Черный принц - Демина Карина - Страница 95

— Она необычная женщина. — Король отвернулся. — Знаете, как мы познакомились? Я не хотел давать разрешения на раскопки…

…Король-солнце.

Долгополый сюртук, скроенный по моде прошлого века, расшит золотом. Топазы. Янтарь. Мозаика драгоценных камней. Парик из конского волоса, щедро припудренный. И корона с длинными изогнутыми лучами, которые слишком остры, чтобы выглядеть безопасно.

— Трижды отказывал, и тогда она явилась…

…королева-луна. В серебряном платье с алмазной дорожкой, она почти красива. Но все равно выделяется из толпы. И круглая маска на длинной ручке — не более чем дань традиции. Ей нет нужды прятать лицо.

— Заявила, что я не способен понять всей важности проекта. Она была весьма прямолинейна в речах. Признаюсь, давно со мной не разговаривали так… вызывающе.

Он снял корону, и маску отложил.

Золотое лицо на позолоченной ручке. Посмотрел, хмыкнул, точно сам удивляясь, что еще принимает участие в забавах подобного толка…

— И что вы сделали?

Вежливость.

И обязательства. Не стоит злить Короля, которому вдруг захотелось поделиться личным.

…просто душно.

…Кэри никогда не бывала во дворце…

…высший свет, и газовые рожки сжигают кислород. Они опасны в таком количестве, а дамы часто падают в обморок из-за духоты и тугих корсетов. Нет оснований не верить королевскому врачу, и все-таки…

…обморок и слабость пройдут. Надо лишь отдохнуть…

…с Кэри остался Виттар.

…и церемония не займет много времени. После церемонии можно уйти. Дома станет легче.

— Она не просила, она требовала это треклятое разрешение.

Королева-луна замерла у подножия трона. И Брокк мог бы поклясться, что смотрит она на ступени, укрытые белым ковром, с насмешкой.

— А я предложил ей сделку. Я разрешаю ей вскрыть могильники, она же становится моей любовницей…

Король не умел улыбаться.

— Я думал, она разозлится. Или оскорбится. К пощечине готовился… а она глянула так, оценивающе, и сказала, что согласна. Только у нее условие есть.

Золотая маска следила за Брокком внимательно.

— …она дает мне два месяца, но на эти два месяца я избавляюсь от прочих… дам сердца. Она так и выразилась, про сердце. Правда, уже через месяц заявила, что я — бессердечная сволочь, и в чем-то была права. Но разрешение пришлось дать, хотя мне и не нравится эта ее страсть к прошлому…

Король задумчиво гладил золотую поверхность маски.

— …и к смертельным болезням. Она выдвинула крайне любопытную гипотезу. Мы не чувствительны к чуме, поскольку слишком иные. Ее принесли из иного мира, где не осталось иных рас. Вы ведь знаете, что люди не болеют темной потницей? И черной горячкой? А нас не берет оспа, корь, дифтерия, краснуха… многое из того, что им отравляет жизнь.

Три ступени и трон. Мантия на плечах тяжела. Белые камни в короне луны. Лунные, естественно, какие еще…

…серебро и алмазы.

Остроклювая маска цапли. Улыбка и тень на губах.

Все будет хорошо. Ложь вежливых слов, и нельзя уйти, потому что вряд ли Король пригласил Брокка, исключительно ради беседы о личном. Это так, вступление, которого не избежать.

— С альвами то же самое. Нам чужды их болезни, как им чужды наши… и в то же время мы способны скрещиваться. Единство жизни, так она говорит… полукровкам чума не повредит.

— Радует.

— Язвить ты не умеешь. Не нравится?

— Разве может нравиться мысль о том, чтобы уничтожить несколько миллионов…

— Десятков миллионов, — поправил Король.

— Тем более.

— Тебе это кажется циничным?

— Да.

— Но есть и те, кто полагает, что превентивные меры не повредят. Мир не так и велик, и всем в нем места не хватит. Скажу так, на сегодняшний день мнения разделились. И я пребываю в некотором… затруднении.

Король-солнце в короне из золотых клинков.

— Вам не хватает моего мнения?

— Твое мнение, Брокк, известно не только мне. — Королевские пальцы скользят по золотой кромке, приглушая чрезмерно яркое сияние алмазов. — Мне нужна твоя голова.

— Надеюсь, не отдельно от тела?

Стальной Король хмыкнул.

— У тебя чувство юмора прорезалось? Вижу, женитьба пошла тебе на пользу… к слову…

— Ей стало дурно.

Приподнятая бровь, и пальцы касаются края губ. Молчаливый вопрос, на который приходится отвечать.

— Обморок.

…от духоты, с непривычки. У него и самого, давно избегавшего посещать двор в дни празднеств, голова болит. А Кэри куда как слабее, и Брокк обещал не задерживаться.

Пусть она спит, но ведь он обещал не задерживаться.

И Король понял верно.

— Еще четверть часа, и на церемонию можешь не оставаться.

— Даже так?

— Чего ты там не видел? А присяга… принесешь ее в частном порядке.

Вокруг королевы-луны собирались черные облака. Сверху толпа гляделась на редкость пестрой, разнородной. Алый. И синий. Зеленый… а желтого почти нет. Кто дерзнет соревноваться с Королем?

Или королевой?

Она сидит прямо, глядя перед собой, и серебряная маска заслоняет лицо от чрезмерно любопытных взглядов. Многим она не по нраву, королева из ниоткуда, нежданная фаворитка, шагнувшая из постели на трон. Но Король в своем праве, а права уступать он не привык.

— Оружие будет создано, Брокк. С твоей помощью или без оной.

— Будет?

— Уже, — признался Король, неотрывно глядя на жену. Рядом с нею вдовствующая королева, до того дня сторонившаяся балов, гляделась черным неряшливым пятном.

…черного много. От черноты в висках ломит, но эта боль не столь сильна, чтобы отвлечь.

— Однако я не желаю применять его. — Король поднялся, оставив трость. Он двинулся по узкой галерее, и обнаженные мраморные нимфы напрасно дразнили его величество. Каменные прелести не были удостоены и взгляда. — К слову, саму идею я почерпнул у альвов. Они немного не успели. Месяц. Или два… может, и того меньше, но в подвалах их храма нашлось немало презабавных вещей… да и не все лагеря были просто для содержания.

Бархатные портьеры отделяют короля-солнце от подданных, но вряд ли им становится темней.

— Если это успокоит твою совесть, то мы просто успели ударить первыми.

— И теперь вы желаете повторить?

— Не желаю. Но повторю, если мне не оставят выбора.

Неприметная дверь и пара алебард на стене, не то охрана, не то предупреждение. Дверь распахивается от прикосновения, и сквозняк шевелит тяжелые гардины. Король хмурится.

— Маску забыл… ладно, возвращаться — плохая примета.

Маску принесут. А если и нет, то кто упрекнет его величество в нарушении традиций?

— Удалось не только выделить поражающий агент, но и ввести его в стазис. — Шаги Короля отдавались в висках гулкими ударами.

Ступенька.

И еще.

Живой огонь, от вида которого к горлу подступает тошнота. И проходит. Надо же, еще немного, и Брокк сам упадет в обморок, что было бы крайне неудобно.

Не на лестнице.

Не в присутствии Короля.

— Я хочу, чтобы ты создал хранилище. — Король останавливается в широком коридоре. — Локальное, наподобие твоих шаров для пламени.

— Почему я?

— Потому что это будет самое надежное хранилище, которое возможно вообразить. Ты сделаешь все возможное, чтобы не допустить случайной утечки.

— Замок на вас?

— На меня. — Король коснулся острой короны и, сняв каплю крови, протянул платок. — На мою жену. И на нашего сына.

— Сколько?

— Полдюжины локусов.

…шары подойдут. Стазис-капсулы с локальными питающими кристаллами… уровень четвертый, чтобы не требовали частой смены… и укрепленная внешняя оболочка. Давно хотелось поэкспериментировать с наслоением контуров.

— Время?

— На исходе. Послезавтра ее величество отбывают на воды. Поправлять здоровье.

— И его высочество…

— Естественно.

— Ваша матушка?

Король поморщился.

— Порой она чересчур упряма. И теперь упрямство затмевает разум. Она пытается доказать, что в чем-то превосходит мою Альгрид. Женская ревность… сейчас у них хотя бы временное перемирие. Обе надеются уговорить меня уехать.