Правда - Пратчетт Терри Дэвид Джон - Страница 100

– Да, мистер Картрайт?

– Мистер де Словье, вы такой знающий человек! У меня к вам очень важный вопрос.

– Да?

– А есть у вас адрес того парня, с забавными овощами?

Вильям и Отто прибыли во Дворец без пяти десять. У ворот собралась небольшая толпа.

Во внутреннем дворе коммандер Ваймс беседовал с Косым и некоторыми главами Гильдий. Увидев Вильяма, он безрадостно улыбнулся и сказал:

– Ты опоздал, мистер де Словье.

– Еще нет десяти!

– Я имею в виду, все важное уже произошло.

Мистер Косой прочистил горло.

– Мистер Скрипп прислал записку, – сказал адвокат. – Похоже, он плохо себя чувствует.

Вильям достал блокнот.

Правители города уставились на него. Он помедлил. А потом неуверенность испарилась. «Я де Словье, – подумал он, – не смейте смотреть на меня свысока! Вам придется идти в ногу с „Таймс“».

Ну что ж… Начнем…

– Записка была подписана его матерью? – спросил он.

– Не понимаю, к чему вы клоните, – заявил адвокат, но несколько глав Гильдий отвели глаза.

– Так, а что происходит сейчас? – напирал Вильям. – Город остался без правителя?

– К счастью, – сказал мистер Косой, который выглядел, как человек, пребывающий в личном аду, – Лорд Ветинари чувствует себя гораздо лучше и намерен вернуться к исполнению своих обязанностей завтра.

– Извините, а ему разрешено записывать все это? – спросил лорд Злобни, глава Гильдии Убийц, когда Вильям заскрипел карандашом по бумаге.

– Кто разрешено? – сказал Ваймс.

– «Кем», – тихонько поправил Вильям.

– Ну, нельзя же позволять ему записывать все подряд! – сказал лорд Злобни. – Вдруг он запишет то, что мы не хотим видеть на бумаге?

Ваймс твердо посмотрел в глаза Вильяму.

– Он не нарушает никаких законов, – объявил коммандер.

– Значит, лорд Ветинари не пойдет под суд, лорд Злобни? – спросил Вильям, ответив на взгляд Ваймса таким же твердым взглядом.

Сбитый с толку Злобни повернулся к Косому.

– Он имеет право спрашивать меня об этом? – поинтересовался он. – Вот так вот запросто взять и задать вопрос?

– Да, милорд.

– Следует ли мне ответить?

– В данных обстоятельствах вопрос звучит разумно, однако отвечать вы не обязаны.

– Есть ли у вас информация для народа Анк-Морпорка? – слащаво поинтересовался Вильям.

– У нас есть, мистер Косой? – поинтересовался лорд Злобни.

Мистер Косой вздохнул.

– Э, я бы посоветовал вам, милорд, дать такую информацию.

– Ох, ну ладно, тогда… нет, суда не будет. Разумеется.

– А значит, не будет и помилования? – уточнил Вильям.

Лорд Злобни опять повернулся к адвокату, который снова тихо вздохнул.

– И снова, милорд, я советую…

– Хорошо, хорошо… Нет, помилования не будет, потому что он совершенно невиновен, – раздраженно ответил лорд Злобни.

– Можете ли вы сказать, что невиновность Патриция стала очевидной благодаря прекрасной работе коммандера Ваймса и его преданных сотрудников, которым совсем чуть-чуть помогла «Таймс»?

Лорд Злобни явно утерял нить разговора.

– Могу я такое сказать? – спросил он.

– Вероятно да, полагаю, можете, милорд, – ответил Косой, еще сильнее помрачнев.

– Ну хорошо, значит, могу, – решил Злобни. – Да.

Он немного склонил голову, пытаясь разглядеть, что Вильям пишет.

Краем глаза Вильям наблюдал за выражением лица Ваймса; это была смесь удивления и злости.

– А можете ли вы сказать, от имени Совета Гильдий, что вы одобряете работу Ваймса?

– Послушайте… – начал Ваймс.

– Полагаю, мы можем, да.

– Видимо, в ближайшем будущем можно ожидать награждения коммандера Ваймса Медалью Стражи или объявления благодарности?

– Послушайте… – сказал Ваймс.

– Да, очень возможно. Очень возможно, – сказал лорд Злобни, теперь уже окончательно сбитый с ног ветром перемен.

Вильям весьма старательно записал его слова и захлопнул блокнот. Окружающие явно испытали большое облегчение.

– Огромное спасибо, милорд, леди и джентльмены, – радостно сказал он. – А, мистер Ваймс… у вас еще остались вопросы ко мне?

– Не сейчас, – прорычал Ваймс.

– О, прекрасно. Ну что же, мне пора идти, пора писать статью, спасибо вам еще…

– Вы, конечно же, покажете нам эту… статью перед публикацией, – заявил немного пришедший в себя лорд Злобни.

Вильям облачился в свое высокомерие, как в плащ.

– Гм, нет, не думаю, что покажу, милорд. Это моя газета, понимаете ли.

– Он имеет право…?

– Да, милорд, имеет, – ответил мистер Косой, – опасаюсь, имеет. Свобода слова – это прекрасная древняя анк-морпоркская традиция.

– Боги всемогущие, вы серьезно?

– Да, милорд.

– Как же она выжила?

– Не знаю, милорд, – ответил Косой, и добавил, глядя на Вильяма: – Но я уверен, что мистер де Словье не станет слишком уж сильно вмешиваться в процесс управления городом.

Вильям вежливо улыбнулся ему, кивнул всем остальным и прошел через двор к выходу на улицу. Отойдя подальше от Дворца, он перестал сдерживаться и разразился хохотом.

Миновала неделя. Она была примечательна в основном тем, что не произошло. От мистера Подлизы и Гильдии Граверов не поступило никаких протестов. Вильям гадал, в какой ящик картотеки они поместили его карточку. Вероятно, в раздел «Оставить в покое». Видимо, люди подозревали, что Ветинари захочет отблагодарить «Таймс» каким-нибудь подарком, и никто не желал, чтобы этим подарком стала его голова. Из Стражи тоже не было вестей. Какое-то время около редакции наблюдалось повышенное количество дворников, но после того, как Вильям отправил Гарри Королю сто долларов, плюс букет цветов для миссис Король, Блестящая улица перестала блестеть.

Редакция переехала в другой сарай, на месте сгоревшего уже начали строить новое здание. С мистером Сыром было легко вести дела. Он просто хотел денег. С такими простыми людьми всегда знаешь, какой политики придерживаться, даже если для этого приходится придерживать собственный кошелек.

В сарай закатили новый пресс, и снова деньги упростили процесс до предела. Гномы тут же принялись его модернизировать.