а Стивен залез сверху. С трудом Принс затолкал наполовину вставший хер в пизду проститутки. Траш дала ему несколько раз трепыхнуться, потом вскинула ноги и покрутила им, словно едет на велосипеде.

— Милый, — деревянным голосом проговорила Мэлоди, — так меня ни разу в жизни не ебали.

Это убедило Стивена, что в сексе он почти олимпийский чемпион. Второй раз он не кончил, зато самолюбие успокоилось. Он покинет Сохо с чувством глубокого морального удовлетворения. Наверно, это хорошо, что Принс не почувствовал иронии в голосе Мэлоди. Он бы до смерти обиделся, если бы догадался, что дырка над ним стебется.

Траш вытолкала за дверь Стивена с костюмом, изобразила улыбку и пошла за следующим визитером. Мужик за пятьдесят, убеленный сединами, в полосатом костюме. Ублюдок явно замучен воздержанием. Пятьсот фунтов отсчитал, даже не пикнув.

— Знаешь, — сказала Мэлоди, гладя его по лацканам пиджака, — ты мне нравишься, даже очень нравишься. И я позволю тебе кое-что, что разрешаю только самым моим любимым клиентам.

— И что же? — спросил юрист, явно взвешивая ценность услуги.

— Ты подаришь мне жемчужное ожерелье, — прошептала Траш, — я вся таю, представляя, как ты потрешься хуем по сиськам и разбрызгаешь сперму вокруг шеи. Согласен?

Мэлоди могла бы и не спрашивать, понравилось ли этому ублюдку ее предложение. Он распалился, поняла она по вздутию у него на брюках. Траш расстегнула молнию на платье, и она упало на пол. Клоун скинул штаны. Ботинки он оставил, пиджак тоже. «Если этот опездол торопится, — подумала Мэлоди, — то вообще чудесно».

Визитер принялся ласкать буфера проститутки, одновременно пристраивая пипиську между горами плоти. Ровно через две минуты юрист выстрелил спермой. Траш ушам не верила, когда придурок слезно и горячо поблагодарил его за такой эксклюзив. Мэлоди предложила жемчужное ожерелье только ради избежания лишней амортизации собственной пизды, а этот идиот решил, что ему здорово повезло и он не зря потратил деньги.

Едва юрист отчалил, Мэлоди ополоснулась в маленькой раковине, прятавшейся в углу комнаты. Она привела себя в порядок, чтобы выглядеть свежей перед следующим клиентом.

АДОЛЬФ КРАМЕР СТОЯЛ на платформе станции «Майл-Энд» и ждал поезда в западную сторону. Электронное табло обещало прибытие транспорта через две минуты. Время следующего поезда в центр даже не указывалось. Всю прошлую ночь Адольф шнырял по всяким притонам, где зависают журналисты. Их компании было достаточно, чтобы довести его до убийства. В этот самый момент он напряженно обдумывал именно убийство.

От журналюг он получил всю необходимую информацию. Все они прекрасно знали, что Фиона Прингл — не кто иная, как главный криминальный репортер «Хроники» Сандра Брайт. Видимо, она проникла в структуру службы секса по телефону, и ей повезло оказаться на другом конце провода, когда Меллор вкусил сладость судьбы. Брайт решила, что из убийства выйдет отличный материал, а делишки «Лексингтон Коммьюникейшнз» следует пока прикрыть и выжать побольше из анархистской темы.

Адольф украл у пьяного борзописца записную книжку и оттуда узнал адрес Брайт. Похищенный блокнот содержал кучу полезных данных для скинхед-бригады, которая планировала нанести удар прежде всего по СМИ как одному из основных зол существующего режима. Когда журналистов начнут резать в собственных постелях, их вопли покажутся рабочему классу сладкой музыкой!

Состав подъехал к станции, и Адольф прочитал на табло, что следующий поезд в центр прибудет через шесть минут. Он решил, что все равно доберется до севера, и сел в вагон. Там почти никого не было, только молодая мать с ребенком. Крамер пытался заставить себя не таращиться на женщину, но она притягивала его взгляд. Настоящая красавица, очень тоненькая, с длинными темными волосами. Адольф получил немалое удовольствие, отсасывая в сортире парка «Хайбери», но пожалуй ему все же нужны постоянные отношения. После разрыва с Джейн Ролинз у него этих отношений не было, он даже ни разу не спал с женщиной. Крамер, наконец, понял, что Арадии Смит он нравится, но эта птичка в поезде — совсем другое. Господи, вот бы он развернулся с такой девахой!

Поезд остановился на «Степни-Грин», и зашли двое работяг среднего возраста. Вагон был пуст, но они встали прямо перед женщиной, загородив Адольфу обзор. Это его чертовски злило!

— Я, блядь, этнических не перевариваю! — заявил мужик повыше так громко, что Крамер услышал в другом конце вагона.

— Я тоже, — поддакнул его кореш. — По-моему, гнать их из страны надо.

Глаза Крамера налились кровью. Два расиста наезжают на понравившуюся ему телку. Ублюдки окружили девочку и излагают свои бредовые предрассудки по поводу цвета ее кожи. Адольф поднялся и решительно пересек вагон. Он вмазал со всей силы в пивное брюхо первому фанатику, добавил сложившемуся пополам ублюдку коленом по отвисшей морде. Что-то мерзко хрустнуло, гондон лишился двух передних зубов и немедленно вырубился. Крамер ткнул пальцами в глаза второму. Чувствуя, как они мягко проваливаются, по спине его пробежал холодок.